Шрифт:
1 глава
Из окошка небольшого дома, на опушке леса, доносилось нежное, красивое пение. Это мать, укачивая своё дитя, пела песню, которую знает каждый человек. Эта песня родилась миллионы лет назад, её текст записан на таинственных скрижалях, где-то в потаённых уголках сердца. У нее часто разные текст и мелодия, но смысл всегда один. Смысл – любовь. Любовь, которая окутывает светом и теплом. Любовь, которая дарит крылья и веру в хорошее.
За окном смеркалось. Серая дымка окутывала всё вокруг, готовя
Вдруг из глубины леса раздался крик. Хозяйка дома совсем не удивилась, она поспешно достала бумагу и карандаш. Оставив записку на столе и взяв фонарь, она сначала подошла к люльке и перекрестила ее, а затем заперла дверь на замок и стремительно побежала в лес. Крик перешёл в плач. В этих звуках было столько боли и страха, что невозможно было не почувствовать всю глубину страдания кричавшего. Это была женщина. Она стояла в глубине леса, абсолютно не понимая, что происходит. Растрёпанные тёмные волосы, большие зелёные глаза и лицо испачканное сажей. На ней были надеты какие-то лохмотья. Всего несколько минут назад она была привязана к столбу и язычки пламени уже подбирались к её ногам, суля мучительную смерть. А теперь она стоит в тёмном лесу. Совсем одна. Она подумала, что Бог сжалился над ней и забрал к себе раньше, чем она почувствует, как пламя сожрёт ее молодое тело. Но почему же тогда так больно и холодно, и страшно.
Вдруг послышались шаги, треск веток и показался свет. Кто-то идёт и, наверное, надо бежать, но абсолютно непонятно куда можно отправиться, находясь в кромешной тьме леса. Измученная женщина опустилась на колени, зажмурилась, готовясь к встрече с неизбежным.
Из темноты выбежала хозяйка лесного домика. Она была встревожена происходящим. Светлая одежда, светлые волосы и серые глаза. Она как будто сама излучала свет, гораздо больший, чем свет фонаря. Она подбежала к испуганной женщине, стоящей на коленях, и обняла её.
– Всё хорошо, успокойся, не плачь, всё хорошо. Ты там, где должна была оказаться. Я ждала тебя, – приговаривала женщина, поглаживая таинственную гостью по голове.
– Что значит ждала? Кто ты? Где я? – лесная гостья поспешно встала с колен и отскочила в сторону.
– Я Мирослава! – незнакомка улыбнулась и протянула руку своей недоверчивой гостье.
– Вара, – ответила женщина и пожала тёплую руку своей спасительницы.
– Я очень давно знаю, что ты придёшь ко мне. Я понимаю, что для тебя это звучит странно. Обещаю, что всё объясню немного позже.
Из-за макушки сосны выглянула луна и осветила всё вокруг.
– Началось! – вскрикнула Мирослава. – Я понимаю Вара, что для тебя это всё очень странно и непонятно, но мне нужна твоя помощь. Через несколько минут ты станешь свидетелем удивительного! Нужно собрать палки и ветки в виде пирамиды, пока луна светит сюда иначе мы не успеем.
– Хорошо, я помогу тебе.
Женщины принялись бегать и собирать сооружение, напоминающее по форме пирамиду. Когда они закончили, Мирослава достала из кармана большой прозрачный камень и положила сверху на сооружение. Камень вспыхнул белым светом и вдруг, прямо посреди леса,
Растерянная и удивлённая женщина озиралась вокруг.
– Я ничего не понимаю! – кричала она. – Я убегала от этих идиотов, забежала в хранилище и оказалась здесь! Как? Как мне отсюда выбраться? Кто вы?
На румяной рыжеволосой девушке были надеты белая блуза, чёрные брюки и туфли на каблуках. Она, шатаясь, пыталась обрести равновесие, но на каблуках это было сделать сложно.
– Мирослава! – торжественно объявила женщина и сделала шаг вперёд, чтобы пожать руку вновь прибывшей гостье.
– Вара, – буркнула девушка в лохмотьях.
– Я Кира, – она попыталась изобразить улыбку.
– Девушки, милые! Я понимаю ваше недоумение и недоверие, но я единственный человек, который понимает, что происходит, и я пришла с миром, – Мирослава соединила три пальца в какую-то непонятную мудру. – Я с рождения живу в этих местах и в этом лесу знаю каждый кустик, совсем недалеко находится мой дом, в котором сейчас совсем одна, лишь под защитой неба, моя маленькая дочь. Я приглашаю Вас к себе в гости, где вы сможете привести себя в порядок и поесть, надеюсь еще тёплый ужин. Ну, а потом я отвечу на все ваши вопросы.
Девушки кивнули и пошли за Мирославой вглубь леса. Уже совсем стемнело, и кромешная темнота окутала лес. Лишь маленький фонарик в руках этой милой, тёплой, моментально внушающей доверие женщины, был символом надежды и веры в то, что всё будет хорошо.
Добро пожаловать в мой дом! Мирослава хлопнула в ладоши и в домике загорелся свет. Младенец в люльке весело загукал, увидев мать.
– Иду хорошая моя! – Мира подбежала к люльке, ловко взяла малышку и повернулась к гостьям. – Это Элея – моя дочь. Прошу проходите к столу, угощайтесь. Я скоро приду к Вам, и мы поговорим.
Стол был накрыт на четыре персоны. Всё было очень просто: посуда, сервировка, блюда. Посреди стола стояла большая белая свеча, салфетки из рогожки были свёрнуты в необычные фигуры. Еда тоже источала непривычные, но очень манкие запахи. Девушки не удержались и сразу приступили к еде. Вара схватила вилку, но тут же остановилась и робко посмотрела на свои руки в саже и Киру.
– Я очень голодная и очень грязная, – как бы извиняясь произнесла она и продолжила есть. – Пол часа назад меня чуть не сожгли на костре. Ничто так не нагоняет аппетит!
– Как это? Неужели где-то в цивилизованном мире прибегают к такого рода наказаниям? Что же ты натворила? – удивилась Кира.
– В каком говоришь мире? Мне незнакомо это слово.
– В цивилизованном, все-таки двадцать первый век на дворе, времена инквизиции давно позади! – увещевала Кира.
– В каком говоришь веке? – Вара поперхнулась и удивленно уставилась на собеседницу. – Ничего не понимаю, ведь сейчас тысяча двести пятый год.
Кира немного нервно рассмеялась, начиная терять уверенность в своём мнении. Она встала из-за стола, прошлась по дому, осмотрелась.