Я – Грейс Келли

Грейс Патриция Келли родилась 12 ноября 1929 года в Филадельфии в семье богатого промышленника, в прошлом трехкратного олимпийского чемпиона, Джека Келли и его красавицы-супруги Маргарет (в девичестве Майер), тренировавшей женскую команду по плаванию Пенсильванского университета.

Биографы и обычные сплетники создали такое количество легенд вокруг супругов Келли и их дочери, что теперь уже нелегко бывает отделить правду от вымысла. А когда это все-таки удается, то с удивлением понимаешь, что реальная история этой семьи настолько

необычна и удивительна, что рядом с ней меркнут любые выдумки.

Впрочем, к созданию этих легенд в немалой степени приложил руку и сам Джек Келли. Не зря журналисты любят рассказывать о том, как он, десятый сын бедных ирландских эмигрантов, благодаря упорному труду и собственным талантам осуществил «американскую мечту» – много работал простым каменщиком и в конце концов стал миллионером.

С одной стороны, все это – чистая правда. С другой – откровенная ложь. Все зависит от того, как эту историю рассматривать.

Да, родители Джека Келли, Джон Генри Келли и Мэри Анна Костелло, на самом деле приехали в Америку из Ирландии в поисках лучшей доли, он в 1869 году, а она в 1867-м. И у них действительно родилось десять детей, одним из которых был Джон Брендан Келли, появившийся на свет в 1889 году и обычно именуемый просто «Джек». Но вот дальше начинаются расхождения с официальной легендой.

Несмотря на десяток детей, дед Грейс Келли вовсе не бедствовал.

Миллионером он не был, но благодаря хорошей деловой хватке и немалой доле удачи сумел сколотить небольшое состояние на торговле страховками и помог двум своим сыновьям, Патрику и Чарльзу, основать собственный строительный бизнес. Именно в их фирме и начал свою трудовую деятельность будущий промышленник Джек Келли.

Спору нет, он не был белоручкой, не родился с серебряной ложкой во рту и на самом деле сразу после школы пошел работать каменщиком-подмастерьем. Но не от безысходности, а потому что считал этот путь более подходящим для себя, чем что-либо другое, и не где-нибудь у злобных хозяев-капиталистов, а у родных братьев, которые не особо его перегружали. А два других брата, Джордж и Уолтер, потом, когда он решил отделиться и открыть собственное дело, одолжили ему на это семь тысяч долларов – немалые по тем временам деньги.

Кстати, Джордж, ставший известным драматургом, впоследствии любил посмеиваться над несколько пафосной легендой Джека о том, как он выбился из грязи в князи. Он утверждал, что мозоли, о которых так любил говорить его младший брат, были вовсе не от тяжелого труда, а от того, что он все свободное время проводил на реке, занимаясь своей обожаемой греблей.

Гребля занимала в жизни Джека одно из первых мест и повлияла на всю его жизнь и жизнь его детей.

Он вообще был отличным спортсменом. Во время Первой мировой войны служил в армии (откуда потом демобилизовался в чине лейтенанта) и был известен как не знающий поражений боксер-тяжеловес. В 1919–1920 годах он в составе Холмсбургского спортивного клуба выигрывал Филадельфийский городской чемпионат по футболу.

Но главное место в жизни

молодого Джека Келли занимала гребля. К 1920 году он был уже шестикратным чемпионом США и метил гораздо выше – его мечтой было померяться силами с самыми знаменитыми гребцами мира в Королевской регате Хенли.

Джек Келли послал заявку на участие в регате, но британские снобы ответили ему отказом, сообщив, что простонародью, занимающемуся физическим трудом, запрещено участвовать в Королевской регате. «Бриллиантовые весла» – награда, присуждаемая победителю Королевской регаты среди одиночников, так и остались для него недостижимой мечтой.

В 1920 году он решил взять реванш другим способом и отправился в Антверпен на Олимпийские игры, которые с блеском выиграл в состязании одиночников и на двойках. Семейная легенда Келли гласит, что после победы Джек упаковал свою кепку, в которой он выиграл золото, и отправил ее по почте английскому королю Георгу V с запиской: «Привет от каменщика».

Джек относился к Голливуду с подозрением и пренебрежением, хотя два его брата и сестра выбрали именно актерскую профессию.

Сестра звалась Грейс, она рано умерла, но, вероятно, в честь нее Джек и назвал свою младшую дочь. Что же касается братьев, то старший – Уолтер – был комедийным актером и сделал неплохую карьеру на сцене и в кино, пусть и несравнимую, конечно, с карьерой его блистательной племянницы. В 1919 году он уже был достаточно успешным актером, поэтому именно он одолжил Джеку пять тысяч долларов на открытие бизнеса.

Еще две тысячи дал другой брат – Джордж, который был всего на два года старше Джека и еще только-только начинал приобретать известность. Он поначалу тоже был актером, как Уолтер, а в 1923 году написал пьесу, которая имела успех и вдохновила его на дальнейшую работу. В 1926 году он был уже знаменитым драматургом, а его пьеса «Жена Крейга» получила Пулитцеровскую премию как лучшая драма года.

Вероятно, именно благодаря ему Грейс задумалась о том, чтобы стать актрисой. Он показал ей мир, где деньги можно зарабатывать не только строительством, как отец, но и словами, образами, игрой, лицедейством. К тому же именно у него она переняла речь, походку, манеры, да и весь свой сдержанно-аристократический стиль поведения. Джордж учил племянника и племянниц правильно говорить, читал им стихи и вообще был для них тем образцом джентльмена, которого рады принять в любом хорошем доме.

Джек Келли безраздельно царил в трехэтажном каменном особняке № 3901 по Генри-авеню, построенном им для своей семьи в самом престижном квартале Филадельфии Ист-Фоллз.

Ему нипочем были банковский кризис и Великая депрессия. Он не доверял банкам, поэтому почти ничего не потерял. В то время как его соседи один за другим разорялись, Джек мог позволить себе держать шофера, секретаря, повара и нескольких горничных. А когда к власти пришел Рузвельт, в партии которого у Джека было немало друзей, его дела и вовсе пошли прекрасно. Он умел нравиться людям и умел использовать связи. Но при этом даже недоброжелатели не могли обвинить его в коррупции – он разбогател на правительственных заказах, но работы его компания всегда выполняла безукоризненно. Да и в благотворительности он активно участвовал, и, будучи рьяным католиком, строил церкви по себестоимости, ничего на этом не зарабатывая.