Я Хранитель!
Шрифт:
— Нашла вас. Вы прошли первое испытание и оказались здесь. Что бы продолжить, необходимо подписать согласие умереть при прохождении следующих испытаний хранителя.
— Согласие на смерть? Чушь какая-то. Хранители хотят нас угробить?
— Ваше решение не требуется хранителям. Соглашение вы даёте сами себе, что принимаете возможность погибнуть при прохождении испытаний. Подписавшись, вы не сможете переложить ответственность за произошедшее на других, а будете перед собой честны и ваша смерть будет только следствием
Переглядываемся с Ромой. Гонтия продолжает сеять в нас панику.
— Может вы успешно станете хранителями, но в любом случае, советую вам отказаться от этой затеи. Скверна ведь вас не коснётся, правда ведь? Кто нибудь ведь обязательно возьмётся за это дело, правда ведь? Мир живых ведь обязательно уцелеет, да?
Гонтия залилась смехом. Понимаю её иронию. Одновременно призывает отказаться и клеймит при этом трусом.
— Передо мной не простая книга, она отображает примерную дату смерти. Дата меняется от принятых решений. Мне запрещено называть даты, но скажу, что если вы согласитесь, ваша жизнь определенно станет короче.
Лицо Ромы совсем стало белое как мел, дрожащим голосом начал говорить:
— Я под это не подпишусь! Мне нужна простая жизнь, обыденная. Собирать осколки или видеть странные сны — это не рисковать жизнью! Мне хватило тех призраков! Дима, давай уйдём!
Как поступить? Решиться продолжить также тяжело как отказаться от испытания. До этого момента, я был обычным студентом, без как либо выдающихся способностей. В социуме не изгой, но и не популярен. Никем толком не принят, никем не признан. Сейчас, я узнал, что мир духов и сила великого дракона как связана со мной.
Рома с широко открытыми глазами смотрит на меня.
— Дима, да что тут думать! Ну и сиди здесь. Я решение принял.
Он устремился к двери, взялся за дверную ручку и замер. Голова повернулась в сторону Гонтии. Дрожащим голосом произносит:
— А можно меня выпустить не в парк к этим призракам, а куда нибудь по ближе к дому?
— Покинув это место, ты навсегда забудешь обо всем, что с тобой произошло. Сможешь зажить обычной жизнью, Но за это придётся отдать все осколки, которые у тебя есть.
Глаза Гонтии ехидно заблестели. Рома сжал свой рюкзак. Напряжение повисло в воздухе.
— Да подавись ими!
Рюкзак пролетел всю комнату и ударился об стену в метре от лица ведьмы.
— Спасибо, что любезно их отдаёшь.
Гонтия перепрыгивает через стол и ударом ноги выдворяет его за дверь. Рома оказывается за порогом в том же парке.
— Домой сам доковыляешь.
Дверь захлопывается, и я остаюсь с ней один на один. Гонтия вздыхает и идёт собирать осколки, которые разлетелись по полу.
—
Не знаю почему, но я хочу остаться. Сомнения одолевают меня.
— Я ещё не решил, мне надо подумать.
Гонтия пожала плечами и указала на стул у стены комнаты. Сажусь на стул и проваливаюсь в раздумья. Сложный выбор. Когда я был ещё школьником и не знал куда поступить, понимал, что рискую зря прожитыми годами, если выбранная мне профессия не подойдёт. Пришлось бы потом работать на ненавистной работе или вообще переучиваться. Но эти потерянные годы ничто по сравнению с тем, чтобы вообще лишиться жизни.
Дверь распахивается и заходит седой старик. Он не похож на того, кто попал под влияние призраков и потерял свою жизненную энергию, самый обычный дедушка. Он посмотрел на меня и сказал.
— Сочувствую тебе мальчик, я прожил чудную жизнь…
О чём это он? Знает о дилемме моего выбора? Он переводит взгляд на Гонтию.
— Это не будет больно?
Гонтия вернулась за свой стол и начала листать книгу. Нежно улыбнулась старику.
— Всё закончилось. Вы пример для многих.
— Ты ведь смерть да? Я бы хотел на по следок попрощаться со своей женой, ей сейчас нелегко…
У деда полились слезы. Мне стало жаль его.
— Возьмите эти две монеты. Когда вы попадете в рай, воспользуйтесь одной, чтобы оказаться рядом. Когда проститесь, опустите монету в замочную скважину любой двери, и вы вернётесь ко мне.
Дед низко поклонился, поблагодарил ведьму, принял монеты и ушёл через туже дверь.
— Он не был хранителем?
— Он обычный человек чей час настал. Занимательную жизнь прожил. Был хорошим другом, любящим отцом, образцовым мужем и по-настоящему любил свою жизнь. Хоть и были тяжёлые моменты на его пути, но он всех их преодолел с улыбкой на лице.
— Ты сказала, что он попадёт в рай. Он существует?
— Так легче принять свою смерть. Никакого рая нет, есть только чистилище, но и в нём ему придётся вынести на себе скверну, прежде чем душа сможет упокоиться.
До глубины души, я переживал за незнакомого мне деда. Здесь окажутся мои родны, тут окажусь и я. Все уготовано пройти этот путь…
— Ещё не решился? У меня много работы.
…
Не знаю сколько по времени я просидел, через дверь заходили и выходили люди разных возрастов. Кто-то бился в истерике и не мог поверить в происходящее, кто-то смиренно принимал свою судьбу. Каждого ждала перед очищением скверна. Они этого не заслужили. Довольно им страданий, это не справедливо.