Чтение онлайн

Набрав номер Володьки, Роман услышал недовольный голос уверенного в себе человека:

– Вас слушают!

– Это Роман говорит! Извини, что так поздно! Дело жизни и смерти! К тебе может обратиться девушка от моего имени! Помоги ей и ее брату! Им надо пересидеть три-четыре дня в безопасном месте! – выпалил Роман.

– Без проблем! Пусть заруливают на дачу! Моя кобра укатила сегодня на полтора месяца в Грецию! Так что я свободен, как горный орел на вершинах Кавказа! – сказал Стрельцов, у которого было прекрасное

настроение.

– Хорошо, что я тебя застал! – с облегчением проговорил Торопов, радуясь, что у товарища черная полоса в жизни прошла.

– Вчера получил подполковника! – похвастался Володька, никогда не страдавший ложной скромностью.

– Поздравляю! Еще раз прошу прощения за поздний звонок! – совершенно искренне сказал Роман.

– Все сделаю для старого друга! – пообещал Володька и повесил трубку.

Роману послышались в трубке отдаленные женские голоса.

«Стрельцов в своем амплуа! Празднует с девочками получение очередной звездочки!» – с удовлетворением отметил Роман, переключаясь на текущие проблемы.

Когда Торопов подошел к незаконченной статуе, разговор Мельника со скульптором был в самом разгаре, а на полу возле ног деятеля искусств стояли три пустые бутылки.

– Вы абсолютно правильно поняли творческий замысел. Вот вам еще бутылка вина, выпьете на досуге за мое здоровье, – сказал скульптор, правой рукой выхватывая из темноты еще одну бутылку, а левой откатывая стеклянную панель с торца чердака.

Ниже обнаружился балкончик, с которого спускалась вниз железная винтовая лестница, выходившая в соседний двор.

– Это белое кахетинское восьмой номер. Одно из лучших вин Грузии. Его пьют не сильно охлажденным, – сказал в спину спускавшимся друзьям скульптор и с визгом задвинул раздвижную дверь.

Спустившись на землю, беглецы подошли к странному гаражу и внимательно осмотрели дверцу. Деревянная, окованная тремя железными полосами, она казалась весьма прочной на вид.

Мельник взялся за дужку пальцами и рывком вывернул замок. Железо жалобно завизжало в его руках.

В сарае, или малогабаритном гараже стоял старенький мотоцикл «Иж» без коляски. Поболтав мотоцикл и услышав глухое бульканье, Роман убедился, что в баке есть бензин.

Подняв дужку от замка, валявшуюся на полу, он положил под нее сто долларов и осторожно стал выталкивать мотоцикл со двора.

Здоровый мужик, на полголовы выше Торопова, подкравшись сзади, начал закрывать ворота двора, крича на всю улицу:

– Караул! Милиция! Грабят!

Второй раз он не успел крикнуть. Мельник тенью выскользнул из гаража и схватил хозяина мотоцикла за горло одной рукой, второй закрыл ему рот.

Посветив фонарем, Роман показал хозяину стодолларовую бумажку, лежащую на полу.

– Это тебе за твой металлолом! – негромко сказал он, пристально смотря на хозяина драндулета.

– Это антикварная вещь! Первый «Иж»! –

тихонько заныл хозяин, давя на жалость.

Мельнику надоел скулеж, и он дал хозяину мотоцикла щелчок по лбу, от которого тот ошалело замотал головой.

– За твою железяку хватит, – заявил он, – рот откроешь – вырежем всю семью!

Хозяин антикварного мотоцикла умоляюще сложил руки на груди. Мельник не дал ему сказать ни слова, деловито спросив:

– Драндулет работает?

– Как часы. Сам неделю назад на Увек ездил! Спасибо, ребята, – сразу согласился с ценой хозяин, опасливо отодвигаясь от Мельника, в котором сразу определил более опасного противника.

Зная, что сегодня бандитов боятся больше, чем милицию, Роман внес свою лепту в дальнейшее развитие событий:

– Я сейчас спрячу во дворе еще двести баксов. Это тебе за беспокойство! Ты так орал, что наверняка милиция услышала и скоро приедет! Или соседи, по доброте душевной, вылезут помогать. Хотя я сильно сомневаюсь. Сегодня никто не вмешивается в дела других людей!

Хозяин мотоцикла в знак согласия закивал, стараясь не злить страшных посетителей.

Роман, глубоко вдохнув, продолжил наставлять бывшего хозяина мотоцикла:

– Милиция придет, скажешь: по пьянке заорал. Постарайся их отправить подальше, а сам тем временем поищешь деньги. Если не отправишь милицию, она начнет у тебя в доме и гараже делать обыск, найдет деньги, и тогда сам сядешь, как пособник бандитов, а денег не увидишь как своих ушей!

– Эй, Хмырь! Подержи мужика, я пока выйду деньги спрячу! – обратился Роман к Мельнику, переименовав его в первую попавшуюся на ум бандитскую кличку.

Вячеслав сразу понял игру.

Развернув мужика спиной к гаражным воротам, он наклонил его голову к груди, не давая возможности подсматривать за Романом.

Засунув еще сто баксов в щель между рассохшимися половицами крыльца, Роман снова вошел в гараж.

– Готово! Как только мы уйдем, можешь приступать к поискам двухсот баксов!

Взявшись за руль, Торопов начал толкать мотоцикл перед собой.

– Толкай сзади, – попросил он Мельника. – По всем законам логики, мы должны сейчас мчаться сломя голову подальше от места происшествия. А мы потихоньку по тротуару докатим мотоцикл до улицы Чернышевского, заведем и уже на нем уедем на базу.

Все так и вышло. Никто не обратил внимания на двух мужиков, сосредоточенно толкавших древний мотоцикл по дороге.

Только негромкие голоса да скопление санитарных и милицейских машин около старинной арки показывало место недавней трагедии.

Отойдя метров на сто от арки, Мельник негромко сказал:

– За что парни погибли? Какие-то непонятные разборки, а четырех человек нет в живых! Пятый тоже на ладан дышит!

– Паны дерутся, а у холопов чубы трещат! – ответил Роман, передавая руль Мельнику.