Явь
Шрифт:
Варя чувствует себя легкой, как воздух, нет прикосновений или температуры, только пространство и тянущийся в щель двери сквозняк.
Крики, всхлипывания и вопли продолжаются. Варя приближается к двери подвала. Дверь все так же заперта. Варя слышит и понимает, кто там кричит, и даже знает почему. Ее раздирает на части боль от отчаяния и скорби. Варя просачивается в дверь, как дуновение ветра.
Ольга в оборванном платье лежит на полу. Крики вырываются из нее непроизвольно, большими залпами. Она рвет на себе одежду и вырывает волосы, голос хрипит и теряется,
Варя отворачивается и закрывает глаза руками, в попытках не смотреть на страшную боль от потери. Варя плачет вместе с ней, попытается до нее достать, дотронуться, но на самом деле ее там нет.
Неожиданно все вокруг расплывается, быстро движется, меняет места. Свет под потолком из заколоченного окна мелькает словно фонарик. Звуки пропадают и возвращаются обратно. Свет и тени становятся на свои места. Варя успевает только оборачиваться вокруг себя, улавливать происходящее.
Теперь Ольга сидит на скамье. Волосы ее взъерошены и сбиты, грязное вытиравшее землю платье порвано. Вдруг в двери раздается стук. Ольга медленно подходит к ней. Тихий, писклявый голос Ани произносит молитвы и сбивчивые слова.
— Ольга, простите нас, умоляю. Я не могу больше так. Пускай меня выгонят, или убьют, но я вас не брошу.
Ольга стоит неподвижно, по ее глазам беззвучно льются тонкие слезы, хотя кажется, что она выплакала все. Она не говорит ни слова, просто упирается головой в деревянную дверь.
Тогда Аня проворачивает ключ в замке. Ольга оживляется. Ее глаза становятся большими, и кажется в них играет маленькая дьявольская надежда.
Дверь отворяется, раскрывая заплаканную служанку. Ольга подходит к ней, обнимает и гладит по голове.
— Тихо, дорогая, не плачь. Скажи, все сейчас спят? — холодным чужим шепотом спрашивает мама.
— Да, спят.
— Хорошо. И мой муж тоже спит?
— Я видела, как он заходил в свою комнату, как выходил не видела, — все еще захлебываясь в слезах, говорит Аня.
Тогда Ольга чуть отходит от нее, заглядывает ей прямо в глаза, рассматривает с пару секунд. Прислоняется к ее лбу губами и говорит:
— Аня, забирай Василия и уходите из дома, сейчас же. Ты меня поняла.
Аня вдруг перестает рыдать. Она молча кивает и убегает прочь.
Ольга неспешно, нечеловечески тихо идет от мрачного холодного коридора до самой террасы. Ее босые ноги воздушно касаются пола, она спокойна, уверена и ловка.
Варя следует за ней по пятам. Ольга спускается по лестнице, проходится по саду, затем заходит в сарай. В сарае осматривает полки, находит на одной из них что-то маленькое, поворачивается в другой угол и берет большую железную флягу. Фляга кажется очень тяжелой, но лицо Ольги не искажается от тяжести, хоть и идти ей становится сложнее.
С такой же ловкостью и чуть тяжелее в ногах она идет обратно в дом. Подходит к двери, в которой раньше проводила каждую ночь. Беззвучно тихо откручивает флягу, опускает ее вниз. Горючее содержимое выливается тонкой струей на деревянный пол, на ковры и мебель. Она проходит у каждой комнаты по периметру, без единой
Содержимое фляги заканчивается в прихожей. И этого ей достаточно. Она достает маленький коробок, медленно вытаскивает оттуда длинную спичку, зажигает ее и немедля ни секунды бросает на пол. Огонь стрелой мчится по ее следу, перекидывается на ковры, шторы, шкафы. Вскоре все охвачено черным дымом и ярким пламенем.
Ольга медленно спускается с крыльца. Ее лицо ровно и холодно, мелькает лишь легкая блаженная улыбка. Она разворачивается лицом к пламени любуется им и слушает, как люди в доме кричат от ужаса, зовут на помощь, задыхаются от едкого дыма, горят в адском огне.
Вдали от дома, с котомками остаются Аня и дядя Вася. Аня рыдает на плече у пришибленного дяди Васи, он закрывает руками глаза и громко молится.
Ольга не прибавляет в шаге, в совершенном спокойствии бредет в сторону леса.
Варя видит, как из дома выныривает огромная темная фигура. Варя оборачивается и кричит Ольге, пытаясь предупредить, даже зная то, что никто ее не услышит.
Словно почти не тронутый огнем, но тяжело стоящий на ногах, он стремительно догоняет жену. Ольга не слышит его шагов, она вообще не слышит ничего, кроме мольбы о помощи от тех, кто предал ее. Он приближается к ней вплотную и безжалостно хватает за взбитую копну волос. Босые грязные ступни отрываются от земли. Он швыряет ее на землю, как грязь. Она падает, но тут же встает. Он кидается на нее снова и избивает так сильно, что остаться живой у нее почти не остается шанса. Ольга, бесчувственно, не произнося ни звука, движется, отползает дальше от разъяренного зверя.
Ярость красных бесноватых глаз доходит до пика. Он снова цепляется за волосы и волочит ее глубоко в лес, оставляя за ней след алой, смешанной с черной копотью крови. Ольга безжизненно волочится за ним, не сопротивляясь, удерживая одной рукой свою голову, в последней попытке вырвать волосы из его рук. В ее глубоких глазах, отражающих луну и огонь, одно только огорчение, от того, что ей так и не удалось его сжечь.
Он тащит бледное худое тело через траву, кусты, по неровной дороге. Частями, с когда-то прекрасной девушки, слезает кожа. Волочатся изорванное в клочья когда-то голубое платье.
У чистой глади темной воды заканчивается кровавый путь. Здесь вольно простирается камыш, а рядом с мостиком у реки плачет огромная ива, отбрасывающая тень даже в кромешной ночи. Они оба молчат. Лишь иногда доносится в мертвом застоялом воздухе короткий стон Ольги, громкое мерзкое дыхание дикого зверя.
Он бросает ее на деревянный мостик. Глухой стук. В считанные минуты он падает к ней и огромными темными руками, схватившись за ее израненное горло, утаскивает ее под воду.
Варя хочет закрыть глаза, но Нина просила смотреть. Она подходит немного ближе. Ольга бултыхает ногами, но муж, сидя на мостике и держа ее горло одной огромной и сильной рукой, не отшатнется. Лица ее почти не видно за речной пеной и летящих брызг. Какое-то время она еще держится за жизнь.