Ярче солнца
Шрифт:
Нет.
Нет.
5. Старший
До меня доходит только спустя несколько секунд.
— Мы… остановились? — Смотрю в глаза всем корабельщикам по очереди, бессмысленно ища намек на то, что это неправда, но мрачно сжатые губы Марай слишком красноречивы.
Ох, зараза. Как я скажу Эми такое?
— И давно мы стоим? — Голос истерично срывается, но я ничего не могу поделать.
—
— Никакой Чумы не было, — машинально говорю я. Она знает; просто ей привычней называть сумасшествие, которое разразилось много поколений назад, Чумой, поддерживая ложь, на которой покоятся основы системы Старейшин.
Позади меня продолжает стучать сердце корабля: «жжж, бам, жжж».
— Как мы можем не двигаться? — спрашиваю я — Ведь двигатель работает. — Даже я сам слышу, что голос мой звучит отчаянно, как голос ребенка, который отказывается поверить, что сказки, которые ему рассказывали, неправда.
— В общем, мы начали перенаправлять энергию с тех пор, как появился первый Старейшина. Одной солнечной лампы уже не хватает.
Заставляю себя посмотреть Марай в глаза.
— Так где мы?
Марай встряхивает головой, удивленная вопросом.
— То есть?
— Как далеко мы сейчас от Центавра-Земли? Если мы не двигались целых… много лет, значит, наши планы на приземление как минимум неточны. Так на каком мы расстоянии?
— Мы не знаем, — говорит Марай. — Мы не можем сейчас заниматься планетой. Нам нужно поддерживать жизнь на «Годспиде».
От властности в ее голосе — она только что отдала мне приказ — меня коробит.
— Мы поступим так, — командую я. — Один из вас займется навигацией. И только навигацией. Если мы поймем, сколько осталось лететь, то будем знать, какого масштаба нужен ремонт. Может, нам удастся запустить двигатель хоть как-нибудь, чтобы доковылять до планеты. Возможно, позже нам придется обсудить более жесткие меры. — Я перевожу взгляд на Марай. — Но нам придется подумать о том, как заставить корабль добраться до Центавра-Земли.
Второй корабельщик Шелби открывает рот, чтобы заговорить, но Марай жестом останавливает ее.
— Я сама этим займусь, — говорит она. — Но сначала мы хотим обратиться к тебе с просьбой.
Просьба таким тоном кажется больше похожей на требование, но я все равно киваю.
— Мы хотим, чтобы фермеров вернули на фидус.
Сую руку в карман. Мгновение спрашиваю себя, не знает ли Марай, что я так и ношу с собой провода от фидусного насоса, которые Эми вырвала три месяца назад.
— Нет, — отвечаю я твердо и им, и себе самому.
— Починить насос несложно, — продолжает Марай. — Второй корабельщик Шелби уже даже составила предварительную
Она протягивает руку, и Шелби подает ей другую пленку, на которой уже горит чертеж.
Бросаю взгляд на пленку. Ремонт и правда пустячный. Пустячный ремонт — и вот оно, решение. Немного фидуса — может, даже меньше, чем использовал Старейшина… и прекратилась бы большая часть конфликтов… люди снова стали бы работать спокойно…
— Нет, — категорично повторяю я. Голос звучит глухо. — Мы не будем чинить насос.
— Не обязательно через насос, — говорит Марай. — Док разработал нам мед пластыри с добавлением фидуса.
— Никому не нужен фидус, — обрываю я.
Губы Марай сжимаются в линию. Потянувшись, она проводит пальцем по пленке. Чертежи сменяются графиком.
— За первую неделю без фидуса производительность снизилась на десять процентов. Сейчас уже почти на тридцать, и нет никаких признаков повышения. — Она протягивает мне пленку, но я не беру. — Показатели производства пищи опасно снизились. Это главная проблема, но и других необходимых вещей не хватает. Например, одежды.
Открываю рот, но она не дает мне сказать, продолжая ровным тоном:
— У нас начались преступления. Никогда еще не было. А теперь есть. Насилие, кражи, вандализм. С фидусом…
И вот оно. Сомнение. Они доверяют наркотику больше, чем мне.
— Я разберусь с людьми, — твердо говорю я. — А вы разбирайтесь с кораблем.
— Но Ста… Старший, — возражает Марай, кладя ладонь мне на руку, — зачем эти хлопоты? Они ведь просто рабочая сила. Нам больше ничего от них не нужно.
— Я понял твою позицию. — Стискиваю пленку в руках.
Не говорю о том, что в моей голове все это уже проносилось.
Не говорю, что потому и ношу каждый день в кармане провода от насоса.
Вместо этого я говорю:
— Нам нужна полиция. Как на Сол-Земле. Нужны люди, которым можно доверять. Они помогут мне справляться с проблемами.
Марай выпрямляется.
— По-ли-ци-я?
На этот раз уже я начинаю рыться в памяти пленки. Через пару секунд даю ей прочесть статью о полиции и общественных науках. Она пробегает ее взглядом, а потом передает Шелби.
— Если в общем, то нужны люди, которые помогут следить за выполнением правил. Расследовать преступления, предотвращать их. Если что-то пойдет не так, мне нужно будет подкрепление.
— Корабельщики всегда поддерживали систему Старейшин. Мы обеспечим ее процветание. Какие бы меры это ни предполагало.
Она хочет сказать, что согласна попробовать полицию вместо фидуса. Мне не хватает уверенности в ее словах и своем авторитете, чтобы спросить, что будет, если моя идея провалится.