За что боролись…

— Зачем же так пить?..

Голос прозвучал хрипло, надтреснуто и глухо, а на ключевом слове «пить» сорвался на визгливый фальцет балаганного Петрушки. Я приоткрыла глаза и поняла, что эти звуки, испущенные чьей-то истерзанной «сушняком» глоткой, на самом деле изданы мной.

Я попыталась встать, но тут выяснилось, что диван, на котором я скорчилась в позе солдата Первой мировой во время газовой атаки под городом Ипром, является частью огромной центрифуги… Пространство

резко рванулось в сторону, запульсировали, наплывая и вновь отдаляясь, серо-белые стены. В голове загудел тяжелый колокол.

— На, выпей, — сказало нечто большое и мутное, и из тумана вынырнул фужер с чем-то жидким, холодным и пузырящимся.

После того как я послушно выполнила это, по телу разлилось приятное тепло, в голове начало стремительно проясняться. Мутное «нечто» также вырисовалось в высокого молодого человека лет двадцати двух, хорошо сложенного и очень красивого, насколько можно судить сквозь еще не растаявшую пелену перед глазами.

— Ой, блин, — пискнула я, поскольку рассмотрела, что на теле молодого человека нет ничего, даже отдаленно напоминающего одежду. — Ты кто такой? — буркнула я, привставая на локте.

От-те раз, и я оказалась совсем голая! По телу прокатилась волна чудовищной усталости, и я рухнула обратно на подушку. Пусть смотрит, мне все равно.

Неизвестно откуда взявшийся парень рассмеялся и, присев, погладил меня по животу.

— Я артист больших и малых академических театров, — гнусаво сказал он, — а фамилия моя слишком известная, чтобы я ее называл.

— Сейчас сама угадаю, — пробормотала я. — Вспомнила! Воло… нет, Вадим… то есть Влад.

— Молодчинка, — одобрительно улыбнулся он, — осталось угадать, откуда ты меня знаешь и что я тут делал у тебя дома?

— Что делал, угадать несложно, — я скользнула взглядом по его обнаженному телу в царапинах и следах поцелуев. — А познакомились мы вчера… в ресторане «Лира»…

— Какая, на хрен, «Лира»? — довольно бесцеремонно перебил он. — Ты заходила в офис фирмы «Атлант», и там…

— Ах да, мне нужно было к Тимуру… по делу.

— Президенту «Атланта»? Анкутдинову? Ты с ним знакома?

— Да, он мой сокурсник. Мы с ним вместе в юридическом учились.

— В юридическом? Я тоже там учусь. На четвертом курсе.

— Да ну! Сколько ж тебе лет?

— Двадцать один, — ответил он и добавил: — Будет через полторы недели.

— Двадцать один? Ну-у… впрочем, ты их прожил недаром, — сказала я, припоминая отдельные подробности совместного ночного времяпрепровождения. — Это мы в офисе так набрались?

— Да нет, в кафешке. Сам уже не помню, в какой.

— А с тобой же еще один был… такой светленький… с глупеньким личиком. Леша его зовут.

— Почему «был»? — пожал плечами Влад. — Он и сейчас здесь.

— То есть… как это?

— Да на твоем компьютере играет.

— А он-то здесь какого?..

Влад

хитро прищурился и сказал с ехидным смешком:

— Танечка, милая, а кто вчера весь вечер орал, что хочет заняться групповым сексом с малолетками, то бишь с нами? Мы ж на шесть лет тебя моложе.

Я захлопала ресницами.

— Я?! И что — мы…

— Все вышло превосходно, дорогая, как говорят в поганых американских мелодрамах. Хотя, конечно, мы перебрали со спиртным.

— Чего это я так разохотилась? — задумчиво поинтересовалась я, адресуя этот риторический вопрос скорее самой себе, нежели моему Аполлону из академии права. — Да, впрочем, неважно. А чего это ты мне дал выпить? Божественно полегчало.

— Это фирменный светловский коктейль. Леши Светлова, который в соседней комнате.

— Хороший Леша, — промурлыкала я, потягиваясь на диване. «Сейчас он меня прожжет взглядом», — подумалось мне после того, как я уловила на себе пристальный, немигающий взор Влада, полный явно не сыновнего почтения.

— Подай мне халат, — сказала я, — да и сам чего-нибудь натяни. А то тоже мне Адам и Ева.

— Пошли лучше в ванную, — сказал он, не пошевелив и пальцем, чтобы выполнить мою просьбу, — освежимся.

Я скорчилась в позе a la роденовский «Мыслитель», но Влад, поспешно схватив меня в охапку, потащил через всю квартиру в душ.

«Здоровый какой, — подумала я, обнимая его стройную, мускулистую шею и закрывая глаза, — как пушинку подхватил!»

Хотя я, надо признать, никогда не страдала избытком веса.

— Теперь о сексе неделю думать не буду! — пробурчала я после душа, который оказался лишь предлогом для последующих сексуальных домогательств. Приняла я их, впрочем, более чем благосклонно.

Влад что-то нежно мурлыкнул, как огромный умиротворенный кот, и начал стремительно пожирать содержимое моего холодильника.

Я вошла в комнату, где стоял компьютер. За ним, по словам Влада, должен был сидеть Светлов.

— Хороший у тебя «пентюх», — послышался голос откуда-то из угла.

Светлов развалился в кресле и при этом рассматривал меня с самой гаденькой и откровенной улыбочкой.

— Доброе утро, — я почему-то растерялась и произносила слова приветствия голосом, дрожащим и неуверенным, чего за мной никогда прежде не водилось.

Серо-голубые глаза юнца сузились и вспыхнули холодно и цинично.

— Я немного в футбол поиграл, — нараспев произнес он. — Откуда у тебя «Soccer-98»?

— Да так, друг подарил.

— И друзья у тебя хорошие. Все хорошее, ек-ковалек. А Влад на кухне, что ли? Жрет, аж за ушами трещит?

— Ага.

— Да, ему силы восстановить не помешало бы, — на лице Светлова вспыхнула все та же гаденькая циничная улыбка.

— А ты что делаешь?

— Да так… кроссворды отгадываю. Мозги размять надо.