Чтение онлайн

На второй день Лилит поймала себя на мысли, что ей хотелось бы больше узнать про этого юношу. Откуда он, где учится, и почему вдруг читает отрывки пьесы народу. В конце выступления, парень собирал деньги, брошенные ему под ноги восторженными зрителями. Быть может, лишь так он мог оплатить свою учебу… Но девушка постеснялась подойти к юноше, тем более, что каждый раз по окончании к нему подходил еще один парень, выглядевший старше него, и помогал собирать деньги. А затем они забирали деревянный ящик, на

котором выступал светловолосый мальчик, и спешно уходили прочь.

Смотря вслед удаляющимся спинам, Лилит вдруг пришла в голову мысль, которая странным образом не посетила ее в первый же день: она захотела нарисовать парня. И завтра же Лили решила взять с собой свой блокнот и карандаш, чтобы зарисовать юношу во время вдохновенного чтения.

От этой мысли настроение девушки взлетело вверх до самого неба и улетело еще выше. Она довольная забежала домой, приобняла отца и чмокнула маму в щеку, поинтересовавшись, что сегодня на ужин. Удивленные родители в молчаливом согласии решили: видимо, влюбилась.

— Милая, что стало причиной столь сильного возбуждения? — поинтересовалась Сьюзан за ужином.

— Для итогового экзамена мне нужно принести уличный портрет, и я, наконец, поняла, что нужно нарисовать, — чудесным образом Лилит смогла извратить правду, практически не соврав.

— Или, точнее, кого, не так ли? — Оливер лукаво прищурил каре-зеленые глаза, цвет которых по наследству достался и его дочери.

Лилит, улыбнувшись, пожала плечами. Она хотела было ответить, но вдруг с улицы раздался лай соседской собаки, а потом чье-то сердитое ворчание.

— Опять этот пьяница, — свела брови к переносице Сьюзан. — Старик Эмерсон… И как только хватает здоровья так надираться каждый день.

— Иногда он напивается ночью, — заметил Оливер. — Может, такие перемены идут ему на пользу, — горько усмехнулся он.

— А ведь у него двое сыновей, — покачала головой Сьюзан. — Младший едва ли старше тебя, Лили. Говорят, он заставляет их работать, а потом пропивает все деньги…

Лилит удивленно посмотрела на родителей:

— Мы живем тут всю жизнь, а я даже не знаю, о ком вы говорите.

— Потому что ты все время проводишь либо у себя в комнате либо с подругами в городе, — ответил отец. — Вот и не знаешь, что у мисс Одерман, живущей слева от нас, месяц назад появились новые соседи. Риззо, хозяин дома, сдал его в аренду мистеру Эмерсону с двумя сыновьями…

— Знаешь, Оли, и хорошо, что она не знает, — буркнула вдруг Сью. — Не нужно тебе, Лили, знаться с этой семьей, — добавила она под раздавшуюся с улицы пьяную песню мистера Эмерсона. — Про них столько всего нехорошего говорят.

***

На следующий день Лилит едва дождалась окончания утренних занятий. Быстро закидав себе в желудок какую-то пищу, которую подавали на обед в столовой, девушка

выбежала на улицу и поспешила к той самой площади.

Она была пуста.

Решив, что пришла слишком рано, Лилит уселась на ступеньку, достала блокнот и стала терпеливо дожидаться юноши. Но его не было.

Он не пришел спустя полчаса, и даже час. На площадь приходили какие-то люди, некоторое время стояли и уходили — видимо, тоже хотели послушать чтеца.

Рискуя опоздать на занятия, девушка взволнованно убрала в рюкзак блокнот и поднялась на ноги, но пока не спешила направляться в сторону университета. И только когда уже стало определенно ясно, что парень не придет, Лилит быстрым шагом вернулась в учебное заведение, гадая, почему же сегодня он не явился.

Его не было и на следующий день, и через день. Площадь продолжала пустовать всю неделю. Расстроенная Лилит решила, что парень, скорее всего, набрал нужную ему сумму денег, и больше не будет выступать перед толпой. А может, он и вовсе уехал из города. Если он уличный актер, то, скорее всего, много ездит по разным городам. Однако в один из последних учебных дней уши девушки уловили радостные для нее слова:

— …стоит на ящике посреди площади и читает наизусть, представляешь! Вот заняться нечем.

Лилит, идущая прямо по коридору, резко свернула в сторону удаляющейся однокурсницы, в чьей болтовне девушка уловила для себя лучик надежды.

— Карина! Карина, извини, — она остановила знакомую, — я случайно услышала твои слова… ты говорила про парня, читающего Шекспира?

— Ну да, — чмокнув жвачкой, кивнула та.

— Скажи, где ты его видела?

— Стоит на Джубили-стрит, напротив ресторана Карлукоса, а что?

— Просто интересно, — улыбнулась Лилит и, извинившись, убежала в другую сторону.

Она прибежала к месту, названному Кариной, едва не опоздав и не упустив юношу. Если у Лилит и были какие-то сомнения насчет того, что чтецом мог оказаться не тот же юноша, то они развеялись, едва она увидела светлую макушку и услышала приятный голос, по которому, к своему удивлению, успела соскучиться:

— И, как в породе темной яркий камень,

Мой новый лик, блеснув над тьмой греховной,

Величьем больше взоров привлечет,

Чем не усиленная фольгой доблесть.

Себе во благо обращу я злое

И, всем на диво, искуплю былое. (3)

Он медленно сошел с деревянного ящика и поклонился:

— Спасибо.

Зрители зааплодировали и по доброй воле одарили юношу несколькими долларами, которые он, не забывая благодарить людей, собирал с асфальта. И снова Лилит хотела было подойти к нему, но между ними словно из-под земли вырос чернокожий мужчина, который подошел к парню и заговорил с ним:

— Где ты научился этому, юнец?