Я, маг!
Шрифт:
– Вон, видишь тех, – поднял руку и спросил Свенельд, досадливо откидывая другой рукой край капюшона, то и дело норовивший закрыть обзор, – которые против нас?
– Конечно, – Абалидот с хрустом в шее повертел головой, осматриваясь.
– Так действуй.
Демон осклабился, из его пасти резко ударила волна странного запаха, более всего похожего на аромат нагревшейся на солнце еловой смолы, и черное тело, словно выпущенный из катапульты камень, взвилось в воздух.
Захлопали огромные крылья, и угольная тень поползла по рядам воинов, заставляя их смотреть
Поднявшись сажен на десять, Абалидот круто спикировал на отряд Харальда, выставив вперед все четыре лапы. Послышался могучий удар и яростный рев.
Улыбка помимо воли выползла на лицо Владетеля. Да, Абалидот не может подвести. Пусть в размерах он и уступает архидемонам, да и многим обычным своим собратьям, все же в бою он безотказен. Один из лучших воинов Нижнего мира, быстрый и беспощадный.
В первые мгновения после приземления вокруг демона взметнулась пыль. А когда она осела, то Свенельд с изумлением обнаружил, что ожидаемая бойня отсутствует, зато в наличии имеется сражение, и совсем не видно, чтобы четырехрукий одолевал.
«Они что там, с ума посходили?» – подумал Свенельд, наблюдая удивительную картину – людей, бьющихся с демоном на равных! Воины Харальда, похоже, забыли, что такое страх и боль, их гибло не так много, как можно было ожидать, а Абалидот, уступая безотчетной ярости противников, вынужден был пятиться, шаг за шагом...
– Ты, – тяжело дыша, торопливо говорил Абалидот, в груди его что-то хрипело, бока вздымались, как у загнанной лошади, – с кем послал меня сражаться?
– Как с кем? – Свенельд недоуменно нахмурился. – Вот с ними! С кем же еще?
– С людьми?
– Конечно, – кивнул Владетель.
– Да, – демон наконец отдышался, и глаза его, было потухшие, вновь начали наливаться изумрудным сиянием. – Ты не обманываешь меня. Ты сам не знаешь.
– Да о чем ты?! – не сдержавшись, маг заорал, но четырехрукий не обратил на вспышку собеседника особого внимания.
– Те, которые там. – Одна из непострадавших лап медленно поднялась, указав на малочисленный отряд на противоположном конце поля. – Не люди, или не совсем люди. Обычные воины вашего мира не могут двигаться с такой скоростью и ловкостью, быть столь сильными, выносливыми и живучими. Одному я оторвал руку, а он, вместо того чтобы упасть от боли, вонзил меч мне в бок. И они все такие.
– Что же. – Горло пересохло, пришлось приложить усилие, чтобы дернуть набухшим кадыком. – Кто же... что там?
– Похоже, они все под заклятием, под очень сильным и непривычным. Я с такими много сотен лет не сталкивался. Ни один из ныне живущих магов о подобном волшебстве даже не подозревает. – На черной плоской морде, обычно невыразительной, застыло недоумение, столь очевидное, что не заметил бы его разве что слепой.
– И что делать? – Вопрос прозвучал жалобно, и странно было его слышать из уст правителя обширных земель. Свенельд словно вернулся в детство, когда ссадина на коленке превращалась в ужасную проблему и нужно было бежать к маме, которая всегда поможет и утешит. С тех давних пор он не чувствовал
– Вот уж не знаю, – ответил Абалидот сварливо. – Отправляй меня домой, а потом разбирайся.
Скрепя сердце Владетель принялся за ритуал. Отношения с демонами и ангелами, вопреки общераспространенным суевериям, строятся чаще всего на взаимной выгоде и обоюдном доверии, а насилие, в основном со стороны людей, хоть и имеет место, но достаточно редко. К нему прибегают лишь в исключительных случаях.
Двухсаженная фигура пропала в ослепительной вспышке, дым рассеялся, словно его и не было, а Свенельд с недостойной столь могущественного человека прытью помчался к тому холму, где должен быть Иссахар. Ноги подкашивались, по лицу стекал пот, вызов демона обошелся недешево, но маг бежал, напрягая последние силы. Вдвоем они еще кое-что смогут сделать, хоть как-то попробовать одолеть выползших неизвестно из какого кошмара воинов противника.
– Ты, – тяжело дыша, торопливо говорил Абалидот, в груди его что-то хрипело, бока вздымались, как у загнанной лошади, – с кем послал меня сражаться?
– Как с кем? – Свенельд недоуменно нахмурился. – Вот с ними! С кем же еще?
– С людьми?
– Конечно, – кивнул Владетель.
– Да, – демон наконец отдышался, и глаза его, было потухшие, вновь начали наливаться изумрудным сиянием. – Ты не обманываешь меня. Ты сам не знаешь.
– Да о чем ты?! – не сдержавшись, маг заорал, но четырехрукий не обратил на вспышку собеседника особого внимания.
– Те, которые там. – Одна из непострадавших лап медленно поднялась, указав на малочисленный отряд на противоположном конце поля. – Не люди, или не совсем люди. Обычные воины вашего мира не могут двигаться с такой скоростью и ловкостью, быть столь сильными, выносливыми и живучими. Одному я оторвал руку, а он, вместо того чтобы упасть от боли, вонзил меч мне в бок. И они все такие.
– Что же. – Горло пересохло, пришлось приложить усилие, чтобы дернуть набухшим кадыком. – Кто же... что там?
– Похоже, они все под заклятием, под очень сильным и непривычным. Я с такими много сотен лет не сталкивался. Ни один из ныне живущих магов о подобном волшебстве даже не подозревает. – На черной плоской морде, обычно невыразительной, застыло недоумение, столь очевидное, что не заметил бы его разве что слепой.
– И что делать? – Вопрос прозвучал жалобно, и странно было его слышать из уст правителя обширных земель. Свенельд словно вернулся в детство, когда ссадина на коленке превращалась в ужасную проблему
И нужно было бежать к маме, которая всегда поможет и утешит. С тех давних пор он не чувствовал себя столь беспомощным.
– Вот уж не знаю, – ответил Абалидот сварливо. – Отправляй меня домой, а потом разбирайся.
Скрепя сердце Владетель принялся за ритуал. Отношения с демонами и ангелами, вопреки общераспространенным суевериям, строятся чаще всего на взаимной выгоде и обоюдном доверии, а насилие, в основном со стороны людей, хоть и имеет место, но достаточно редко. К нему прибегают лишь в исключительных случаях.