Чтение онлайн

Реальная сила Лармана была чуть ниже Бо Сяошэна, поэтому после присоединения к бою еще двоих он оказался в очень опасном положении и, тем не менее, его сила была очень велика, из-за чего всем троим придется потратить время на его убийство.

В то же время на 18-м этаже один из солдат Карающего Легиона, видя, как скелет с легкостью порубил на мелкие кусочки его товарища, тут же отбросил оружие и, встав на колени, крикнул:

— Я сдаюсь! Не убивайте меня!

К этому моменту спецподразделение группировки Хунмэнь сократилось уже на 60 % от своего изначального численного состава, потеряв при этом

двух убитых капитанов и одного, застрявшего внизу, из-за чего весь их боевой дух испарился. Поэтому лишившись даже малейших шансов на победу, они начали открыто сдаваться. Европейские солдаты сражаются, используя всю свою силу, однако как только теряют всякую надежду на победу — спокойно сдаются.

Скелет со вспыхнувшими глазами обошел этого солдата и, атаковав другого, мгновенно срубил ему голову, отправив ее в полет.

— Сдаюсь! Я сдаюсь!

— Я тоже сдаюсь!

— …

Все члены Карающего Легиона, отбрасывая в ужасе оружие, становились на колени.

«Потрясающе!» — когда Чжэн Минхэ и остальные бойцы поднялись на 18-й этаж, они увидели, что все солдаты противника уже сдались и покорно стояли на коленях, что не могло их не удивить.

Боевую мощь этого иностранного подразделения Чжэн Минхэ только что испытал на себе — они слаженно взаимодействовали, были хорошо обучены и превосходно чувствовали бой. Поэтому если бы не жесточайшие действия скелета, сломившие их боевой дух, то Юэ Чжуну пришлось бы потерять еще немало людей, чтобы одолеть их.

— Господа из группировки Цин-Ши! Я, Морис, хочу поговорить с вашим лидером, кажется, между нами произошло недоразумение, — в этот момент из динамиков на всех этажах раздался голос заместителя лидера группировки Хунмэнь.

Глава 406. [Ворон]

— Жду вас на 22 этаже! — закончил свое сообщение Морис.

— Босс, что делаем? — спросил Чжен Минхэ.

— Продолжать наступление! Уничтожить всех, кто оказывает сопротивление! — ледяным тоном приказал Юэ Чжун и вместе со скелетом немедленно отправился на 19-й этаж.

На этом этаже располагалась зона отдыха и развлечений высокопоставленных членов группировки Хунмэнь. Здесь находилось множество красивых женщин, одетых в откровенные наряды — преимущественно китаянки, но было и восемь голубоглазых блондинок-иностранок, однако ни одна из них не отличалась великой красотой.

Увидев окровавленного скелета с кусками человеческой плоти на теле, женщины, до смерти перепугавшись, задрожали от страха. Скелет же, осмотревшись, не обнаружил угрозы и направился прямиком на 20-й этаж, однако ни на 20-м, ни на 21-й этаже никого не оказалось, поэтому Юэ Чжун в сопровождении скелета поднялся на 22-й этаж.

Войдя в кабинет лидера, Юэ Чжун увидел мужчину, высокомерно сидевшего на краешке стола и с видом хозяина сурово смотревшего на него. Также вокруг него стояло 13 светловолосых иностранцев, источавших свою силу и демонстрировавших серьезность своих намерений.

— Я — Морис, а ты, должно быть, Юэ Чжун из банды Цин-Ши? — холодно посмотрев на него, спросил вице-лидер группировки Хунмэнь, — Кто ваш лидер? Позови его ко мне!

В его глазах желтокожие люди были низшими существами, поэтому он хотел говорить только с боссом Цин-Ши, а не с каким-то бойцом

низших существ Юэ Чжуном, так как считал это унизительным.

Глаза Юэ Чжуна приобрели ледяной блеск и, моментально достав Стингер, он выстрелил. Раздался грохот мощного выстрела, следом за которым голова одного из бойцов, стоявшего рядом с Морисом, разлетелась на куски, а тело безвольно рухнуло на пол.

— Ты находишься на моей земле, так что будь вежливее, — хладнокровно проговорил Юэ Чжун, — А если торопитесь на тот свет, то я быстро вам это обеспечу.

— Как ты посмел убить Мона, чертов ублюдок! — яростно взревел один из бойцов, потянувшись к своему оружию, — Я так просто это не оставлю!

Однако раздался новый выстрел, и иностранец — Энхансер выше 30-го уровня — также лишившись головы, бездыханным трупом завалился на пол.

— Кто готов умереть прямо сейчас, может делать все, что угодно, — прицельным взглядом Юэ Чжун осмотрел оставшихся 11 иностранных экспертов, — Кто не готов — лучше стойте на месте.

Стоявший рядом с Юэ Чжуном скелет держал в руках большой костяной топор и также пристально смотрел на них. Как только он увидит их движение, то тут же начнет действовать. Однако из-за столь решительных и безжалостных действий Юэ Чжуна, иностранные бойцы с дрожью в сердце лишь молча смотрели на них, не осмеливаясь шелохнуться.

— Юэ Чжун! — с трудом сдерживая гнев, медленно сказал Морис, — Мы много средств инвестировали в Китай — строили заводы, дома, развивали сельское хозяйство, желая помочь нашим иностранным друзьям, и теперь вы так благодарите нас за все это? Китайское правительство никогда не простит вам этот террористический акт против иностранных граждан! Однако если вы уйдете сейчас, то еще сможете избежать наказания, в противном случае, я буду вынужден доложить обо всем вашему правительству!

Лучший способ договориться с китайцами — это оказывать давление, упоминая их правительство. Будь то в прежнем мире, или после начала апокалипсиса этот козырь Мориса всегда действовал безотказно.

Китайские власти боялись иностранцев, поэтому уже стало обыденностью, когда иностранец мог чуть ли не публично изнасиловать женщину и отделаться лишь 15 сутками ареста, причем совершенно не важно, кем был этот иностранец.

Морис действительно один из топ-менеджеров европейской межнациональной корпорации, поэтому китайское правительство всегда удовлетворяло его просьбы, чем он почти в совершенстве пользовался.

Однако Юэ Чжун все с тем же стальным блеском в глазах лишь выстрелил снова, разворотив голову еще одного иностранца.

— Морис, ты слишком много болтаешь. Все, что ты только что сказал — чушь собачья. Если бы у тебя была возможность, то сейчас меня бы уже окружала многочисленная армия, поэтому если ты снова начнешь пороть чепуху, то я просто пристрелю тебя! — после чего пригрозил: — Морис, у тебя сейчас есть лишь один шанс выжить — сдаться вместе со всеми своими людьми, иначе я поубиваю вас всех.

— Проклятая желтокожая обезьяна, я убью тебя! — преисполнился ярости Морис, который впервые встретился с таким отношением, что для него, как для белого расиста, было беспрецедентным оскорблением, поэтому в порыве гнева он закричал: — Ты, желтый урод, просто бредишь! Чтобы я сдался вам? Это абсолютно невозможно!