Чтение онлайн

Так что вместо того, чтобы вприпрыжку ломиться в Академию, мы занялись более насущными делами.

Я смотрел на проплывающий под нами Коррибан со странным чувством. С виду — вылитый Марс, ржаво-коричневый, пустынный, холодный. Разве что побольше, немного светлее: кое-где мутно блестели нашлёпки водяного льда.

Но внешнее слабо меня трогало: от планеты разило Тёмной Стороной Силы.

— Ты тоже чувствуешь это? — негромко спросила Бастила, становясь рядом со мной возле узкого смотрового иллюминатора.

— Намоленное место, — согласился я. —

Думаешь, здесь будет легче укрыться?

— Да… Тьма скрывает многое. Не знаю. Надеюсь.

— И не надейтесь, голубки, — сипло донеслось из-за спины: Кандерус готовил аппаратную к предстоящей посадке. — Кораблик мы засветили, теперь не отсидимся. В галактике на каждый глекк по сто шпионов…

— …Ришелье, — закончил я совсем уж тихо.

— Что?

— Да так, — пробормотал я, думая, что сейчас совсем не время тосковать по Земле. — Малак слушает свою разведку. Но не доверяет ей, презирает. Он Тёмный Лорд, он вообще всех презирает. Пройдёт немало времени, прежде чем он снова достаточно отчается найти меня сам.

— Как ты можешь это знать?

«Потому что теперь владею Силой. И начинаю очень хорошо понимать, как она меняет восприятие».

— Просто знаю, — сказал я вслух, поглядывая на Бастилу.

Она встретила мой взгляд, понимающе кивнула в ответ. Она знала, о чём я думаю.

Да. Насколько проще всё было дома, в привычном мире машин, логистики, причинно-следственных связей. Собери мощную армию, наклепай побольше танков и самолётов, пушек и ракет. Земные боги на стороне больших батальонов, а вот Сила не знает ни размеров, ни расстояний.

Я по привычке возлагаю надежды на технику: брандеры, взрывчатка… Всё решится совсем иначе.

«Владею Силой»? Нет. Это я сам ей принадлежу. И неважно, что продолжаю называть её «сюжетом», «сценарием», «авторским произволом»… это всего лишь инерция несовершенного сознания. Нет никаких сценариев и сюжетов. Есть только Сила.

Понимание пугало. И в то же время немного успокаивало: ведь если есть Сила, то смерти нет. А умирать почему-то совершенно не хотелось.

Карт вёл машину аккуратно, нежно: в трюме, тщательно закреплённый на репульсорных поддонах, ждал своего часа груз барадия. «Варяг» задрожал, соприкасаясь с атмосферой. Нас встречал холодный, неприветливый воздух Коррибана. Нас ждал главный и единственный космодром главного и единственного заметного поселения на планете.

Дрешде произвёл на меня гнетущее впечатление. Обычный портовый городишко, в меру грязный, в меру распутный… Несмотря на стальные тона и переливающиеся повсюду огоньки, было в нём что-то от декораций средневековой детской сказки, в которой жители запирают двери на три засова и не рискуют спать по ночам: ведь во тьме разгуливают страшные волки-людоеды…

По Дрешде бродили не волки, нет: здесь развлекались студенты Академии ситхов. Развлекались по-своему: соревновались в способах наиболее извращённого и болезненного убиения прочих разумных. Жизнь окружающих с точки зрения ситха не стоила ничего.

Нет, встречались среди здешних Тёмных и

гуманисты: те ограничивались унижениями, избиениями, грабежом и прочим насилием. Но всякий нормальный урод прекрасно понимает, что истинной доблести полумерами не сыскать.

Возможно, это прозвучит цинично, но не могу сказать, что очень уж сочувствовал мирному населению Дрешде. Контрабандисты, проститутки, фарца, наёмники, просто ворьё и жульё всех мастей: кто ещё мог остаться в колонии, обслуживающей ситхскую кузницу кадров?… Так что термин «мирняки» в отношении этой публики мог использоваться лишь условно.

— Держимся вместе, — сказал я ребятам. — Место нехорошее.

— Не учи мандалорца раздавать и выхватывать, — ухмыльнулся Кандерус, который не без оснований полагал себя экспертом по нехорошим местам.

Ну да, подумал я, оглядывая команду, кого ни возьми, у всех своя… история. Эдак сравнишь: а я-то, братцы, ещё ого-го какой везунчик, спасибо призраку советской власти за относительно счастливое детство. Вот был бы я нормальным попаданцем, захватил бы по-быстрому верховную власть в галактике, да и начал строить коммунизм.

Так нет же: всю дорогу по кочкам, буеракам, трущобам.

Белка в колесе сансары.

Рейван в круговороте Силы. Раз за разом: джедай-ситх-джедай, герой-предатель-герой… «попаданец-попаданец-попаданец»?…

Что за бред.

Я помотал головой, отгоняя морок, и вернулся к более насущным задачам.

В Дрешде постоянно прибывали абитуриенты, желающие учиться в Академии ситхов. «Вступительные экзамены» в это милое учебное заведение, равно как и педагогический процесс, отличались своеобразным брутальным очарованием, так что смертность среди абитуры немножко зашкаливала. А где дохлые студенты — там и пожитки дохлых студентов.

Мои расчёты оправдались: подходящая на роль брандера посудина нашлась практически сразу и очень недорого, всего за двенадцать тысяч. Бармен одного из здешних злачных мест занимался выкупом и перепродажей корабельного имущества. Он и сторговал нам препозорную на вид полуяхту-полубаржу, гордо носившую имя «Тёмный повелитель».

Я подумал и переименовал будущего смертника в «Ла Фудр». Безо всякого смысла, если честно. Не так часто в жизни выпадает возможность дать новое имя кораблю, да ещё и космическому, так зачем отказывать себе в удовольствии.

— Даже жалко, — сказал я, проводя ладонью по граням переднего обтекателя. Для этого пришлось встать на цыпочки: ростом «Ла Фудр» уступал «Варягу», но звездолёт есть звездолёт.

Кораблик был откровенно некрасив. Теперь, когда он перешёл в нашу собственность, мне вдруг расхотелось отдавать его на заклание, пусть и ради благороднейшей цели: собственного выживания. Наверное, как-то так чувствовал себя капитан Блад, отдавая приказ затопить «Арабеллу».

— Чего тебе жалко, этого уродца? — просипел Кандерус, безуспешно пытаясь разогнуть один из сегментов застрявшей в корпусном отсеке посадочной ноги. — Ладно, ситх с тобой… приварим на промежуточное шасси.