Ярый Жан, Степанов Алексей

Ярый Жан

5.00 + -

рейтинг книги

Шрифт:

* * *

Вступление

Во времена, когда утраченБылых величий дивный свет,Когда Завет переиначенИ сил бороться, больше нет,Когда друг друга не прощают,Обиды старые храня,Когда поэты не рождаютГероев нынешнего дня,В минуты скорби одинокойПо прошлым доблестным летам,В часы нелепости жестокойЯ нашей эре дань воздам.Роман – творенье дилетанта,Неугомонных мыслей строй.Забава моего таланта,Давно укрытого землей.Прими несмелые сужденья,Иронию и наставленья.Я понимаю – мой роман,Увы, совсем не «Дон Жуан».А я не Пушкин, и не Байрон,Я

проще и совсем другой.Пишу не глубоко, банально,И не известен мой герой.И все же я имею правоПисать, нисколько не боясь,Что наживу дурную славу,Достигнуть гениев стремясь.

Глава первая

Жертвам воспитания посвящается…

Его кружила суета…Белея чистотой листа,Все новое принять готовый,Он был из тех, чья жизнь пуста.Чужими мыслями ведомый,Им подчинялся неспроста.Отмечу, был весьма толковый.Герой провинции неспешнойТам, где меня давно уж нет,Мне встретился в семнадцать лет —Томимый юною надеждой.

Неисправимый оптимист.Красив лицом, высок, плечист.При этом откровенно худИ с чувством юмора отменным.Пустой внутри, но внешне крут,С улыбкой дерзкой и надменной.Знал пряник, иногда и кнут.В чужие лез дела без меры.Советы даром раздавалИ к идеалам призывал.Был раб навязчивой манеры.

Жил, как родители внушили.Хотя зачем – не объяснили —Так надо делать, а не так.Усвоив глупую науку,Знакомый мой, не будь дурак,Вдруг понял вот какую штуку:Раз не отвертишься никак,Гораздо легче будет – врать,Оправдывая ожиданья.А сокровенные желаньяДругим не стоит открывать.

Он начал лгать родным и в школе,С обманом свыкшись поневоле.Обманывал, когда дружитьРебята с ним не соглашались.Да что уж там греха таить,В друзьях все в юности нуждались.Он заставлял себя любить.Не дожидаясь, наперед,Пока еще друзья внимают,Пока еще не прогоняют,Недорого берет – и врет.

Вся жизнь его – сплошной обман.В компании был хулиган,А дома – паинька святая!Что ж, худшего желать нельзя. —Умело маски надевая,Завралось милое дитя,Себя под ними же теряя.В семье он был в каком-то родеНадеждой матери с отцом.Ну, а по сути – рос лжецом,Наперекор своей природе.

Себя под маской потерятьБоялся, знал: пора менять,Решиться. Разорвать оковы,Поставить точку, ложь забытьОн был готов, но не готовыРодители. И как тут быть?Наперекор не скажешь слова.И стыдно быть самим собой.Как не оправдывал надежды,Его родители – невежды —Всегда твердили: «Ты плохой».

Во избежание грызни,Пустой, ненужной болтовни,Как школа подошла к концуНо не закончились мученья,Пришла идея молодцу,Отбросив робость и сомненья,Однажды подойдя к отцу,Просить его благословеньяПокинуть отчий дом и город,Пока умен, красив и молод.Или уйдет без разрешенья.

И после долгих уговоровСдались родители. Укоры,Потоки слез. Но блудный сынНастойчив был в своем желанье.Уже

не потакая им,Поцеловал их на прощанье,В дверях, откланявшись засим.Ушел, куда глаза глядят.Сбежал, как многие, из дома.Его история знакомаИ мне, и я за парня рад.

Вот так, поставив разом точку,Он разорвал вранья цепочку.Оставил приторных друзейИ нелюбимую подругу,Как говорится – сдал в музей.Воздал подонкам по заслугам.И нет бы ехать поскорей,Так он без памяти напился.Разбил на диско пару морд.И тем был несказанно горд,Что за обиды расплатился.

Подруга плакала, вопила,Что жить не сможет, голосила.Оставить адрес для письмаТри дня в отчаянье просила.Хотя сомнительна весьма(Как мама часто говорила,Причем такой была сама)Любовь червя к плодам неспелым.Красива, правда. Что с того?Лишь отдаваться – ничегоПодруга больше не умела.

Юрфак – престижный факультет.Он поступает на бюджет.Почти без знаний, на харизмеПрошел вступительный барьер.Обильно сыпал афоризмы —Где шпоры вынуть не сумел —И генерировал софизмы.Не буду мучить описаньемСтуденческих блаженных лет.Уже дал критику поэтЕго научным изысканьям.

Мы все учились понемногу,Зовя удачу на подмогу,Чему-нибудь и как-нибудь.Студенты – ветреные люди.Умели выпить и гульнуть.Любви желали без прелюдий.Наук не познавали суть.И наш герой, учебе в пику,В делах любовных преуспел.Охотник до красивых тел.Оксана, Катя, Вероника…

Любил без лени и без меры.Имел прекрасные манеры.Стихи красоткам посвящал.Причем гекзаметром ГомераСвои потуги оформлял,Не зная лучшего размера.Любви искусство изучал:Читал Назона, сериалСмотреть при этом не гнушался…Уж где старался – там старалсяИ ночи напролет не спал.

Сакральные дары КипридеИсправно, в обнаженном видеПровинциальный донжуанНес с упоеньем, к алтарю —На старый жертвенный диван,Встречая новую зарюИ свой очередной романВ объятиях, сердечной неге,В дурмане откровенных фраз,Не обжигаясь много раз,Как в буйной юности Онегин.

Умел ухаживать красиво.Знакомился легко, игриво,С широким жестом, юморком.На первый день у них свиданьеИ поцелуи под окном.В подъезде долгое прощанье.Затем кафе, ну а потом…Потом все тайны камасутрыПод итальянское вино,Под голливудское кино,Под круассаны ранним утром.

Он постоянства не любил,Уйти причины находил.Ни с кем подолгу не встречалсяИ скоро бабником прослыл.В своих избранниц не влюблялся.Чуть что – его и след простыл.Вот так проказник забавлялся.Себя же высоко ценил.В любви почти не зная равных,Смирял красавиц своенравныхИ, побеждая, уходил.

Менял подружек, как перчатки:Одну на утро, для зарядки.Другую приглашал на ночь.И чтоб не нарушать порядка,Днем с третьей тоже был не прочь.Потом все заносил в тетрадкуИ там описывал точь-в-точьСвои шальные похожденья.Тетрадь пикантностей полна,Как летопись ему нужнаИ как геройства подтвержденье.

1 2 3 4 5 6 7-12