Я - логист
Шрифт:
— Будет сделано, — ответил Сергей.
Повисла неловкая пауза. Обычно, после таких указаний заместителя директора подчиненные тут же бросаются выполнять поручения, чтоб не схлопотать выговор. Но женщина продолжала неподвижно сидеть в неисправном кресле. Еще через десяток секунд Людмила Аристарховна тактично покряхтела.
— А, точно! Извините.
Сергей оттолкнулся ногами от пола и повернулся вместе со стулом спиной к начальнице. Дальше парень слышал только звуки. Открывание окна. Непонятный скрежет. Легкий стук. Взмахи крыльев.
— А теперь поглядим,
Глава 3. Легенда рестлинга.
Это что ж за фигатень такая происходит? Я, конечно, люблю неожиданность и спонтанность, но то, что случилось вчера и позавчера, ни в какие раздвижные двери не лезет.
Сначала гопники, тыкающие друг в друга световыми палками, затем баба, исчезающая на ровном месте, еще и бомж с радиофруктами. К такому набору не хватает только медведя в лосинах на гироскутере и летающей первоклассницы с сигаретой.
— Как же он достал, ненавижу его лекции, скучнее только практические занятия с Бропытковичем, — вывел меня из жизненно важных размышлений голос одногруппницы Клары. Отличная девочка, если б только не проводила всё свое время, бороздя логистические просторы учебников.
— Так не ходи на его лекции, потом конспект перепишешь или, как все добропорядочные студенты, материально поможешь благосостоянию кафедры и самому преподавателю, — я был бы не я, если б промолчал.
— Ну конечно, не все ж среди нас работают, чтоб так сделать, — повернув голову зло кинула она в мой адрес. Аудитория, в которой мы находились, имела вид амфитеатра, поэтому, сидя на ряд выше, я прекрасно рассмотрел укоризненный взгляд Клары.
— А что тебе мешает пойти работать? — не думая, парировал я.
— А зачем ты тогда здесь сидишь? — спросила она, тем самым обезоружив меня.
Почему обезоружив? Да потому что нечем мне ей возразить. Я уже который год пытаюсь ответить себе на этот вопрос, но тщетно. Логистику я ненавижу, часами сидеть на одном месте не терплю. Так какого лешего я тут делаю?
— Ножов… Ножов… — преподаватель очередной раз назвал мою фамилию, тем самым намекая, что мне не мешало бы встать.
— А повторите вопрос, пожалуйста, — отозвался я, мигом переходя в режим дурочка.
— Да без проблем. Присутствует ли на лекции студент Ножов?
— Да, — угрюмо буркнул я, — простите, задумался.
— Ничего страшного, после переклички мы с вами побеседуем на тему прошлой лекции, — добродушно улыбнулся высокий белобрысый доцент с залысинами, опуская голову и переходя к остальным фамилиям.
Зашибись, теперь еще спрашивать меня будет по прошлой лекции, хотя на его занятиях я был последний раз месяц назад.
Минуты шли, фамилии звучали одна за другой, а я лихорадочно листал конспект соседа в надежде запомнить хоть что-то из шести исписанных вдоль и поперек листов.
В дверь аудитории постучали, затем она немного приоткрылась. Оттуда что-то невразумительно спросили. Преподаватель разочарованно кивнул и сел на стул.
В аудиторию вошел мужчина. Я не знаю, как описать увиденный экземпляр. Скажем так, я очень хотел бы в его
Вошедший был точь-в-точь как Халк Хоган, только без банданы, но с такой же растительностью на лице, лысиной и врожденной харизмой. До безобразия обтягивающий бордовый джемпер подчеркивал мускулатуру, от чего некоторые девочки тут же перешли из режима «повтыкать в инстаграм» в «а что это за интересный мужчина».
— Здравствуйте, господа студенты, — властно и уверенно прогремел мужчина, привлекая внимание даже галерки, которая вечно дремала. — Я мог бы сейчас представиться, рассказать, кто я, где работаю, что мне от вас требуется, но я не буду этого делать. Мне лень тут перед вами распинаться. Поэтому мы поступим так: я вам сейчас раздам анкеты, вы их заполните, затем я их проверю и по результатам анкетирования побеседую с четырьмя из вас.
Выскочки с первых парт, которые лебезили перед всеми подряд, быстро разнесли анкеты, и студенты принялись их изучать. Обычный А4 с двадцатью вопросами. Ничего, казалось бы, сверхъестественного, но речь мужика и сами вопросы заставили брови большей части присутствующих стать домиком.
Вопрос номер один: ваше первое воспоминание из детства?
Вопрос номер два: ваш любимый фильм?
Вопрос номер три: в каком возрасте вы впервые поцеловались?
Вопрос номер четыре: вы когда-нибудь ели раков?
Оставшиеся шестнадцать вопросов были один чуднее другого. Я поднял голову и обнаружил, что многие ребята так же недоуменно смотрят друг на друга. Всё это больше походило на какой-то прикол, хотя славянский брат Хогана и не думал улыбаться, он терпеливо ждал.
Решив, что в этом нет ничего криминального, я честно ответил на все двадцать вопросов, включая тот, что про раков, которых я никогда не пробовал, и отнес лист вниз. Пока я шел по ступенькам к столу, за которым расположился незнакомец, меня сверлили около семидесяти пар глаз. Было ощущение, что я не анкету несу отдавать, а с динамитом на пузе иду взрывать станцию метро.
Лист опустился на стол, и это стало своеобразным камешком, который пробудил лавину. Студенты посыпались со всех концов аудитории, складывали свои анкеты в стопку и возвращались на места. При этом никто не промолвил ни слова. Даже белобрысый преподаватель был немного в шоке от происходящего.
Шли минуты, дальний родственник рестлера неторопливо листал анкеты, вчитываясь в каждую строку. Я же стал прислушиваться, о чем шепчутся в разных концах аудитории. Версий по поводу того, кто этот мужик и для чего ему анкеты, выдвигалось множество, от легкой степени бредовости до самой крайней. Некоторые уникумы даже считали, что он представитель НАСА. Я уже вижу это объявление: «Представитель НАСА посетил Национальный автомобильно-дорожный университет, дабы отобрать лучших студентов для работы на космической станции».