Чтение онлайн

– Муха, еще по кусочку?
– псина аккуратно, одними губами, берет предложенный ей кусок.
– Вот как такое миролюбивое существо можно топтать фашистским сапогом?
– Миролюбивое существо, не жуя, заглатывает свою порцию и толкает меня влажным носом под руку, требуя продолжения банкета.

– Муха, а ты задембелевала не рано?
– псина, всем видом демонстрирует, что все путем и пора выдавать очередной кусочек. А вот борзого духа, уныло топчущегося снаружи, кормить не надо. Духам вредно

много есть. Они от хорошего питания не в меру борзыми становятся, и пинаться, почем зря, начинают.

Справив насущные потребности молодого организма, а заодно заборов боль в отдавленных причиндалах, немец уселся на пассажирское сиденье. Скрипнула закрывающаяся бронедверь.

– Руди, порулить нет желания?

– Найн, я командир экипажа, а с обязанностями мехвода и унтерменш справится, - вот щегол, огрызается еще.

Унтерменш тем временем разогнал бронемашину до крейсерской полусотни километров в час и размышлял, на предмет, а не ударить ли по тормозам перед очередной дорожной колдобиной. Да так, чтоб бронемашина тормозила юзом. Чисто проверить командирской бестолковкой прочность лобовой брони.

Пропустив еще несколько проржавевших остовов, натыкаемся на заслуживающий пристального внимания трофей.

Я бы проехал мимо и не заметил. А вот глазастый немец углядел диссонанс в местном пейзаже. Ему проще - баранку крутить не надо и трофей притаился с его стороны.

– Тормози. Тут останови, - бронемашина замирает почти посередине долины эпохи назад проложенной крупной рекой.

– Что там?

– Вылезай, сам посмотри, тебе полезно будет, - Руди присел возле едва заметной колеи уходящей в сторону от дороги.

И хитро так место выбрано, в низине между двумя поворотами, где невысокий колючий кустарник подступает к дороге почти вплотную. На обочине след тщательно затерт, но в сухой траве змеится едва заметная колея.

– Что-то внедорожное тащило на удавке легковушку, - озвучиваю свое виденье событий.

– Угу. Досюда ее буксировали, а тут топливо слили, разгрузили и утащили прятать вон в те кусты, - Руди махнул, в сторону невысоких, но густых зарослей и согнулся, раздвигая жухлую траву на обочине.

– Что там? Мусор по обочине раскидан?

Немец утвердительно кивает, и поднимает из придорожной травы упаковку пальчиковых батареек, - Торопились.

– Трава от дороги примята. Выезжая обратно на дорогу, тягач должен был вторую колею оставить. Поищем ее?

Немец отрицательно качает головой, - Выехали они, скорее всего, предварительно сделав крюк по долине. Трава не так примнется, со ста метров следов не заметишь. А потом вон там по каменистым осыпям на склоне холма, вернулись на дорогу. На камне вообще следов никаких не останется.

– Руди, если тут легковушку

протащили, нам сам бог велел проехать, - немец снова утвердительно кивает.

Подключаю передний мост и врубаю пониженную передачу, сдаю на десяток метров назад и, заложив дугу максимально возможного радиуса, выезжаю на едва заметную колею.

– Руди, вертикалку мою возьми, - из-за многочисленных кустов видимость падает до тридцати метров. Выскочи нам навстречу местная зверушка, двенадцатый калибр будет очень весомым аргументом в споре - кто тут главный.

Пользуясь попавшимся ровным участком, меняю патроны в обрезе и передергиваю затвор АПБ.

Но, обошлось - спустя пять минут неспешного виляния между кустов натыкаемся на легковой "Фольксваген", припаркованный на небольшой полянке.

Руди, сменив Маузер на мою вертикалку, по пояс высунулся из люка, и азартно крутит башкой по сторонам.
– Примни траву и кусты по периметру, - просит парень.

Разумно, мало ли какие гады сидят в кустах и ползают в траве.

Хрумкая веточками кустов, бронемашина накатывает колеи по сторонам от трофея.

– Гут, задом сдавай к нему, - с трудом откинув кормовые бронедвери, подросток перебирается в открытую часть кузова.
– Еще немного, все, гут. Глуши мотор.

Немец спрыгивает на землю. Сняв с борта длинный шест с развилкой на конце, обходит поляну по кругу.

Я не тороплюсь покидать уютные внутренности бронемашины. Высунувшись из люка, изображаю огневое прикрытие. В отличие от немца, у меня на ногах потрепанные кроссовки, а не берцы с надетыми поверх крагами из твердой кожи. С таким эквипом местные змеи ему не страшны.

Приеду, первым делом куплю себе такие же.

У Руди в комплекте к крагам есть еще наколенники из той же кожи, но сейчас парень не стал их надевать.

Взмах шеста, Руди прижал что-то к земле, поворот шеста и новый взмах. Коричневая лента рожденной ползать змеи, извиваясь в воздухе, отправляется в сорокаметровый полет.

– А башку отрубить ей не надежнее? "Гринпис" ругаться не будет, я гарантирую.

– Нет, не надо. На запах крови через полчаса все зверье в радиусе трех миль сбежится.

Логично. Век живи - век учись.

– Вылезай, осмотрим машину, и захвати ящик с инструментами, - немец втыкает шест в землю.

Вечность назад, фактически в прошлой жизни я выбирал между "Ауди" и таким же вот "Фольксвагеном Пассат универсал". По доброй новоземельной традиции колеса с машины сняты, и машина покоится на четырех заботливо подложенных чурбаках. В остальном находка выглядит перспективной, борта оцарапаны, но не помяты, пластиковые бампера отсутствуют напрочь, но как раз такие мелочи тут никому не интересны.