Чтение онлайн

Входы и выходы

И быть свидетелем просушки крыльев...

Не кораедовым терпением

Ночь раздвигает листья - руками человека

На родах космоса...

***3

Однажды я был стаей ос.

Над млечной кромкой бесконечности

Собирал я нектар ручейной чистоты,

Отцеживая всю грязь в жала...

Гера наклонилась к воде посмотреть

На паучка, поймавшего в сети звезду.

Паутина колыхалась в дыхании богини

Паук

крутил добычу, заматывая её в куколку...

Звезда прорвалась, превратившись в бабочку.

Вспыхнула, завязала ритм новой вселенной

И по воле большей божественной,

Воле, что делает богов богами,

Но лишает возможности познания собственного существа,

Бокал кометой вылетел из руки Геры...

И разбился, смешав вино с молоком, и забрызгав мои крылья.

Я был стаей ос.

Мои жала дрожали, надувались от злости, слепленной грязью.

Пунцовые тучи в своих видениях возвещали трагедию

Я готов был порешить галактики и системы,

Ужалив богиню и пробив иглой пространство...

Но молоко сгустилось, а вино дало сахар...

Однажды я был,

И за обёрткой, до атомов пропахшей сгущёнкой,

Я увидел ос.

Их лапки переливались мистическим нектаром,

А в жалах пульсировала молоко...

***4

Однажды я был... Кем? Каковым?

И это было в сегодняшнем...

Каковым? Дневным ли?..

***5

Я был...

Собой ли?..

Если нет, то кто истинный Я?

Или все-таки ОН?..

***6

Я был... Другое лицо.

Должен ли я буду сделаться собой?

Да!
– отвечает что-то за шторой.

Но как?
– спрашиваю - Как?

Тишина - нет ответа,

Лишь луна медленно просачивается через зрачки.

Разрезает светлячок пространство не просто так - не для того ли,

Чтобы я сам дошёл до ответа?..

Но как? Как, если на мне чужое лицо?

Оглянись!
– восклицает в ответе - Вокруг люди - зеркала твои...

В них истинный ты - не вымысел!..

Но ведь лицо то чужое - другой мир - а значит и глаза!
– отдергиваю штору,

Надеясь найти себя.

Никого...

***7

Однажды я был знаменитым.

Но тело моё поджарили на костре неверия,

А душу разгрызли, будто бы грецкий орех,

Желая докопаться до тайны.

Безумная боль вскрыла орех,

И студенты сбежались глядеть на профессорские руки,

Сканирующие отпечатками летопись моей жизни.

Замуровав в пыль всё, что можно было,

Склеив свои губы моей наивностью,

Они сожгли всё остальное...

Всё остальное -

не нужное им.

А мне?

О, крах! О, начало начал! А мне?

Изрезанная память - метка пустоты?..

И пока ещё эти бурые язычки пламени

Добрались лишь до моего самолюбия,

Я задаюсь вопросом: нужно ли быть знаменитым только для того,

Чтобы растерять себя?

Чтобы прочесть собственный некролог?

Я был знаменитым, читаемым, ... , популярным,

И никогда - понятым...

***8

Я бы мог быть чем-то большим,

Чем молчащий homo sapiens.

Например, фонтаном на площади - львом,

Из пасти которого звенящим потоком

Бьют будни.

Уносятся вверх,

Преломляясь в палящей короне безвременья,

А на самом дне свистящих божественных высот,

Среди кораллов - сгустков бытия

И дрожащих волн - желаний существовать,

Прикрытые куском плотной небесной материи,

Они зачинают галактики...

Мог бы быть вселенским чревом всепрощения,

Распоротым остроконечным витком спирали

Или колокольчиком на шее ищейки,

Под который просыпается мистика...

Но я homo sapiens.

Я разрываю нитки,

Сшившие губы - и пронзительный крик

Небывалой мощности врезается

В древнюю пыль...

Я обнажён перед Вселенной,

Вселенная обнажена во мне...

Ещё один планетарный оборот

И вот новая вспышка нового солнца

Возвещает приход чего-то большего...

***9

Пока меня ещё не засудили за жизнь,

Пока я сам не сделался судьёй,

Я буду поэтом.

Пока ещё веру не принесли в жертву,

Пока я сам не заложил жертвенный алтарь,

Я буду поэтом.

Пока ещё не все живут речами критиков,

Пока я сам не склонил перед ними голову,

Поджав хвост,

Я буду поэтом.

Пока ещё не учат,

Что буква - это только для письма,

Пока ещё значение слова не затвердело

В отлитых формах,

Я буду поэтом.

Пока я ещё открываю рот от удивления,

А душу космосу,

Пока ещё мои глаза видят

И бьётся сердце,

Я буду поэтом.

Пока ещё бабочки садятся на мои руки,

Пока мне ещё щекотно от этого,

Пока ещё кувшинки раскрываются

На моём вдохе,

Пока я ещё чувствую близость

Неопределённости,

Я буду поэтом.

Чесночник

В часы попыток узреть душу,

Узнать, откуда берутся мысли,

За дверью, облепленной шелухой чесночной,