Чтение онлайн

Он знал, что генерал обладал безграничной силой, ведь тот как-то сумел в одиночку уничтожить элитный отряд из ста боевиков, поэтому Чжао Юаньшуан верил в его мощь. Ву Тунсюн был одним из самых близких соратников Вуянь Хуна, поэтому если начальник штаба вернется обратно без него, то Император ему этого не простит.

— Чэнь Гунмин, возьми свою роту и отправляйся на поддержку генералу Ву, — вызвав командира особой роты, Чжао Юаньшуан отправил его на разведку.

Особая рота состояла из солдат, прошедших строжайшую армейскую подготовку, а также обладавших большим опытом и немалым

физическим укреплением тела. В регулярной армии они считались элитой солдат, специализировавшихся на обращении с огнестрельным оружием в соответствии с современной наукой. В сражении их выучка и дисциплина могли оказаться полезнее действий группы высокоуровневых мастеров.

— Так точно, командующий! — отсалютовал Чэнь Гунмин и, забрав свою роту, углубился в джунгли по следам группы Ву Тунсюна.

Вскоре, когда Чжао Юаньшуан уже начал изнемогать от нетерпения, командир особой роты вернулся. Держа закрытый ящик, он с бледным лицом подошел к командующему и, открыв крышку, доложил:

— Командующий, генерал Ву отдал жизнь за родину!

«Что?! Генерал Ву погиб?» — услышав и увидев, Чжао Юаньшуана чуть не хватил сердечный приступ; потеряв дар речи, сейчас он мог лишь молча смотреть.

Ву Тунсюн — близкий друг Вуянь Хуна, их можно назвать братьями, между которыми связь была крепче, чем у многих родных братьев. Теперь, когда он погиб, Чжао Юаньшуан, как единственный главнокомандующий этой армии, абсолютно точно не может отступить с пустыми руками. Он даже не хочет представлять себе гнев Вуянь Хуна, когда тот узнает о гибели Ву Тунсюна.

— Армия, полный вперед! — придя в себя, резко скомандовал Чжао Юаньшуан. — На максимальной скорости подняться в горы Далуо! Мы обязаны уничтожить проклятого Юэ Чжуна во что бы то ни стало!

В соответствии с его приказом, огромное войско пришло в движение. Саперы уже очистили ближайший путь, и сейчас выдвинулись вперед, чтобы продолжить проверку и разминирование. Все-таки Юэ Чжун приказал установить довольно много мин на их пути, причем он также направил людей устроить всевозможные ловушки, так как хотел по максимуму задержать продвижение вьетнамской армии.

Тем не менее, Чжао Юаньшуан был непреклонен — направив всех саперов вперед и потеряв в ловушках нескольких бойцов, он все же достиг цели. Они нашли искусственную пещеру, в которой по разведданным находились китайские повстанцы, скрывавшиеся в горах Далуо. Однако, придя сюда, вьетнамцы не нашли ни Юэ Чжуна, ни китайцев — здесь была лишь огромная пустая пещера, из которой уже все ушли.

— Проклятье! Он сбежал! — обнаружив пустую пещеру, Чжао Юаньшуан изменился в лице.

— Командующий! — в этот момент к нему подбежал офицер связи. — Его Величество хочет с вами поговорить!

— Ваше Величество, какие будут приказы? — взяв рацию, осторожно спросил Чжао Юаньшуан.

— Юаньшуан! — из рации раздался серьезный голос Вуянь Хуна, на фоне которого была слышна перестрелка. — Немедленно возвращайся! У нас проблемы!

Глава 475. Жестокая битва за Лангшон

Где-то в горах Далуо свыше шести сотен человек шли через снег и холод, таща за собой огромное количество

различных материалов и ресурсов. Двигаясь в одном направлении, каждый из них, даже дети 11–12 лет, нес оружие и как минимум несколько килограммов груза. Если бы дело было в прежнем мире, то такое обращение с детьми и женщинами назвали бы насилием, однако в нынешнем мире апокалипсиса если попытаться отобрать у них оружие, то эти маленькие дьяволята начнут отчаянно сопротивляться. Огнестрельное оружие — это сила, а сегодня только люди, обладавшие силой, могут жить лучше.

— Мастер, мы все-таки отступили, разве это не плохо? — неожиданно спросила Синь Цзяжоу, которая в военной форме выглядела особенно воинственно и очаровательно.

Юэ Чжун, как и обещал, помог Райскому Государству в противостоянии с Вуянь Хуном, устроив засаду на вьетнамских солдат, однако в то же время приказал китайским выжившим покинуть обжитую пещеру в горах Далуо. Из-за этого Синь Цзяжоу немного запуталась.

— Я обещал только организовать серьезные потери Вуянь Хуну, — ответил Юэ Чжун, — а не сражаться с его элитными войсками.

Райское Государство надеялось, что Юэ Чжун схлестнется в безжалостно-свирепом сражении с войсками Вуянь Хуна, как-никак у китайцев были причины для этого. Но у Юэ Чжуна были собственные соображения — даже если с помощью полученного вооружения он одолеет армию Вуянь Хуна, то китайцы все равно понесут потери, что в долгосрочной перспективе будет обоюдным поражением. Все-таки для победы над 2000-й элитной армией Юэ Чжуну придется заплатить немалую цену. Он никак не мог совершить подобной глупости.

Но и это было не все. У Юэ Чжуна были собственные претензии к Райскому Государству, которое обладало огромной силой, поэтому он не желал допускать усиления такой глобальной организации в их регионе. В конце концов, если в будущем Китай сможет восстановиться, то ему абсолютно точно придется столкнуться с Райским Государством.

После ответа Юэ Чжуна Синь Цзяжоу молча продолжила поход, размышляя над его ответом.

Между тем за пределами Лангшона собралась армия хорошо оснащенных элитных солдат, штурмовавших сейчас город, в то же время с их позиций раздавалась канонада постоянных артиллерийских залпов, обстреливавших один из крупнейших город Северного Вьетнама и уничтожавших большое количество укреплений и оборонительных сооружений.

— Чертов ты сукин сын, Чэнь Шэнъюн! Отважился «пользуясь пожаром, заняться грабежом»?! — выругался мрачный Вуянь Хун, наблюдавший с высотного здания за действиями многочисленного войска, которое под прикрытием артиллерийского огня занимало одну позицию за другой.

Лидер Вьетнамской Народной Армии — Ястребиный Вождь Чэнь Шэнъюн — был амбициозным и свирепым лидером, управлявшим городом Тайюань, в котором проживало свыше 80 000 выживших. Будучи военачальником, он развивал свою армию, и сегодня она насчитывала порядка 10 000 человек — соотношение солдат к общему населению составляло 1:8. Однако хоть и казалось, что армия у него большая, на самом деле только 2000 элитных солдат обладали огнестрельным оружием, в то время как остальные 8000 были вооружены лишь холодным оружием и выступали в качестве резерва.