Чтение онлайн

"Макаровы", ну это бред.

"Стечкин".

"Стечкин" у нас по сути уже есть. АПБ даже получше будет, на мой личный вкус. И к нему глушитель крепится, что немаловажно.

"Калаши" пошли - те, которые АК. Неплохо, но лучше что-нибудь поновее.

РПК с банками магазинов. О, РПКС, вот тут стоит подумать. На обратной дороге присмотрюсь к ним поближе.

РПК-74 точно мимо - 5,45 не рассматриваю в принципе.

О, АКМы. Достаю один из ящика, примеряюсь. И металлические магазины есть. Смотрю

че почём - 500 экю. Если ничего лучше не будет, надо брать АКМ и не мудрить.

Металлический грохот за соседним штабелем прерывает мои размышления. Мелочь пытается оседлать станкач неизвестной мне модели. Рискну предположить, "пулемет Станковый Горюнова", я их только на картинках и видел.

На шум из-за штабеля ящиков выглядывает Гельмут.
– Совьетский зольдатен, вы есть окрушены, - немец хватает из ящика ППШ без магазина.
– Таааааа, советский зольдаен, тафай сдавайся, - Гульмут делает вид, что стреляет из "папаши" по мелким.

– Русские не сдаются! Мочи фашиста!
– пыхтящая от натуги детвора пытается за ствол развернуть пулемёт в сторону немца.

Не дожидаясь пока в него прицелятся главным калибром, немец ныряет за штабель и, пригнувшись, заходит в тыл пулемётному расчёту.

– Хенде хох!
– Гельмут вырастает за спиной у ребят.

– Урааааа!
– пулемётный расчет, размахивая грязными гипсами, бросается врукопашную. С минуту слышно детское пыхтение.

– Подобрали что-нибудь?
– немец кладёт "папашу" на штабель зелёных ящиков и сморщившишь трет коленку. На войне как на войне, рукопашная не прошла для "фашиста" даром.

– Не успел закончить осмотр экспозиции. А что вы посоветуете?

– Смотря для чего?
– отвечает немец, отправляя детвору обратно играться в пулемётчиков.

– Для жизни. В войну играть с двумя детьми на руках я точно не собираюсь.

– А где ваша... Хм, к русским поедешь?

Вот и правильно, не надо спрашивать - где наша муттер.
– Не знаю пока, но думаю - да.

– Что-то из оружия уже есть в наличии?

– АПБ, вертикала 12 калибра и обрез 16.

– Что по деньгам?

– Оружие, последнее, на чем буду экономить, но денег у меня немного, - немец похоже ждал именно такого ответа.

– Гут. Зер гут. Комм, - Гельмут исчезает за ящиками.
– Вот, со складов ГСВГ сюда попали. Две последних остались, очень гут для этих мест, - Гельмут открывает прислонённый к стене длинный ящик.

В ящике стоят две СВД. Деревянный приклад и накладки. Явно не штатный, толстый резиновый затыльник на прикладе. ПСО-1 на месте. С виду винтовки как новые.

Собственно, как раз то, что я и искал.

Что меня смущает в СВД, это длина. Быстро из кабины с ней не выскочишь. И не постреляешь из кабины, но кто сказал, что ехать придется в кабине? Я совсем не Рембо, что

бы там не говорили про пять трупов. Случись крупного зверя стрелять автоматный патрон ни о чём, имею печальный опыт с "Сайгой".

– Сколько?
– вынимаю из ящика правую винтовку.

– Тысяча экю с оптикой и пятьюдесятью патронами на пристрелку. Это немного больше стандартной цены. Но, с этими винтовками я поработал лично и уверен в них полностью. После сезона дождей русских будут принимать на новой базе. Так что мой склад освобождают от советского оружия. На этой базе будут принимать исключительно переселенцев из Западной Европы. А они плохо берут советское оружие.

– Беру. Прилично у вас остатков на складе остаётся. Куда их пристроите?

– Что-то китайцам отправим, тут недалеко. Что-то Русская Армия выкупит. Патронов сколько возьмёте? Есть немного снайперских со стальным сердечником, - Гельмут раскладывает на столе здоровенную брезентовую сумку.

– Цинк найдётся? Тут можно пострелять поблизости?

– Конечно. Стрельбище в карьере сразу за периметром. На КПП покажут, где именно, - немец аккуратно пакует винтовку в сумку.

– Магазинов сколько нужно?

– Семь.

– Ещё нужно что?

– Две сотни патронов к АПБ, пару запасных магазинов и кобуру. Если есть, приклад и глушитель. По ножам есть что-нибудь?

– Продажа спецсредств Орденом разрешена исключительно для сил самообороны анклавов. Так что глушитель законным путем тебе не купить. А нож и кобуру купишь в городе. Я подскажу, к кому обратиться.

– С вас 1322 экю,- Гельмут выкладывает на прилавок цинк винтовочных патронов, магазины к СВД и АПБ, пачки пистолетных патронов.

Отдаю Гельмуту свой Ай-Ди и распихиваю хабар по сумке.

Немец вставляет айдишник в прорезь терминала, поколдовав с ним пару минут, возвращает мне пластиковую карточку.
– Айн минутен, - немец ставит на сумку две пломбы.
– Вы в гостиницу, я полагаю?

– Правильно полагаете.

– Обождите, я сейчас закрою тут все и покажу, где гостиница. Нам по дороге.

Улица встречает непривычно влажной духотой. К особенностям местного климата еще привыкать и привыкать. А пока, закинув сумку в кабину, подсаживаю туда же несостоявшихся пулемётчиков.

Со стороны карантинной зоны мимо нас проезжает грузовик неизвестной мне марки. Кузов грузовика плотно заставлен деревянными поддонами.

– Хм, куда он их потараканил, интересно? И главное, откуда - мыслю вслух.

– На разборку. Поддоны аккуратно разберут. Досочки пойдут на мебель или в стройку. Даже гвозди отрихтуют для продажи, - Гельмут стоит на крыльце арсенала и щурится на вечернее солнышко. На боку немца появилась внушительных размеров кобура, на плечах куртка с эмблемой Ордена.