Я считаю до семи...
Шрифт:
– Не пускайте ее в клуб! – раздался веселый крик Андрея.
Сбежав по лестнице, молодой человек обнял мать, пожал руку отцу и только потом повернулся к сестренке, которая была младше него на шесть лет.
– К драгоценному мальчику Аарону сбегаешь? – ухмыльнулся брат.
– Заткнись, - прошипела Василиса.
– Какие мы злые! – воскликнул Андрей, увернувшись от пинка крайне недовольной родственницы.
Рея наблюдала за происходящим со снисходительной улыбкой. Эти двое постоянно спорили и ссорились.
– Андрей, - позвала Рея сына, - пусть идет.
Парень обиженно пожал губы, но в следующую секунду опять показал сестре язык.
Боже, какая непосредственность в двадцать шесть лет!
Лисса, отгородившись от родителей журналом, показала брату не самую приличную комбинацию из трех пальцев, а затем побежала наверх переодеваться. Ей еще нужно было подготовиться к вечеринке.
Спустилась девушка уже накрашенная и красиво одетая. Причем платье по длине напоминало футболку… не самую длинную футболку.
– Ты в нем вообще садиться пробовала? – недовольно спросил Андрей.
Как бы ни издевался он над сестрой, на такой разврат мужчина не подписывался!
– Пробовала, - скорбно произнесла Лисса. – Больше не буду. Окружающих людей очень жалко.
Отец покачал головой, но отпустил дочь. Он хотел сказать ей, что гости приезжают уже через полчаса, и неплохо было бы их дождаться, но… Василиса никого не слушала, так что подобные разговоры были лишней тратой времени.
Довольная собой Драгомир выбежала из дома, постоянно поправляя свой наряд, и направилась к клубу. Она чувствовала, что этот вечер будет прекрасным.
И она, как вы догадываетесь, ошибалась…
***
Вернулась Лисса домой уже в середине ночи. Родные ее наверняка уже крепко спали, поэтому девушка не боялась приходить так поздно. Родственников не мог разбудить даже пушечный залп, да и их приехавшие друзья просыпались с трудом.
Блондинка напевала какой-то незамысловатый мотивчик, полностью на нем сосредоточившись, поэтому слишком поздно заметила странное свечение. Она находилась на соседней улице, поэтому тут же припустила к своему дому.
И увидела огонь.
Весь особняк был объят яркими всполохами пламени.
А все его обитатели крепко спали, и их не мог разбудить даже пушечный залп.
Они умерли в тот же день. Задохнулись от дыма, сгорели заживо шесть человек: Эрик, Рея, Зои, Соня, Оксана и Роберт.
И только Андрей свернул себе шею той же ночью. Парень проснулся в комнате, полной огня, и попытался выпрыгнуть через окно, но зацепился за подоконник и полетел вниз головой.
Семеро погибли из-за пожара седьмого числа седьмого месяца.
А Драгомир возненавидела эту цифру.
Семерка – цифра смерти, как она считала…
Когда Дмитрий закончил
– Она мстит всем подряд, - проговорил Беликов.
Я пристально посмотрела на мужчину. Он имел право ненавидеть мою бывшую подругу, потому что она убила и его сестру. Но детектив только грустно улыбался. Наверное, он был рад, что наконец-то закончил это дело.
А я была ему очень благодарна за то, что к Лиссе он относился без ненависти. Все-таки она была моей подругой, пусть и бывшей.
– Спасибо, что рассказал, - пробормотала я, подходя к плите.
В доме детектива свежеприготовленной еды не было, потому что в последние дни у него оставалось совершенно мало свободного времени. Питался этот беспечный человек бутербродами и морковью, которая имелась в количестве трех килограммов. Так что пришлось моей скромной персоне взвалить на свои хрупкие плечи такие вещи, как приготовление пищи.
Внезапно в голове промелькнула мысль о мужчине в капюшоне, о которой сказала Драгомир. Ведь он действительно был! Я немедленно повернулась к Беликову и спросила его о личности того странного субъекта.
– Это и был бывший любовник Василисы, - усмехнулся Дмитрий. – Он пришел к ней в гости, но застал их вместе с Кристианом. Практически сразу после его ухода Драгомир и убила Криса. Во-первых, можно было свалить вину на «странного человека в капюшоне». А во-вторых, Крис зачем-то начал копаться в ее прошлом. Мне кажется, он подозревал, что подруга его может быть связана с убийствами, поэтому Драгомир и избавилась от «нежелательного субъекта».
Я невольно вздрогнула от последних слов. Но ведь Лисса так плакала, так отчаялась после смерти детектива! Она ведь не могла все это время играть!
И тут мне вспомнилась другая ситуация. Мы сидели с Драгомир у меня дома и девушка, отводя взгляд от экрана телевизора, с испугом твердила что-то про убийцу. А потом долго еще ругала ненормального человека, который убивал ни в чем не виновных граждан!
Да, все это время Лисса играла.
– Зачем она это делала? – вырвалось у меня.
Я уставилась на голубой огонек газовой плиты и методично помешивала суп в кастрюле. Ага, одно из немногих блюд, которые я умела готовить.
Сзади раздались шаги, а в следующую секунду меня крепко обняли, прижали к себе и зашептали на ухо:
– Мне кажется, она просто сошла с ума.
Повернувшись руках мужчины, я посмотрела ему в глаза. Впервые за время нашего общения там появилась надежда.
Надежда на новую жизнь.
Теперь уже счастливую!
Василиса выбрала свою судьбу, а я – свою. И в данный момент моя судьба довольно улыбалась и прижимала меня к себе.