Чтение онлайн

Она и здесь убаюкивала. Амин сам не заметил, как задремал, перебравшись на покрытый пушистым ковром пол, где было хоть чуть-чуть прохладнее.

Рахим соблазнял его богатством, но Амин купился отнюдь не на золото. Одиночество, казалось бы привычное, давило куда сильнее тишины, а должность наставника шехзаде гарантированно от него избавляла. Хотя Амин и не был уверен, что справится с воспитанием царевичей, тем более, будущего наследника Мунира.

Рахим же почему-то в этом не сомневался. Не сомневался и Захир,

передавший вместе с визирем длинное проникновенное письмо, окончательно убедившее Амина принять должность.

Тонкие солнечные лучи проникали сквозь частую решётку, причудливым узором ложась на лицо спящего царского наставника. В его сне за окном шумели крылья, и Амин, ещё не проснувшись, привычно подумал, что это, конечно, снова голуби, когда внезапный стук в дверь заставил его проснуться.

Амин приподнялся на локтях, потёр глаза, в которых пока что стоял туман. Прислушался.

Стук повторился.

Нехотя, чувствуя, как давит жар, Амин посетовал про себя на нежданного гостя - наверняка же гонец из дворца. Должен ведь Захир (а скорее Рахим) обнаружить “подарки” царевичей. Вот и обнаружили…

Стук стал настойчивее - колотили уже, похоже, пяткой, причём босой.

Амин накинул кафтан - всё-таки наставник шехзаде должен выглядеть прилично - и, выйдя в залитый солнцем душный коридор, отодвинул засов на “парадной” двери (которой уже месяца два ни Амин, ни Гувейда, ни шехзаде не пользовались, предпочитая более прозаичный чёрный ход).

Солнце на мгновение ослепило, и Амин торопливо зажмурился, бормоча приветствие:

– Мир вам…

– Лукум есть?
– перебил скрипучий голос.

Амин замер, боясь открыть глаза и понять, что это всё ещё сон.

– Есть, - обрадовался голос, и мимо наставника проскочил кто-то маленький, босоногий, и судя по запаху - давно не мытый.
– Иблис! Наконец-то!

Амин медленно закрыл дверь.

Прошёл из коридора в комнату. Остановился в дверях, глядя на жмурящегося от удовольствия мальчишку, загребающего нетронутые царевичами сладости.

– Ты улетела.

Мальчик поднял на него глаза и тяжело проглотил целый десяток свежайших лукумин.

– Ага.

– Ты свободна.

– Ага.

– Тогда что ты здесь делаешь?
– напряжённо спросил Амин, боясь услышать ответ.

Мальчишка вытер руки об абаю и широко улыбнулся.

– А я свободна.

Амин медленно, на нетвёрдых ногах, подошёл ближе и, наклонившись, рывком обнял мальчика. И тут же отпустил.

– Сколько ты не мылся?
– выдохнул он, отворачиваясь.
– Я приготовлю тебе баню.

– Так лучше, о мой повелитель?
– прощебетал за спиной девичий голос.

Крылатая обнажённая красавица стояла на месте мальчишки, внимательно глядя на Амина чарующими тёмными глазами.

Амин, быстро отвернувшись, пробормотал что-то про баню и попытался сбежать.

–

Куда же ты, глупый смертный?
– тонкие руки обвили его плечи, а огненные крылья распахнулись, заворачивая в сверкающий кокон.
– Ну же, взгляни на меня.

Амин послушно открыл глаза и надтреснутым голосом спросил:

– Почему ты вернулась?

– Глупый птенчик, - проскрипела красавица. И, улыбаясь, пропела: - Я хочу быть рядом с тобой. А, раз я свободна, моё желание должно быть исполнено.

Амин зачарованно смотрел ей в глаза, и красавица, капризно вздохнув, сама потянулась к его губам.

***

В дверь чёрного хода бухнуло что-то тяжёлое. Потом снова - но уже тише. И застонало на два голоса.

– О-о-о, я ушибся-а-а-а!

– Слезь с меня!

– А это ты… А что это такое твёрдое… ай!

– Это моя нога!

Дверь рывком распахнулась, чудом не заехав шехзаде Кариму по носу.

– Гувейда!
– потирая наливающуюся шишку на лбу, простонал мальчишка.
– Осторожнее, мне же больно… Рошан, не пихайся, ты чего? О-о-о, - протянул он, вместе с братом остолбенело глядя на обнажённую красавицу - такую же прекрасную, как статуя Аллат в храме. Или даже краше.

– Ой, а кто это тут у нас?
– скрипуче протянула красавица, наклоняясь. Крылья у неё за спиной взметнулись, обдавая шехзаде огненными брызгами.

– Мы-ы-ы, - вырвалось у краснеющего Карима.

Красавица вскинула брови, переводя взгляд с мальчишек на потёртый ковёр у их ног.

– Что, жёсткое приземление?

– Валид!
– раздался голос наставника из дома и несколько мгновений спустя взъерошенный Амин выбежал на порог с покрывалом в руках.
– Прикройся, это же дети!

Покрывало укутало красавицу с головой, и волшебным образом съёжилось вместе с уменьшившейся фигуркой.

– А это джинья, наставник?
– выдохнул Рошан, восторженно глядя Амину за спину.

– Чего?!
– воскликнул совсем не девичий голос, и из покрывала неожиданно вывернулся мальчишка-побережец.
– Джинья? Я?!

Рошан открыл было рот… и так и не закрыл, разглядывая странного мальчика.

– Эй, как ты смеешь непочтительно разговаривать с шехзаде?!
– заступился за брата Карим.
– Ты вообще кто?

– Я - его друг, - важно сообщил мальчик, перебив собравшегося было ответить Амина.
– Так что разговаривай со мной почтительно. Шехзаде. Этому смертному, знаешь ли, благоволят даже джины.

– Да хоть боги!.. Что?!
– ахнул Карим.

– Глянь-ка, они ковром-самолётом управлять учатся, - хихикнул мальчишка, покосившись на Амина.
– Малышня…

– Что?!
– снова завёлся Карим.
– Да мы… мы… Да мы в облаках только что летали! Вот!

– Всего-то, - фыркнул мальчик.
– А чего ж спустились, летуны?