Я никогда тебя не...
Шрифт:
— Ладно, отлично. Теперь меня ещё и это не касается. Уэнсдей. Какого хрена? Если я тебе не нужен, так просто уйди, почему ты бесконечно приходишь и мучаешь меня?! — сел он на кровать, обхватив ладонями лицо. — Я просто уже не могу так. Реально не могу.
— С чего ты вообще взял, что я специально кого-то мучаю? Я пришла к тебе! К тебе! Ни к нему, ни к Ксавье, а к тебе! Чёрт, — только я направилась к выходу, потому что мне уже осточертело с ним ругаться, как он остановил меня, прижав к себе спиной.
— Стой, стой, подожди… — его руки придавили моё тело к себе, и как бы я не старалась выпутаться из них, мне не удавалось. — Я понимаю… Понимаю,
Моё сердце бешено стучало в его руках. Тепло разливалось по всему организму от одного только объятия.
— Но я не сплю ни с кем кроме тебя, — сказала я, ощущая его дыхание на своей шее.
— Это хоть немного утешает. Но не до конца. Потому что мне этого недостаточно. Ты нужна мне полностью, — прошептал он, начав целовать меня в шею и плечо. Наверное, с моих губ в эту же секунду сорвался отвратительно громкий и пошлый стон. Его рука обхватила мою шею, сжимая её так крепко, что мне захотелось скулить и плакать под ним. Мы подошли вплотную к двери. Точнее, он меня к ней вытолкал. Я сразу же задрала вверх свою юбку, потому что буквально мечтала о сексе с ним. Меня нервно трясло от того, как близко к этому мы с ним были. Его вторая рука соскользнула к моей блузке и медленно расстёгивала клёпки, небрежно стягивая вниз лиф и оголяя мою грудь. И я ощущала, что у меня между ног творится ад. Я просто кипела от возбуждения. Мне казалось, что если он остановится, я возьму его силой. Мои руки потянулись назад стянуть с него штаны, но он вдруг ударил меня по ним.
— Терпи, — прозвучали жестокие слова, которые заставляли мои барабанные перепонки лопаться. Его пальцы пробежали по моим соскам, зажимая их и заставляя меня всхлипнуть, а затем поползли вниз, едва касаясь насквозь мокрой ткани моего сетчатого белья. Под гнётом его пальца, я совершенно расплавилась, готова была закричать, всё тело будто прошиб импульс. От одного только касания. Он потрогал мои бёдра, по которым уже безобразно текло, как в грязной порнухе, которую я смотрела, и ухмылялся.
— Как, наверное, хочется продолжения, да, Аддамс… — прозвучал сладкий шёпот, пока я ёрзала на его пальцах, мечтая о должной разрядке.
— Тайлер, если ты сейчас не снимешь штаны, я клянусь… — угрожала я, закусив губу от напряжения. Мой живот тянуло так, что я не могла стоять. А он лишь изредка касался меня кончиком пальца, чем заставлял меня страдать.
— Скажи, что ты моя, Уэнсдей Аддамс, — держал он меня за шею. Расслабил ладонь и полез пальцами в мой рот. Дьявол, в этот момент я готова была закричать на весь этаж общежития. Он прижался так близко, что я ощущала задницей его член, и пока он имитировал это трение об меня, шептал мне на ухо:
— Если ты будешь и дальше так себя вести, я просто, нахрен, повешу сраный плакат в холле о том, что ты со мной. О том, что ты моя, и я тебя никому не отдам. Ты поняла меня? — промолвил он, достав из кармана презерватив, и я принялась стаскивать свои трусики вниз.
— Поняла, — простонала я, взглянув на него через плечо.
Он посмотрел мне прямо в глаза, взяв меня рукой за скулы. Я видела в них столько всего. Мне казалось, он сейчас скажет слова, из-за которых мне придётся краснеть.
— Поставь ноги шире, — погладил он меня по ягодице, размазывая смазку по всей моей промежности, и я услышала долгожданный звук фольги, от которого у меня в ушах свистело.
На этот раз боли не было. Было только желание, такое желание, что я всеми клетками тела ощущала каждый сантиметр, что входил в меня. Так
Мы оделись, всё ещё ощущая неловкость друг перед другом, и, наверное, лёгкое недоумение, что это вообще было. И, видимо, теперь настало время для полноценного разговора…
====== Глава 10. В огне страданий и скорби сгорает дотла душевный мусор ======
Комментарий к Глава 10. В огне страданий и скорби сгорает дотла душевный мусор Приятного чтения. О Джеймсе мы узнаём чуть больше) Однако ещё так много впереди…
— Я понимаю, что возможно нам с тобой стоит попытаться, но я не хочу делать это у всех на виду, — сказала я честно. Так, как чувствовала. Потому что ненавидела быть перед кем-то уязвимой. Иметь партнера — значило иметь слабое место.
— То есть, ты не готова дать кому-то понять, что мы вместе? — спросил он в ответ, усевшись на кровать. В его голосе была обида.
— Дело даже не в этом. Я знаю, что для большинства это нормально — ходить с кем-то за руку, целоваться и все эти интимные вещи, которые многие делают на виду. Я не могу так, — объяснила я, и он неловко рассмеялся.
— Это всё? В этом причина? Ты думала, я приделаю тебе ярлык? — спросил он в недоумении.
— Не знаю. Я думаю, ты из тех, кто показывает отношения, — ответила я, задумавшись.
— Не с тобой. То есть… Если ты этого не хочешь, я могу не показывать это на людях, но с условием, что они будут знать, что мы общаемся. Ты не будешь шарахаться от меня, когда я к тебе подхожу, и не будешь делать вид, что мы ненавидим друг друга. Я расстался с Глорией. Мне всё это не нужно, — он взял меня за руку. — Мне нужна ты. Одна только ты.
Я смотрела на него, слушала, и не могла оторвать свой взгляд.
— Ладно. Мы можем попробовать общаться на виду. Но ничего большего, — подытожила я в сомнениях. — Я не хочу, чтобы о нас говорили.
— Я понял. Ладно. Давай так, — согласился он хотя бы на это.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила я, коснувшись его лба.
— Забавно, что ты спрашиваешь об этом после секса, — посмеялся он в ответ. — Всё в порядке.
— Ну, мы ведь были заняты, — констатировала я.
— Действительно, — загорелись его глаза, он смотрел на меня как-то по-особенному. Раньше я никогда не видела такого взгляда. В нём было что-то такое, что должно было убедить меня в том, что мы с ним подходим друг другу.