Чтение онлайн

Чувство восхищения молодым человеком и чувство стыда за себя охватили меня.

Вдруг, как озноб, прошибла меня мысль.

«Интересно, а по какому пути иду я?»

Опершись о дверь, я стоял и не замечал, как из чайника капает вода…

Тишину за столиком нарушила подошедшая официантка.

– Вы готовы сделать заказ?

Костя, задумавшись и даже не заглянув в меню (так как успел выучить его, потому что не в первый раз рассказывал здесь эту историю), сделал заказ.

– Ой, – спохватилась Изольда, – а я и не успела прочитать меню.

– Ну, тогда я подойду попозже, – пряча ручку, попятилась официантка.

Изольда

углубилась в изучение блюд. Костя заметил, что девушка, останавливая взгляд на какой-нибудь вкусности, вздыхала и продолжала искать что-нибудь менее калорийное.

– Айседора Дункан определяла страстность натуры начинающих танцовщиц по тому, как они ведут себя за столом. Если девушка не любит поесть, на сцене и в постели ей делать нечего! – Костя опять удачно нашел «мостик», чтобы ювелирно намекнуть на секс.

– Да-а?! – наигранно удивилась девушка, подняв на Костю глаза, в которых читался понятый намек. – Значит, мне нечего бояться?

– Абсолютно! Официант, девушка готова!

Оба прыснули от хохота.

* * *

«Посмотришь на нее – все при себе. Все в нужных пропорциях, глазам и рукам мило. Но, блин, как начинаешь целоваться – так почему-то неудобно! И язычком она работает, и покусывает, и на вкус приятная, а не в кайф! Что ж ты будешь делать! – Костя не на шутку расстроился, придя домой после очередной прогулки с девушкой. – К сожалению, это не позволяет мне „улетать“, а значит, о продолжении наших отношений не может быть и речи. Весь кайф тут же обламывается! В чем же причина?» Развивая привычку к анализу, Костя мысленно стал прокручивать их встречи…

…Он назначил ей свидание на той же самой скамейке, на которой они и познакомились.

«Пустые бутылочки не оставите?» – обратился он с вопросом к пьющим пиво девушкам на аллее возле университета. Те прыснули, не ожидая такой постановки вопроса от прилично одетого молодого человека.

«Вопрос-убийца» сработал на славу, Косте оставалось решить, кого же выбрать из… Но это оказалось намного сложнее. Девушки не уступали друг дружке абсолютно ни в чем.

«Восемь баллов обеим! – думал Костя. – Что ж, раз я сам выбрать не могу, тогда предоставим делать выбор им самим».

Прошло немного времени, и ситуация разрешилась сама по себе. Одной из девушек позвонил молодой человек, и она упорхнула, оставив Костю с очаровательной Катей.

С ней ему было легко и просто. Не приходилось ничего выдумывать, все получалось само собой. Расставшись, они в этот же день еще много разговаривали по телефону, так что ко второй встрече у них было ощущение давнишних знакомых. Может быть, поэтому они, взявшись за руки, дошли до тенистой скамейки в парке и почти сразу стали целоваться.

«Тогда, сидя на скамейке и наслаждаясь первым поцелуем, я не чувствовал никаких неудобств. Все было прекрасно и вкусно. Потом, прощаясь, стоя у ее подъезда, я впервые почувствовал дискомфорт, но отнес это на боязнь быть замеченными ее бывшим ухажером, живущим в том же доме. Сегодня же это повторилось».

Для полноценного воспроизведения воспоминания Костя встал, подошел к мысленно представленной Кате, поиграл ее волосами и поцеловал ее в чувственные губы.

– Нашел! – вскричал обрадованный юноша. – Как же я сразу не догадался?! Ну конечно же, вот и ответ на мой вопрос. Просто она наклоняет голову не как все – направо, а совсем наоборот – налево! Вот и неудобство! Надо же, такая мелочь, а для меня, оказалось, много значит.

Попробуем исправить. Где мой телефон?

Костя побегал по квартире в поисках телефона.

– Катюша! Свет очей моих! Белокурая принцесса! Оставшись в этот вечер без тебя, я с горя выпил яду. И на свете есть только одно противоядие – это нефритовая жидкость, которая содержится в твоих источающих божественное наслаждение устах… Если мне сейчас не испить этого чудесного напитка, тогда будет только одно утешение на этом свете – некрологи сегодня не останутся без работы… Что? Ты одна?

– И уже набрала воды в ванну?!

– Абсолютно все вещи на полу?! Боже! Я уже лечу к тебе солнечным лучом!

Костя заметался по комнате, собираясь в дорогу.

«Господи, какая ерунда – в какую сторону при поцелуе она наклоняет голову!»

«Все ее вещи уже на полу! Вот что важно!»

Хлопнула входная дверь. Не выдержав сотрясения, со стены упала картина.

* * *

Костя стоял в тенистом дворе пятиэтажного дома, где жила его бабушка. Дом был выстроен буквой «г», ограждая уютный дворик от шумной центральной улицы. С другой стороны двора располагались капитальные гаражи, за которыми начиналась территория киностудии. К капитальным гаражам скромно прижимались еще три железных, последний из которых – бабушкин – был самый скромный и пригодный только для мотоцикла с коляской. Внимание юноши привлекла яркая полоска краски, идущая через весь бабушкин гараж. Костя подошел и потрогал полоску. Она оказалась свежей и липкой. Юноша с недовольством на лице посмотрел на свои измазанные руки и… проснулся! Он все еще смотрел на руки – они были темные с неизвестными линиями на ладошках, несколько 'yже и вообще чужие! Но это было неважно! Костя возликовал – он проснулся, проснулся! Ему хотелось кричать и прыгать, но почему-то взгляд сразу выхватил девушку, идущую по двору мимо него. «Хм, – тут же решил испытать осознанность Костя. – Если это сон, – логично стал рассуждать юноша, – то девушка не должна быть против того, чтобы я ее немного пощупал, так? Так! Тогда вперед!»

С этими словами Костя – с еще дрожащими от недоверия к осознанному сну руками – подошел к медленно идущей девушке. Далеко не сразу юноша смог прикоснуться к девушке. Он ее обхаживал, заглядывал в глазки, просто хотел ей сначала понравиться, прежде чем будет ставить над ней опыт. Когда Костя наконец решился и правой рукой взял ее за попу, девушка совершенно спокойно отнеслась к его, казалось бы, возмутительной выходке. «В реальной жизни меня давно бы уже убили», – обрадовался Костя. Еще больше он порадовался реальности ощущений в осознанном сне. Действительно, осознанный сон ничем не отличался от реала! Насладившись первыми ощущениями и не получив по морде, Костя теперь уже бесцеремонно задрал у нее юбку, стащил, ликуя всем юношеским сердцем, трусики и…

«Такое я не готов рассказать даже близкому другу! – утром, еще продолжая лежать в постели, решил он. – Вот что значит безнаказанность!»

* * *

Костя вышел на улицу только для того, чтобы не сидеть дома.

«Пойду прогуляюсь, подышу – поразмышляю на свежем воздухе, может, развеется моя вселенская, зеленая, как сопли того бомжа, тоска».

Буквально вчера Костя с Лехой Омельченко, уже состоявшимся ресторатором, сидел в его «мерседесе» и слушал перспективы развития городского общепита. В поле их зрения попали сидящие у забора бомжи.