Чтение онлайн

– Козел – с обидой огрызнулась Зоря.

– Не знаю, может быть. Да я уже привыкла, поэтому особо не обращаю внимания на эти закидоны. Для меня-то он всё равно, что родной человек. Поэтому плевать мне на всякие там условности. Родной… Вот поэтому и отпускать не хочу.

– Грустно – и вправду опечалилась Карина, у которой уже заблестели реснички.

Еще на некоторое мгновение в комнате вновь наступила тишина, пока Настя не решила взять ситуацию в свои руки.

– Так, ну всё, харэ! Загрустили мы чего-то. Давайте-ка сменим тему? Тем более у нас есть, про кого поговорить. Меня вот дико интересует вопрос –

как себя чувствует наш Валера? А то он всё сидит и молчит, а мы про него толком и не знаем ничего.

Услышав свое имя, Валера стал похож на одного из тех испуганных тараканов, которых внезапно обнаруживали ночью на кухне при внезапном включении света. Казалось, что он был готов сделать что угодно, лишь бы не стать главной темой последующего обсуждения.

Но было уже слишком поздно – глаза всех присутствующих как по указке теперь были обращены к единственному представителю мужской особи в комнате. Назревало нечто интересное.

Ефимыч на пару с Сеней уплетал вкусные румяные блинчики, переданные его заботливой благоверной. Стряпуха из Манюни всегда была замечательная, только вот с количеством этой стряпни жена Ефима Ефимыча всю жизнь перебарщивала. Вот и сегодня она и передала блинов супругу не для перекуса, а аж целую стопку, которой наверняка хватило бы накормить целую китайскую деревню.

Дело у деда и внука шло так продуктивно, что ужинать сторожу уже было без надобности. Его старое и тощее брюхо теперь было забито под самую завязку и никакому супу с пампушками там уж точно было не место.

Под вкусную трапезу их неторопливая беседа протекала сама собой.

– Вот же ж и понаехало сегодня родителей. Это еще хорошо, что я их не досматривал. Иначе тут пробки бы были до сих пор. И главное же прутся всем семейством…

– А где их тогда проверяли? Или вообще без проверки?

– Ну прям уж… Македона бы кондрашка схватила, если б не шмонали. Да и правильно оно… Детишек же охраняем, как ни как. Мало ли кому что вздумается? А досматривали их тама вон, дальше – махнул сторож в сторону лагеря. – Благо, что есть кому.

– Не “тама”, а “там”, дед…

– Яйца курицу не учат. Ешь давай, не отвлекайся.

– Да ем я, ем. Слушай, я всё спросить хотел – ты на пенсию-то собираешься? – поинтересовался великан, отпив уже почти половину чая из кружки, которая в его руках казалась почти детской.

– Опять двадцать пять… Вам не надоело еще? Что ты, что бабка меня в ту же степь гонит – запричитал Ефим Ефимович. – Ну пойду я на пенсию, и что? Дома-то чего делать? Скорлупки от семачек пересчитывать? Воздух взвешивать? Манюша вот еще хоть по саду хлопочет, при деле. Да ей и полезно…

– А ты отдыхать не пробовал? Говорят, полезное занятие.

– Лодыри вообще много чего лопочут, потому как времени у них воз и мешок. Не переживайте, в гробу отдохну, успеется. А работать полезно! Молодежи вот это бы хорошо уяснить…

– А что, ты за всю жизнь не напахался? То на благо социализма, то на семью, то на других. Не надоело еще?

– Если б мы тогда на социализм не пахали, вы бы сегодня всей страной с голой задницей бы сидели!

– Началось…

– Все при деле были, про отдых не думали. Руками работали, города строили, а питались хлебом да капустой. А щас чего? Молодежь за компухтеры эти свои села и устала тут же, лапки

свесив. Только о курортах своих и думаете. Зато как руками поработать…

– Ну всё-всё, хорош, тормози тачанку. Я же не про это, сам понимаешь. Я про то, что тебе уже на пенсию положено. Пусть другие работают.

– Другие пусть лучше сами о себе подумают. А мы тут как-нибудь без сопливых. Я еще всем вам фору дам, так что не хлопай варежкой.

– Ну-ну… А чё ж тогда бабушка говорит, что ты на сердце жалуешься?

– Я на него всегда жаловался, а оно на меня. И что теперь?

– Вдруг тебя здесь прихватит? – не отставал внук. – Сюда пока скорая доедет…

– Сень – ну вот что ты мне мозги полощешь? А вдруг, а то, а это… Всякое в жизнях случается. А вдруг метеорит завтра рухнет? Или америкосы полезут? Так можно с пеленок ждать всякой ерундистики. К тому же, ежели что – у нас тут и доктор хороший имеется, Яков Максимович. Он уж точно выручит. Ну а если и не успею вызвать никого, так значит и срок мой подошел. Мне уж годов-то сколько?

– Молодой ты. Еще жить и жить.

Ефим Ефимыч ухмыльнулся в весь свой неполный набор зубов.

– Ох, да уж… Не нажился ведь еще. Слушай – я ж дома и помру быстрее, как вы не понимаете-то. Буду лежать на диване пузом к верху, да в ящик пялиться, и сразу начнет болеть всё подряд. И даже там, где раньше и комары не кусали. А всё почему? Да потому что появится время думать о болячках своих, во как!

– М-да… Научным подходом повеяло.

– Ты не умничай, а лучше соображалку включи. Как оно лучше будет – в хате киснуть, али делом заниматься? А я тебе отвечу сразу – делом! Здесь же оно как делается? На работу мне нужно проснуться, а значится и режим соблюдать. Чтоб пораньше встать, нужно пораньше лечь, вот тебе и режим. Дальше – как встал, так и покушал сразу, чаёчку выпил. Пока на остановку иду – поздоровался со всеми, кого встретил, прогулялся. А пока сюдой на автобусе еду, я и покемарить могу, и газетку почитать. Ну а здесь-то и вовсе благодать. Природа, тишина, воздух свежий, птички вон как поют. А в выходные уже можно и отдохнуть. Такой отдых и ценится больше, чем посреди безделья.

– Это ладно. А со здоровьем чё прикажешь делать?

– Сеня, Сенечка – я старый! Мне и без того положено болеть и тарахтеть. Возраст у меня уже такой, понимаешь? И вообще, запомни – к старости разве что член на лбу не вырастит. Вот так вот!

– Постараюсь запомнить – ответил внук, которого речевой оборот дедушки и правда позабавил.

– Уж постарайся – причмокнул Ефимыч, вытирая рот салфеткой. – А на диване полежать да газету почитать я и здесь могу. Что я, кстати, и так делаю… О, принесло кого-то, что ли…

И правда – освещая темноту фарами, на обочине дороги остановилась машина с желтой полосой. “Такси” – догадался сторож и пока что решил не обращать внимания на приезжего, потому как мимо его сторожки запоздалому гостю всё равно было не пройти и ворота не открыть.

– Поздновато уж для посещений – глянул сторож в окошко, а после вернулся на свое место за столом. – Кто-то из работников, видать.

– И всё равно я не догоняю, зачем оно тебе… Дома в твоем возрасте всяко лучше, чем в ночную смену здесь пахать – продолжил стоять на своем Сеня, не обращая внимания на приезд такси. – Да и скукота тут смертная. Сиди да в окно гляди…