Я хочу, чтобы...
Шрифт:
Валид хмыкнул, теребя большой палец ноги.
– А чего?
За ширмой угрюмо молчали.
Валид предвкушающе улыбнулся.
– А если я всё-таки расскажу…
– Валид, - улыбка выходящего из-за ширмы юноши выглядела откровенно натянутой.
– Пожалуйста. Мы друзья?
– Ну, - протянул мальчик.
– Наверное, да… Ладно. Если я узнаю твой секрет сейчас, будет неинтересно. Так что я лучше за тобой ещё понаблюдаю.
Юноша покачал головой и отвернулся.
– Тебе не идёт эта комната, - через какое-то время нарушил
– Совсем. В караван-сарае Мисбаха ты лучше смотрелся, - и, отвернувшись, вскочил, повёл плечами.
– Пойду-ка я из этого клоповника. Не хочу портить воспоминания и подхватить здесь какую-нибудь заразу.
Амин только фыркнул ему в след. Его мнением по поводу чуть не еженощных прогулок мальчишка всё равно никогда не интересовался.
И, когда дверь за Валидом закрылась, тяжело привалился-сполз по стене, закрыв глаза и зябко обняв себя за плечи. Но тут же нащупал скрытую за поясом джамбию, и даже задремав, не отпускал рукоять.
Амин просто очень хорошо понимал, что в покое не оставят.
***
С тихим шорохом, а не скрипом, как раньше, приоткрылась дверь. Пара теней, зыбких, призрачных, прокралась к сидящему у стены юноше. Тот не шевельнулся, пока одна из теней, поигрывая сверкающим в лунном свете шнурком рывком не нагнулась к нему, целясь в беззащитную шею…
Упала тень там же, под ноги юноши, превратившись в полоске света в самого обычного человека.
Амин молниеносно ударил клинком ещё пару раз, рассчитывая прорваться к двери, но оттуда шагнула ещё парочка силуэтов. А потом, словно это было мало - ещё.
Клинок звенел теперь не переставая, встречаясь с короткими саблями. Даже богатырю Манафу, окажись он один против пятерых и вооружён лишь кинжалом, пришлось бы туго. Амин, не переставая танцевать в кольце сабель, сам себе напоминал мечущегося мотылька, неожиданно угодившего на свет. И вполне серьёзно приготовился к смерти.
Дверь очередной раз приоткрылась и Амин, мельком глянув на неё, с отчаянием подумал: всё, конец, когда с порога раздался знакомый, заплетающийся и явно в доску пьяный голос, горланящий:
– Здравствуй, моя ты птичка, а помнишь, как любили мы с тобой, как время проводили…
На этом аккорде Валид всё-таки наткнулся взглядом на ничуть не смущённых вторжением убийц. И, молниеносно оценив ситуацию, забавно изогнул рот, вытянув губы трубочкой.
Бросившихся к мальчику теней хорошенько приложило о стену, нападавшие на Амина, уронив оружие, попадали на колени, закрывая уши, сам юноша чуть не оглох и, кажется, тоже каким-то чудом оказался на коленях, не выпустив, правда, джамбию.
А опомнился уже на улице, когда мальчишка тащил его за руку, и бежали они прямо по плоским крышам домов, примыкающим друг к другу так плотно, словно широкие каменные плиты набережной.
– Пригнись!
– вдруг вскрикнул Валид и сам бросился на Амина.
Над ухом свистнула стрела, потом вторая - с другой стороны. Амин в обнимку с мальчишкой кубарем докатились
И угрожающе проскрипел:
– Ну я вам сейчас устро-о-о-ою!
– Валид!
Мальчик, не слушая его, сунул пальцы в рот и оглушительно свистнул. Почти сразу же на крыши неподалёку с рычанием поползли с десяток гротескных теней.
– Гули!
– ахнул Амин, сжимаясь.
– А ты думал, - подбоченясь, фыркнул Валид, без опаски вставая в полный рост, - я с ними в игрушки играю? Пусть теперь сами побегают.
Амин перегнулся через маленький бортик, отделяющий один дом от другого.
– Ты с ума сошёл! Их же растерзают и утащат к Вадду…
– …в бездну, - довольно закончил Валид.
– А точнее, к Иблису. Что? Думаешь, надо было сначала допросить? Но мне показалось, ты с этими ребятами знаком. Ну, или хотя бы с их заказчиком.
Амин обернулся и вздрогнул - над городом раздался жуткий и очень, очень недовольный рёв.
– О, шакал проснулся, - сообщил Валид.
– Это же его гули. У-у-у, скряга, только что же вместе пили… Я сейчас. Не уходи далеко, ага?
И, сиганув с крыши, растаял в густых сумерках.
Амин судорожно схватился за джамбию, но раздавшийся снова рёв прервался алой огненной вспышкой и больше покой спящего города ничто не тревожило.
Юноша привалился спиной к куполу, по-прежнему не убирая руку с джамбии, закрыл глаза. И тут же провалился в тяжёлый, беспокойный сон.
***
Амин дрожащей от усталости и напряжения рукой потянулся к расставленным на низеньком столе чашечкам. С трудом подцепил одну, одуряюще пахнущую пряным бедуинским кофе. Обжигаясь, поднёс ко рту…
– Дай мне, - ввинтился в уши голос Валида и вожделенный напиток вырвали из мгновенно ослабевшей руки.
Амин страдающе смотрел, как по-хозяйски развалившийся на подушках мальчишка сначала принюхивается, потом делает пробный глоток.
На этом месте юноша наконец-то проснулся.
– Ты с ума сошёл!
– прошипел он, пытаясь дотянуться до мальчика.
– А если там яд? Забыл, как…
– Вот именно, - хмыкнул Валид, ставя чашку на стол и пододвигая к Амину, - и, в отличие от тебя, на меня не действует большая часть человеческих ядов.
– Скорпионьи, значит, действуют, - многозначительно промолчал юноша, вспомнив, как тащил паршивца по пустыне.
– Это была досадная случайность, - с достоинством отозвался паршивец. И кивнул на чашку.
– Пей спокойно, не бойся… А вообще, я удивляюсь: как ты без меня выжил? И как при таком раскладе додумался отправиться в такую даль? Сидел бы в своей лавке, торговал сладостями… Чего тебе неймётся?
Амин с наслаждением закрыл глаза. Горячий кофе бодрил да и сварен он был хоть и не так, как в Иляфе, но всё же вполне сносно.