Чтение онлайн

— Конечно, — утвердительно киваю.

Эрик подвигает ко мне свои роллы.

— Кушай.

Молча смотрю на него. Мужчина встает и одевается. Затем подходит к барной стойке и расплачивается. Возвращается к нашему столику.

— Увидимся на следующей неделе.

— Счастливо. — Прощаюсь я.

Эрик уходит. Смотрю на роллы и меня начинает подташнивать. Разговор об Оле-Оливии напрочь испортил мне аппетит.

В четверг и пятницу от Эрика нет никаких новостей. Наступает суббота. Я не нахожу себе места. Позавтракав, усаживаюсь в кресло

в гостиной и включаю классическую музыку. Федя решает, что это знак, забирается ко мне на колени и массажирует ноги своими теплыми лапками. Меня захлестывает чувство вины. Ну почему именно мне выпала честь стать вестником дурных новостей? Я не хочу быть гонцом, которому снесут голову. А вдруг я и правда ошиблась и Оля с Оливией совершенно разные люди? Внутри борется чувство вины и желание себя оправдать. Нет, надо выяснить всё прямо сейчас, как бы не было неловко об этом спрашивать.

Беру в руки телефон и открываю мессенджер. Несколько раз пишу и стираю сообщение. Все приходящие на ум фразы звучат нелепо. Ломаю голову несколько минут, а потом решаю написать всё как есть:

“Эрик, привет! Прости, что беспокою. Я вся извелась из-за того, что могла ошибиться по поводу Оливии."

Проходит не меньше двух минут тягостного ожидания. Сижу как на иголках.

“Ты не ошиблась.”

Стыдно признаться, но я с облегчением выдыхаю. Не представляю, как бы я себя чувствовала, если бы на фотографии оказалась не Оля.

Я не решаюсь расспрашивать, о чём Эрику рассказала жена. Понятно, что это совершенно меня не касается. Да и зная директора, не сомневаюсь, что он выяснил всё, что хотел. Даже не представляю, что он сейчас испытывает. Если Стас сказал правду, Оля встречалась с другим мужчиной. Встречалась довольно давно. С другой стороны, Эрик тоже не ангел. Он развлекался с Алиной, а может, и до сих пор развлекается. И кто знает, сколько еще женщин побывало в его постели. Не могу даже думать об этом. От заполонивших разум мыслей охватывает дрожь. Я начинаю дрыгать ногой, что заставляет Федю покинуть насиженное место. Кот недовольно на меня смотрит.

Вспоминаю, что так ничего и не написала Эрику. Печатаю и отправляю ответ:

“Мне очень жаль."

Довольно быстро получаю новое сообщение от Эрика:

"Всё хорошо.”

Откладываю телефон. Всё, разумеется, не хорошо. Но сейчас мне проще сделать вид, что я ему верю.

Кто способен заболеть двадцать девятого декабря? Только самый невезучий человек в мире. Или безумный оптимист, считающий, что к тридцать первому числу успешно поправится. Я, конечно, из второй категории.

С моей-то стороны всё в порядке — я бодра духом и внутренне готова стать огурцом за два дня, а вот термометр ведёт себя по-свински. Красная полосочка при измерении температуры, словно марафонец, гонит вверх.

Эрик предупредил меня заранее, что сегодня не приедет, но велел позвонить ему утром — надо пройтись по статусам новогодних активностей. В назначенное

время набираю директора:

— Эрик, привет, — кряхчу старческим голосом.

— Саша? — взволнованно отзывается Эрик. — Что случилось? Ты в порядке?

— Я тут слегка приболела, — признаюсь умирающим тоном.

— Ты вызвала врача? — участливо интересуется шеф. — Тебе нужна помощь?

— Эрик, да всё нормально. Так, температура небольшая и говорить больно. Обычная простуда. Нет повода для паники.

— Хочешь, я приеду? Помогу тебе? — трогательно вызывается директор.

Он что, серьезно? Готов отменить свои важные дела и примчаться ко мне? Так я ему и поверила. Эрик даже выступление моё не посетил, а тут прилетит. Как же. Хочется согласиться и посмотреть, как начальник будет выкручиваться. Но нет, это слишком непрофессионально. Его дело предложить — моё дело отказаться. Будем соблюдать приличия.

— Спасибо, мне Стас поможет. Не даст умереть мучительной смертью — отшучиваюсь я, хотя полной уверенности в этом нет.

— Аа, Стас, — после небольшой паузы доносится ледяной голос. — Конечно.

— Эрик, можно я отправлю тебе всю информацию по почте? Просто мне тяжело сейчас много говорить, — безжизненным голосом цежу я. — Ты не переживай, я держу руку на пульсе, всё под контролем.

— Я в тебе уверен. Отдыхай, не перенапрягайся, — внимательно выслушав, поддерживает собеседник.

Мы прощаемся, отправляю Эрику подробное письмо с активностями. Затем сообщаю Маше и подрядчикам, с которыми в последние дни непрерывно общаюсь, что разболелась и сегодня буду на связи по минимуму. Получаю с десяток подбадривающих сообщений.

Без сил забираюсь в кровать. Меряю температуру — подпрыгнула почти до тридцати девяти. Хорошо бы выпить жаропонижающее, но у меня дома нет никаких лекарств — все остались в Москве. Звоню Стасу, ответа нет. Пишу эсэмску, что заболела, прошу спасти мою грешную душу и купить жаропонижающее и, если у него есть возможность, привезти. Через полчаса приходит ответ. Стас пишет, что заедет ко мне, как только сможет. Засыпаю.

Меня будит звонок в дверь. Вся мокрая, укутываюсь в одеяло и медленно ползу к двери. Открываю. Сложно сказать, кто стоит на пороге, потому что лицо пришельца скрыто за огромной корзиной, обернутой целлофановой пленкой.

— Здравствуйте! — кричит мне выглядывающая макушка чёрной шапки. — Распишитесь здесь, пожалуйста.

Перед носом всплывает планшет со стилусом. Расписываюсь и получаю в руки увесистый презент. Пытаюсь уточнить, кто отправитель подарка, но шапки уже и след простыл.

Бреду на кухню. Ставлю подарок на стол. Да, впечатляет. Нежно снимаю ленту и моему взору открывается собрание виртуозно расставленных баночек меда, разнообразных видов орехов и красочных заморских сухофруктов. Пока я с упоением принюхиваюсь к макадамии и пекану, из корзины выскальзывает мини-открыточка с надписью “Поправляйся!”.

Как это трогательно! На душе становится тепло и приятно. Улыбка расплывается по моему лицу. Сомнений нет — это может быть только Стас. Подобная забота поражает. Не каждый мужчина на такое способен.