Ядерные материалы
Шрифт:
– Три-четыре вакансии не гарантирую!
– изрек, нетрезво водя рюмкой над столом, Геннадий.
– Хорошо. С женой-то... напрочь развелся? Без всякого?.. Бесповоротно? поднося рюмку ко рту, поинтересовался Крохин.
– Отрезано!
– Не жалеешь?
– Как о вылеченном геморрое!
– отчеканил Геннадий.
– Тогда - давай!
Рюмки торжественно сошлись, выплеснув в своем решительном соприкосновении часть водки на холостяцкую скатерку.
Через два часа Крохин позвонил в
С трудом выйдя из подъезда, он сунул смятую пачку сигарет в пасть каменного льва, сидевшего со своим собратом у подъезда старого московского дома, и поплелся к новенькому "БМВ", прибывшему за его плохо повинующимся в производстве направленных движений туловищем.
В голове крутились мысли о прозе и поэзии, обрывки чьих-то выдающихся фраз, но лейтмотивом выделялось заключение, что на арабе он в очередной раз заработал, дельце обстряпано, порученное задание выполнено, а уж чего там дальше... Красота, в общем!
– Ты чего, тачку не мог взять?
– неприязненно покосился на него водила молодой, худощавый парень.
– Или - совсем бедный?
– Тс-с-с!
– поднес палец к носу Крохин.
– Какая еще тачка! Сядешь, а тебя по голове... У вас тут - полный бардак! А моя жизнь мне... это...
– Он чиркнул колесиком зажигалки, а затем в трудной попытке уткнул-таки кончик сигареты в оранжевый листок огня. Уточнил вяло: - Моя жизнь принадлежит... мафии, понял?
– Понял, - утомленно отозвался водила.
– Вот... Хорошо. А теперь слушай... Ты, между прочим, везешь поэта... Хочешь послушать? Строки?
– Ну, гни...
– И - согну! Так...
Душа по капле собирает свет.
Все отними, оставь мне эту боль,
Где девушка четырнадцати лет
Мне первый раз сказала про любовь.
Спроси меня, зачем я берегу
Прах золотой, наивные слова...
Она уже - на дальнем берегу,
Она уже видна едва-едва...
Зачем я прожил долгие года,
Не знаю сам, струится жизнь во мне,
Которая нигде и никогда
Не повторится больше на земле.
– А?!.
– с заинтересованным вызовом спросил он водителя.
– Курите, пожалуйста, аккуратно, - с раздражением отозвался тот. Пепельница - здесь...
– А-а!
– сказал Крохин.
– Вот так, да? Ну... и правильно, в общем. Правильно... Зачем я вам?
КАМЕНЦЕВ
В офисе его прогоревшей фирмы, ныне отошедшем к иным владельцам, существовал тайничок.
В туалете, за одной из облицовочных кафельных плиток, в выдолбленном углублении, хранились восемь тысяч долларов, которые он, по счастью, не успел пустить в дело.
Доллары, навестив офис в качестве интересующейся товаром покупательницы, успешно извлекла из тайника верная Надя, и в честь обретения клада
Он хотел связаться с таинственным Геннадием, хранителем загранично-паспортной системы, но мешали сомнения: вдруг информация о таком контакте дойдет до озлобленного невозвращением долга Крохина, и тогда...
Да, тогда могут последовать события опять-таки непредсказуемые и грозные...
С другой стороны, высиживание в квартире ничего конструктивного не сулило. Но там, за входной дверью, как за краем обрыва, ему чудилась некая пропасть - безвозвратно-гибельная.
Пришел инспектор электроплит - коренастый, невзрачный мужичонка в дерматиновой курточке, что-то измерил в проводке тестером, сказал, что необходимо поменять две потрескавшиеся конфорки.
Каменцев, таившийся в комнате, у дверной щели, слушал его разговор с Надеждой, которую мастер застал на выходе из дома - Надя собиралась навестить подругу:
– Да бесплатная работа, хозяйка, чего беспокоишься?
– Я просто сейчас тороплюсь...
– Ну смотри, у меня запасных "блинов" немного осталось. А менять в каждой практически квартире надо...
– Послышался приглушенный звяк инструментальной сумки.
– Тогда, если что, звони в ДЭЗ, но только завтра уже поздно будет, за свой счет если...
– Хорошо, - раздался нетерпеливый голос Надежды.
– Я подожду. Сколько вам потребуется времени, чтобы...
– Так мне еще в ДЭЗ зайти надо, - удивленно отозвался специалист.
– Я не ломовой конь, чтобы с "блинами" по этажам перемещаться...
– И когда вернетесь?
– Минут через двадцать... И полчаса на работу, так что прикидывай...
– Ладно, идите. Вернетесь - позвоните в дверь три раза" - после некоторого раздумья произнесла Надя.
– Дома муж, он сейчас отдыхает... Я его разбужу.
Войдя в комнату, она виновато шепнула Каменцеву на ухо:
– Ты слышал? Откроешь ему, а то плита эта уже измотала...
Каменцев, кивнув, вышел в коридор. Электрик, поправляя на плече ремень сумки, вскользь обернулся на него, повторил:
– Минут через двадцать буду... Плиту-то запустил, хозяин...
Каменцев сокрушенно развел руками.
Надежда, чмокнув его в щеку, скрылась за дверью вслед за электриком.
"Может, мент?
– дрогнув, подумал Каменцев, перемещая в сторону стального косяка хромированный штырек запора.
– Вроде бы не похож... Слишком кургуз... Хотя, а почему бы им не послать для проверочки настоящего электрика? Это они запросто... Нет, ерунда... Вычислить невозможно... А если вычислили? Тогда все, выхода нет".