Чтение онлайн

– Как скоро они оплачивают по счетам?

– Он отказывается иметь дело с актрисами и женами политиков – с них, как правило, получить что-нибудь весьма трудно. Некоторые из них пытаются торговаться или желают оплатить только стоимость материала. Они считают, что если они показываются в этой модели на публике, то реклама, которую они делают вам, уже вполне компенсирует труд!

Дэвид пил кофе и не сводил с нее глаз.

– Этот Филипп, он приставал к тебе?

– Он женат, – коротко ответила ему Майя. – Когда ты работаешь в его мастерской, предполагается,

что вся твоя жизнь будет посвящена только этому делу. Все жутко похоже на какую-то замкнутую религиозную секту. Мода «несет в мир порядок и стиль», она как бы выполняет священную миссию.

– Может, известный дизайнер и должен думать именно так.

Майя покачала головой.

– Филипп твердо стоит обеими ногами на земле и прекрасно разбирается в бизнесе. Ему нужно постоянно продавать свои шедевры. Фирма «Кремер» купила его имя и сейчас выпускает какой-то ерундовый одеколон…

– Ты кажешься мне разочарованной. Вы нормально расстались с ним? – спросил Дэвид.

– Невозможно уйти из парижского дома моды, не поссорившись! Он был уверен, что я ухожу к его сопернику по бизнесу. Честно говоря, когда я сейчас вспоминаю, мне кажется, что это было так похоже на сцену из мелодрамы!

– А твои наряды в «Хедквотерз», почему они не выставлены под твоим именем? – спросил ее Дэвид и попросил счет у официанта.

– Это еще одна длинная история. Ее придется оставить на другой раз!

Дэвид проводил ее домой.

– Ты знаешь, мне уже тоже хочется признания и оценки моей работы, – сказал он ей откровенно. – У меня не меньше таланта, чем у Холстона или Билла Бласса. Мне только нужно найти ему применение.

– Тебе необходимы полезные контакты, – заметила Майя. – Маккензи сказала мне, что у них работает блестящий бухгалтер. Он привел в порядок дела их фирмы. Тебе не мешало бы поговорить с ним… Тебе тоже нужен хороший бухгалтер.

– Да, Маккензи неоднократно предлагала мне свои услуги. Но я упрям и хочу всего добиться сам.

У дверей дома он поцеловал ее в щеку.

– Ты больше не станешь пропадать?

– Нет. Спасибо тебе за вечер. Я очень рада, что повидала тебя.

Она смотрела, как он уходит. Он не поинтересовался номером ее телефона.

Донна Хеддон-Брукс провела пальцами по курчавым темным волосам Говарда Остина.

– Я скучала по тебе, – призналась она. – Я даже не ожидала этого от себя. Я почти забыла, какая у тебя здесь гладкая кожа…

Она погладила его торс.

– И я не забыл, как ты прикасаешься ко мне, – хрипло ответил он, прижимаясь губами к ее шее, нежно сжимая ее груди. – Миссис Брукс…

– Никогда не называй меня так, – попросила она. – Только не ты. И особенно не ты!

Их встреча состоялась два месяца спустя после «модного брака года», как назвала его «УУД». Донна к тому времени уже стала редактором отдела моды «Дивайн».

Они обнаженные лежали на постели роскошного номера в «Плазе». Окна номера выходили в парк, и под ними иногда раздавалось конское ржание.

«Лейблз» помещали все больше рекламы производителей,

прекрасно понимавших, каким успехом пользуется издание. Его тираж почти достиг тиража «УУД», и это всего лишь за один год. В шестидесятых мода таила в себе огромный потенциал.

– Даже Ллойд каждый день читает вашу колонку «Сплетни», – сказала Говарду Донна. – И не только, чтобы узнать, каким наркотиком балуется Корал.

– Ты испытываешь вину перед ней? – спросил Говард. Он развернулся в постели так, чтобы их тела касались друг друга почти каждым миллиметром кожи. Ему нравилось находить новые позы, позволявшие быть к ней как можно ближе. Сейчас он примостился у нее между ног и зарылся носом в ее чудесно пахнувшие волосы.

– Никогда не настанет такой день, когда я почувствую себя виноватой перед Корал, – ответила ему Донна. Она рассеянно провела пальцем вниз по его животу, коснулась его члена, и ее палец остался там. Она легонько взяла в руку его яички. – Ты даже не представляешь, какой шум и беспорядок она создает в офисе. Если мне удастся избавиться от нее, Ллойд сэкономит массу денег!

Он прижался губами к ее губам, чтобы она наконец замолчала. Они оба чувствовали, как нарастало в нем желание.

– Давай не станем ее обсуждать сегодня, – прошептал он. – Мне кажется, что она все время с нами, как третий лишний!

– Говард, мы же договорились, что между нами будет только секс. Но когда Ллойд занимается со мной любовью, все настолько иначе. Он для меня делает все – целует, если я захочу, всю ночь ласкает языком везде, где я хочу. Я не стану тебе лгать: я могу испытать с ним оргазм. Но Боже, как же все отличается от того, что происходит с нами! С Ллойдом я испытываю больше… клинические ощущения. И у меня возникает какая-то отстраненность. Но с тобой…

Она замолчала, потому что он быстро лег на нее и вошел внутрь.

– О Боже! – застонала она.

Он очень уверенно занимался с ней любовью. Они много раз встречались с тех пор, как началась их связь. И каждый раз это происходило в новом отеле. Только медовый месяц, который Донна провела в Новой Англии, прервал их встречи.

– Ты знаешь, что бы мне хотелось сегодня? – спросила она его. – Мне хочется поразить тебя.

Она оттолкнула его и вскочила с постели.

– Эй, – воскликнул Говард, – я только начал разогреваться.

– Пошли, – сказала она, быстро одеваясь. – Ты тоже одевайся.

Они только тридцать минут назад пришли сюда, но он пожал плечами и стал одеваться.

Был великолепный весенний теплый день, какие иногда выпускает из рукава апрель в Нью-Йорке. На улице Донна быстро подбежала к стоявшей у обочины коляске, в которую была впряжена лошадь, и взобралась внутрь. Говард нахмурился.

– Ничего себе сюрприз, а если кто-нибудь увидит нас? Она, смеясь, схватила его за руку и втащила за собой в повозку.

– Ты когда-нибудь разглядывал людей, которые проезжали мимо тебя в колясках? Мы похожи на приехавших на экскурсию в Нью-Йорк или на молодоженов.