Ядовитая вода
Шрифт:
Вынырнув на поверхность воды, Торопов увидел обеих женщин и заросшего мужика, резко вдохнул и тут же погрузился снова, выдыхая воздух в воду.
Таким образом восстанавливается дыхание, и проветриваются легкие после длительного нахождения под водой.
Раза четыре вдохнув и выдохнув, Роман восстановил дыхание, и, уже спокойно подняв голову, стал рассматривать окружающий пейзаж.
Группа людей, включая собаку, держалась вместе метрах в десяти от него.
Самое волнующее впечатление производила, конечно, голенькая девушка, но и старуха обладала
Собака, перебирая огромными лапами, плавала кругами в метре от группы и не делала никаких попыток влезть в середину.
Заметив Романа, подплывающего снизу, собака перевернулась и, как завзятый ныряльщик, устремилась к нему.
«Проверим, как глубоко ты можешь нырнуть, псина?» – спросил сам себя Роман, устремляясь отвесно вниз.
Примерно метрах на семи от поверхности собака отстала и быстро поплыла наверх. Казалось, морда была у пса обиженная и недовольная.
Снова вынырнув около людей, Роман еще раз под водой полюбовался совершенной фигурой девушки, которая вызывала у него, как у мужчины, все больший интерес.
– Мужик! Ты где так нырять научился? – спросил заросший, поворачиваясь лицом к Роману.
– Сначала на Волге, потом тренировался в разных местах, – обтекаемо ответил Роман, обратив все свое внимание к девушке.
Она вдруг подняла голову, резко вдохнула, перевернулась и, сверкнув обнаженными бедрами, ушла под воду.
Недолго думая, Роман устремился за ней, ориентируясь на ее белое обнаженное тело.
Девушка, как и косматый ныряльщик, под водой плыла брассом, копируя лягушку. Роман, работая только ногами кролем, без труда догнал девушку и поплыл, держась от нее на корпус сзади. Проплыв метров пятьдесят по горизонтали, девушка изогнулась в талии и устремилась глубже. Роман, чуть наклонив вытянутые вперед руки, последовал за ней, не понимая цели данного путешествия.
Перед ними зачернел громадой берег, круто обрывавшийся в глубину. Дна в сгущающихся сумерках уже видно не было.
Девушка ушла еще глубже под воду. По давлению на уши Роман определил, что глубина чуть больше десяти метров. За время ныряния девушка ни разу не остановилась, не «продула» уши. Видно было, что она опытный ныряльщик и в этом месте она погружается не в первый раз.
Неожиданно спутница исчезла.
Если бы Роман плыл от нее чуть дальше, то навряд ли заметил, как, раздвинув длинные, метра по три, водоросли, росшие прямо из обрывистой стены, девушка скрылась за ними. Только слабое колыхание длинных стеблей показывало место, где исчезло белое женское тело.
Не колеблясь, Роман последовал ее примеру и оказался перед черной дырой в отвесной стене.
Секунду поколебавшись, Торопов нырнул в это отверстие, диаметр которого чуть превышал метр.
Метра через четыре туннель пошел круто наверх. Через десять метров подъема по вертикальному подводному стволу Роман всплыл в пещере, слабо освещенной тусклой электрической лампочкой. Подвешенная к потолку на длинном белом проводе лампочка еле освещала внутренность небольшого, всего двадцать
Вода кончалась как раз по срезу пола.
Вылезая из воды, Роман осмотрелся. Он находился на каменном полу пещеры, застеленном толстыми сплетенными из водорослей циновками. В двух метрах от места вплыва стоял деревянный стол и три стула. В дальнем конце пещеры виднелась лежанка, застеленная зеленым шерстяным на вид колючим одеялом.
Девушка, неожиданно появившаяся из противоположного угла пещеры, критически оглядела Романа и неопределенно хмыкнула.
Что было в этом возгласе: одобрение или порицание, Роман не успел определить, так как девушка взяла инициативу в свои руки.
Кинув через всю комнату большое махровое полотенце, непререкаемым тоном заявила:
– Прикройся, Аполлон! Ты будишь во мне самые дикие плотские желания!
– Всегда к услугам прелестных дам! – шутовски поклонился Роман, тем не менее обертывая вокруг бедер полотенце.
– Сначала по русскому обычаю молодца надо в бане искупать, покормить, желательно ублажить, а потом уже и задавать вопросы, – подняла вверх указательный палец девушка.
От звуков ее глубокого голоса у Романа мороз пошел по коже.
Девушка тем временем начала быстро накрывать на стол.
На некрашеной, абсолютно гладкой поверхности стола появился мед в сотах в туеске, крупно нарезанный хлеб, копченая рыба и литровая бутылка из темного стекла, заткнутая бумажной затычкой. Туесок с мочеными яблоками, клюквой, капустой и смородиной завершил сервировку стола.
Две деревянные стопки девушка водрузила рядом с бутылкой и испытующе посмотрела на Романа.
Вытащив пробку из горлышка бутылки, Торопов вопросительно посмотрел на девушку, которая неподвижно сидела напротив него, теребя воротник толстого зеленого халата.
Повинуясь еле заметному взмаху ресниц, Роман плеснул немного темной жидкости в стопки и с поклоном подал девушке.
– Хотя мне сегодня и нельзя пить спиртное, но из уважению к гостю я немного выпью, – заявила девушка, поднося стопку к губам.
Самогон был крепкий и терпкий. Огненным ручейком прокатившись по пищеводу, он угнездился в желудке, казалось разведя в нем небольшой костер.
Взяв кусочек копченой рыбы, Роман проглотил, не жуя, настолько рыба была нежной и прямо таяла на языке. Моченая капуста, посоленная вместе с брусничным листом, приятно хрустела на зубах.
Протянув руку к бутылке, Роман почувствовал на своей руке сильные пальцы девушки.
Он хотел убрать руку, но девушка не отпустила ее, чуть потянув по направлению к лежанке.
Подняв на хозяйку пещеры глаза, Роман утонул в них.
– Не надо ничего говорить! – попросила девушка, вставая со стула.
Лежа рядом с хозяйкой пещеры, Роман внимательно всматривался в ее лицо, лишенное какой-либо косметики. Собственно говоря, девушке она была не нужна. Ее абсолютно правильное лицо было совершенно спокойно. Губы чуть-чуть расстянуты в улыбке.