Я, Рейван
Шрифт:
— Затаённая обида: Умолкаю.
Все застыли в тревожном ожидании. Я закрыл глаза.
В глубине пещеры шевельнулась огромная, зубастая, злая туша. Дракон почуял запах своего любимого блюда.
— Клюнул… — сказал я негромко.
— Что? — повернулся Ордо. — Говорил же, надо было на дроида камеру поставить.
— Незачем. Я и так вижу.
— А, ну да. Ох уж эти всезнайки-джедаи…
— М-м-м. Мак, ты что, джедай?
— Типа того.
— А-а-а! Тогда, я считаю, правильным будет отдать драконий жемчуг именно тебе. Драконий жемчуг — это…
— Я
Тьма пещеры озарилась холодным светом, как от тысячеваттной ксеноновой лампы. По ушам ударил звук разрыва, плотный, но на удивление мягкий, я ожидал куда худшего. На площадку у входа выплеснулась струя песка, камней, мусора, каких-то костей и обрывков ткани… кажется, крови…
Я запоздало подумал, что голокрон отца Бастилы в такой мясорубке мог и не уцелеть. Досадно было бы… но теперь меня неудержимо тянуло посмотреть на плоды своей охоты. Живая Тьма в пещере погасла, осталась только общая мрачная «намоленность» места.
Отряхивая одежду от песка, мы поднялись на ноги, переглянулись и побежали вниз по бархану. Кажется, радостное послевкусие пусть не совсем честной, но всё-таки победы, разделяли все.
— Хикки, — крикнул я на бегу, — оставайся тут, стереги машины!
Я точно знал, что дракон убит. Но всё равно испытывал страх, влияние Тёмной стороны.
Старательно не хватаясь за оружие, мы вступили под своды пещеры. Сперва вонь показалась мне невыносимой, но обоняние быстро притупилось.
Прямо в центре зала, среди острых камней и груд мусора лежала огромная туша дракона. С развороченными взрывом шеей и грудной клеткой, с полуоторванной головой. Думаю, в пасти зверя свободно могла бы поместиться «Газель». Хвост дракона терялся где-то в глубине пещеры.
— М-м-м! — радостно сказал Фортуна. — Славный трофей.
— Забавная ящерка, — хрипло согласился Ордо, но было заметно, что и он впечатлён.
Следующие полчаса ушли на осмотр пещеры: мы нашли большое количество хлама, несколько изуродованных тел в различной степени разложения… из обрывков одежды одного из трупов Карт выудил искомый голокрон. Я в очередной раз порадовался, что не стал брать с собой Бастилу.
Затем Комод показал мне, как резать тушу дракона. Минут пятнадцать я честно орудовал световым мечом и наконец получил обещанную жемчужину: невзрачный кусок тяжёлого камня. Он отправился в кисет к остальным кристаллам: ведь я по-прежнему не знал, как тюнинговать свою шашку, необходимости не возникало.
В самом дальнем углу пещеры чернел постамент, в котором, как нам было уже известно, скрывалась аппаратура Звёздной Карты: компьютер управления, банк знаний, проектор голографического интерфейса. Не хотелось мне включать эту штуку, сам не знаю почему. Не хотелось, а надо было: ни одной Карты я до сих пор не видел, грех упускать такой случай.
— Ну что, Комад, — сказал я, прикидывая, как бы поделикатнее спровадить твилекка прочь от ненужного ему зрелища. — Это была славная охота, я очень благодарен тебе. Теперь, если не возражаешь…
И в этот момент со стороны входа донеслись звуки бластерных выстрелов,
55
И опять в моей истории сложилась ситуация, когда о некоторых событиях и фактах можно судить только по косвенным признакам. Я не знал тогда и не знаю сейчас, какое стечение обстоятельств привело к инциденту у пещеры крайт-дракона. А в тот момент, когда наша бравая четвёрка охотников пряталась за надёжными каменными стенами, стало ясно лишь, что враги снова выследили нас.
Это показалось даже логичным: если я мог узнать координаты маячка Фортуны, почему другие не могли? Выяснить, что я искал Комада, было проще простого в офисе «Цзерки», а рассчитывать на молчание офицерши… не настолько я наивен.
Оставалось понять, кого Сила принесла. Из заскриптованных вариантов вспоминался только Кало Норд, но он давно мёртв… вот уж кого я бы с удовольствием прирезал вторично за Хикки!
Надеюсь, электронные мозги ХК-47 уцелели, потому что новое тело-то я ему всегда найду. Головной боли и дискомфорта, как всегда при угрозе сопартийцам, я не чувствовал, и это внушало надежду, что дроид выживет.
— Мак, — негромко сказал Фортуна, — надо нам уходить, да, уходить из пещеры.
— Что такое? — спросил я бездумно, отвлечённый мыслями о судьбе Хикки.
Вместо ответа твилекк тронул меня за плечо, а другой рукой указал вверх, на свод пещеры.
Я сразу всё понял. Наверное, уже и сам почувствовал, только сконцентрироваться не успел.
— Сколько у нас времени?
— До первой гранаты, — вмешался Кандерус. — Нас раздавит камнями при любом сотрясении.
Ордо с Онаси деловито проверяли винтовки: готовились пойти на прорыв. Во мне всё на дыбы вставало при мысли о необходимости идти под выстрелы, на простреливаемую, ничем не прикрытую площадку у входа. А вот оба солдата, хотя восторгов тоже явно не испытывались, отнеслись к предстоящему самоубийственному броску как ко вполне приемлемой неизбежности.
Жаль, другого выхода из пещеры не было.
Я прислонился спиной к шершавой туше дракона, закрыл глаза. Так… до чего ж здесь мрачно, Тёмная Сторона скрывает всё… Где-то за невидимой пеленой копошились разумные. Пять, шесть… не могу сосчитать. Тускены? Нет, не знаю: я же пока не встречал Песчаный Народ.
Но вряд ли: среди осаждавших я чувствовал носителя Силы. Яркой, немалой Силы. Малак? Нет, точно не он: его агрессивную «ауру» нельзя было спутать ни с чем. Этот тоже был Тёмным, но гораздо слабее.
Хотя на меня-то Силы незваного гостя хватит с запасом.
— Два бластера, — донёсся до меня хриплый голос Кандеруса, — какой позор. Фортуна, что у тебя?
— Только это, друзья, только это.
— Ха! Пистолетик… Ты даже не взял взрывчатки?
Я открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как виновато разводит руками Комад. Логично: когда мы полезли в пещеру, дракон был уже мёртв.
Доверили охранение одному дроиду, только из ремонта. Сами себя загнали в ловушку. Идиоты.