Я досчитаю до пятидесяти...
Шрифт:
– Ты думаешь, она решила, что у меня другая женщина?
– Могла и решить. Тебе нужно было, раз уж ты так хотел Анжелу свою поздравить, не прятать эти чертовы серьги, а сразу в магазине сказать: покупаю в подарок, потому как мама меня так воспитала. Она бы и внимания на это не обратила. А то, что ты купил за ее спиной, почти тайком, это говорит не в твою пользу.
– Да мне и в голову не могло прийти, что это чертовы серьги могут разрушить мою жизнь!
– Да уж, - согласилась Зина.
– Странно, все-таки
– Что мне делать?
– Будем искать.
– Где?
– Давай-ка ты займись делами, а я позвоню в пару мест.
– Зин, какие в черту дела! У меня жена неизвестно где!
– Еще не жена, - поправила Зина.
– Найдем, есть у меня идея. Иди уже, Ромео.
Я поехал в офис. Работа не шла в голову. Полдня пытался заставить себя думать о работе, но никак не получалось. Опять сел в машину, поехал к Стаське домой, потом на ее работу. Нигде ее не было. Вечером позвонила Зина.
– Олигарх, новости неутешительные.
– Ты ее нашла? Она в порядке?
– В порядке, жива и здорова.
– Где она?!
– Сейчас неважно, тебе туда лучше не ездить.
– Зина, где моя жена?
– Черт, Глеб, ты меня слышишь? Сейчас это неважно! Важно другое: она купила билет в Куала-Лумпур на завтрашний рейс. Это тебе о чем-то говорит?
Это говорило о многом. Значит, Стаська решила, что мы должны расстаться. И даже объясниться со мной не захотела. Ну, уж нет, я хочу знать, из-за чего меня бросили. Пусть скажет мне это в лицо.
– Диктуй номер рейса, - попросил Зину.
– Пришлю сообщением, - ответила она.
– Ты там давай, действуй по обстановке. И удачи тебе!
Я заставил себя уснуть, прекрасно понимая, что мне нужны силы. С утра поехал в аэропорт. Стася летала в Куала-Лумпур со стыковкой в Стамбуле. Черт, история повторяется. Но на это раз я не дам ей улететь.
Уже объявили регистрацию на рейс. Я занял стратегическое место недалеко от стоек регистрации. Наконец в толпе мелькнула знакомая светлая макушка. Опасаясь, что она уже зарегистрировалась on-line, я прошел следом за ней. Видимо, мои опасения были не напрасны, потому что Стася миновала стойки регистрации и пошла дальше, к паспортному контролю. Багажа у нее не было, только рюкзак висел на плече. Медлить было нельзя.
– Стася!
– позвал громко.
Она остановилась и оглянулась. Увидела меня и тяжело вздохнула.
– Стася, нам нужно поговорить, - сказал я, подходя поближе.
Она как-то обреченно кивнула.
– Стася, я знаю, что ты нашла серьги. Я примерно представляю, что ты подумала и к каким выводам пришла, - я говорил медленно, тщательно подбирая слова.
– Но это не так. Это просто ничего не значащий подарок. Тебе просто нужно было разбудить меня и задать вопрос. Клянусь, я бы честно тебе все объяснил.
– Я понимаю, Глеб, - виновато глядя мне в глаза,
– Я все понимаю, не такая уж я курица безмозглая.
– Тогда в чем дело? Почему ты бежишь от меня?
– Глеб, дело не в тебе!
И бездна отчаяния в голосе.
– Стаська, родная, объясни мне. Мы все можем решить. Все-все.
– Да не знаю я, как тебе объяснить! Да, я нашла эти серьги. И да, поняла, что они для другой женщины. Не в этом дело! Я вдруг почувствовала себя как тогда, семь лет назад. Я снова была жалкой, неуверенной в себе неудачницей! Мне захотелось проверить твой телефон!
– Ты могла просто разбудить меня..
– Не могла! Я вдруг представила себе, что каждый день я буду ждать тебя и думать, где ты и чем занят. С одной стороны, я тебе верю. Но эти мысли, они сильнее меня. Я не хочу проверять твой телефон! Я не хочу принюхиваться к тебе и разглядывать твои рубашки!
– И не надо!
– Но по-другому у меня не получается. Это сильнее меня! Это просто болезнь какая-то!
– Поэтому ты сбежала?
Она кивнула.
– И бежишь дальше? Стася, - я взял ее за плечи и легонько встряхнул, - это не выход. Это черт знает, что такое.
– Я знаю, Глеб. Но по-другому не могу. Прости.
Она отстранилась от меня. Попыталась сделать шаг назад, но я не дал ей возможности, крепче сжимая руки на ее плечах.
– Пусти, - попросила она.
– Нет.
– У меня рейс.
– К черту рейс.
– Пусти!
– в голосе появились истеричные нотки.
Что мне делать? Как я могу ее отпустить? А как могу не отпустить?
– Ты хочешь быть со мной?
– задал самый важный вопрос.
– Нет, - она посмотрела мне в глаза.
– Нет?
– С тобой я ломаюсь. Я становлюсь больной.
– Все можно исправить!
– Нет! Я не хочу быть с тобой!
Она вырвалась и пошла к выходу. Я очень хотел ее остановить. Но как?
Много лет назад мы смотрели фильм "Девять с половиной недель". Когда в финале герой сказал: "Прошу тебя, вернись. Я досчитаю до пятидесяти, и ты вернешься", я спросил у Стаськи:
– Как ты думаешь, она вернется?
– Нет, - сквозь слезы ответила она.
– Неужели ты не хочешь, что бы они были вместе?
– Неужели ты не видишь, что их отношения окончены? Они исчерпали себя.
– А как же любовь?
– Любовь это еще не вся жизнь. Я понимаю, что она не вернется, но очень хочу надеяться на это.
Воспоминания об этом разговоре вихрем пронеслись в моей голове. Глядя, как Стаська подходит к окошку паспортного контроля, издыхая от бессилия что-либо изменить, я крикнул:
– Я досчитаю до пятидесяти!
Мне показалось, что она чуть замедлила шаг.