Я досчитаю до пятидесяти...
Шрифт:
– Сделай, - потребовала мама.
– Что?
– Сделай мне эту сумку!
– Ма, как я это сделаю? Я не умею.
– Заодно и научишься.
Я подумала: почему бы и нет? И взялась за сумку. Я потратила на нее неделю. Семь дней и почти семь ночей. Но я ее сделала. Идеальную сумку к вечернему платью. Я купила подходящий по цвету атлас. Я просмотрела в интернете кучу мастер-классов по изготовлению сумок. Я научилась вышивать бисером. К назначенному дню сумка была готова. Мама внимательно ее осмотрела.
– Идеально, -
И отправилась с отцом на званый вечер. Так и началась моя карьера дизайнера. Свои первые сумки я делала для матери и ее знакомых. Потом подтянулись знакомые знакомых. А затем незаметно встал вопрос о создании собственного бренда.
– Сумки от Станиславы Воронцовой звучит очень стильно, - заметила мама.
К тому времени официально я была еще Самойловой, но открывать дело под фамилией Глеба не собиралась. Представила себе всю канитель со сменой документов и пришла в ужас. Неужели мне придется лететь в Москву? Тут подключился отец. Не знаю, какими связями он тряхнул, но в течение месяца я вернула себе девичью фамилию.
И завертелось. Мне очень помогли родители. Особенно мать. Будучи известной певицей, она много путешествовала по миру, и всегда была в центре внимания. Она рекламировала мои сумки. Да что там, она просто навязывала мои сумки своим знакомым и почитателям. "Моя новая сумка от Станиславы Воронцовой. Правда, прелесть?" "Как, у вас еще нет сумки от Воронцовой?!" Свой первый настоящий заказ я получила благодаря маме. Два года я работа на перспективу. Придумывала, делала эскизы, находила материалы и изготавливала сумки. Когда желающих приобрести мои сумки стало так много, что я перестала справляться одна, пришлось нанять персонал. Потом открыла небольшой отдел по продаже в маленьком дизайнерском магазине Нью-Йорка. Следом такой же отдел появился в Париже. Обо мне стали писать в модных журналах. Меня стали приглашать на выставки. Спустя три года после моего поспешного отъезда, я вернулась в Москву, что бы открыть свой первый полноценный магазин.
Приближалась выставка. Я работала, как заведенная. Ни на что другое сил просто не оставалось. Макс улетел на натурные съемки на Алтай и ежедневно слал мне фотоотчеты, добавляя при этом, что жизнь ведет монашескую и с нетерпением ждет меня в гости. А в моей жизни появилось очень много еды и бывшего мужа. Завтраки от Глеба мне привозили домой, обеды на работу. Когда он поинтересовался, чем можно меня порадовать на ужин, я написала, что не ем после шести. Поэтому по вечерам Глеб развлекал меня сообщениями, интересовался, как прошел мой день, или описывал свой. Он втягивал меня в свою жизнь и просачивался в мою. Я понимала, что нужно прекращать это странное общение, но никак не могла найти для этого убедительной причины. Ругала себя за то, что вообще ввязалась в этот диалог. И главное, как понять, я заинтересована именно в Самойлове или мне не хватает мужского внимания?
Ситуация складывалась анекдотическая: пока любовник в командировке, бывший муж оказывает знаки внимания. Как я могла докатиться до такой нелепицы!
Глава 23. Глеб
Операция "Закорми
– Скажи, - поинтересовалась она, - Стася производит впечатление голодающей?
– Не понял.
– Самойлов, чего ты добиваешься, ежедневно поставляя женщине еду?
– Я забочусь о ней.
– Это, конечно, здорово. Но еще немного, и ты будешь ассоциироваться у нее исключительно с продуктами. Как супермаркет.
Супермаркетом быть не хотелось.
– Ты что, - продолжала допытываться Зина, - никогда не ухаживал за женщинами?
– Ухаживал, конечно.
– И как ты это делал?
– Цветы, - стал рассказывать я, - спектакль, концерт или выставка, романтический ужин, приглашение на кофе. Утром какая-нибудь безделушка от Тиффани.
– И?
– И все.
– А потом?
– Потом бывало крайне редко.
– Но ведь бывало?
– Тоже самое.
– Хорошо, - вздохнула Зина.
– И чем, по-твоему, Стася отличается от других женщин?
– Всем, - убежденно ответил я.
– Ну, если всем, то какого черта ты тогда, - начала Зина, но вовремя остановилась.
Я прекрасно понял то, что она хотела сказать и был благодарен, что не сказала.
– Пригласи ее уже куда-нибудь, Самойлов.
– Со мной она не пойдет.
– Да, - согласилась Зина, - с тобой, скорее всего не пойдет.
Мы оба синхронно вздохнули.
– Вам нужно встретиться, случайно, - предложила Зина.
– Где? Я случайно зайду к ней на работу?
– Самойлов, я слушаю тебя и удивляюсь: как тебе с таким умищем удалось заработать свои миллионы?
– Твоими молитвами, - огрызнулся я.
– Не иначе, - согласилась Зина и повесила трубку.
Идея встретиться случайно уже некоторое время вертелась в моей голове, но я никак не мог решить, где должно произойти это случайно. Стася работала целыми днями, потом ехала домой. Иногда заезжала в магазин за продуктами. В магазине ее караулить? Очень романтично, встретиться у прилавка с сырым мясом.
Зинка перезвонила буквально через пять минут.
– Скачки, - прокричала в трубку, - вы должны встретиться на скачках!
– В Аскоте?
– деловито предложил я, уже прикидывая как получить приглашения, и есть ли у Стаси британская виза.
– Чокнутый, - убежденно выдала Зина, - как есть чокнутый. Если бы могла, рассказала бы Стасе. Она бы со смеху лопнула. Скачки "Радио Монте-Карло".
– В Монте-Карло?
– уточнил я.
– В Москве, Самойлов.
– По-моему, лучше в Монте-Карло.
– Лучше. Но вряд ли вам удастся встретиться в Монте-Карло в ближайшее время. Так что скачки в Москве.
– А в Москве удастся?
– А почему нет? Нужны билеты в одну ложу. Я приведу Стаську. Там и встретимся.
Зинкина идея мне понравилась. Я, правда, ни черта не понимал в скачках и не представлял, как они выглядят, но фильм "Красотка" смотрел. Дамы в шляпках, шампанское, клубника. Если повезет, должно получится романтично.
– С меня пригласительные, - сообщил Зине, - с тебя моя жена.