Чтение онлайн

Майя замерла с телефоном в руках, скованная страхом, что ее застукают на месте преступления, и пока мама не решила предпринять еще одну попытку дозвониться до дочери, быстро напечатала: «Все хорошо. Говорить не могу. Здесь шумно».

«Хорошо. Я ложусь спать», – тут же ответила ей мама.

Майя отрешенно посмотрела на прикрытую дверь гостиной, откуда доносился ласкающий ухо шум голосов, и почему-то вспомнила, как когда-то давно, в какой-то прошлой жизни она связала своему папе шарф – обыкновенный белый шарф. Она очень старалась, чтобы папе понравился ее подарок. Путаясь и пропуская петли, Майя вязала его очень долго и бережно, выпуская один за другим белые ряды пушистого полотна.

Шарф получился длинный, неуклюжий, местами немного скукоженный и кривоватый, но такой теплый, что мог бы согреть не одно человеческое сердце холодной зимой. Папа очень обрадовался презенту, поцеловал дочь и, повязав шарф вокруг шеи, пошел на работу. Но уже прямо в подъезде снял подарок и затолкал его в портфель. Откуда папа, выходя на улицу без шарфа, мог знать, что в одном из окон их дома за ним внимательно следит пара детских глаз, которые, увидев торчащий из папиного портфеля белый вязаный шарф, вмиг перестали светиться от счастья и наполнились самыми горькими на свете слезами… Почему-то Майя была уверена, что отец Кости никогда бы не снял подарок своей дочери.

Сославшись на усталость и головную боль, София оставила свою семью за столом, пошла к себе в комнату и, упав на кровать, взяла в руки телефон и открыла мессенджер. Она набрала в поиске до боли знакомые буквы, открыла чат и посмотрела на пустой экран – ни фото контакта, ни сообщений, ничего. София была к этому готова – она делала так каждый вечер, прилагая неимоверные усилия, чтобы не написать: «Привет! Как дела?» Но вместо этого по инерции набирала одно и то же имя и молча смотрела на пустой экран, чувствуя, как сжимается от тоски и нежности ее сердце. Неожиданно под именем контакта появилась короткая фраза – «в сети», и София в ужасе отбросила телефон, словно этот человек мог увидеть, как она разглядывает несуществующую с ним переписку.

Они познакомились несколько месяцев назад. Спонтанно, случайно, нелепо. Она много думала, что бы случилось, если бы она не встретила этого человека, но каждый раз приходила к одному и тому же выводу: она не могла его не встретить – это было неизбежно.

В тот вечер они с Костей были у родителей. Это был самый обычный вечер августа, когда лето уже начало сдавать свои позиции, уступая место вкрадчиво приближающейся осени. Дни становились короче, а вечера все прохладнее и прохладнее. София валялась на диване в растянутой майке брата и лениво смотрела сериал. Мама ушла в гости к подруге, а папа, как обычно, сидел у себя в кабинете, цедил коньяк и что-то читал. Костя в тот вечер был каким-то особенно нервным и взвинченным. У него постоянно звонил телефон, он выходил на улицу, чтобы поговорить, что-то бубнил себе под нос и кому-то непрерывно писал.

– У тебя все хорошо? – не выдержала она.

Брат пожал плечами и отложил мобильный.

– Да хрен его знает…

– Это связано с твоими делами? – cпросила девушка, приподнявшись.

Костя кивнул. София знала, что брат, вот уже несколько лет работавший юристом, помогал неким людям продавать фирмы-однодневки, которые те использовали для отмывания денег. Фирмы-однодневки открывались, ничего не производили и сдавали нулевую отчетность, имея в затратах, по сути, одного бухгалтера, минимальные платежи банку за обслуживание и интерес ее брата, который брал на себя самую муторную работу – регистрацию фирмы. Костя оформлял их на кого попало – алкашей, наркоманов, тюремных заключенных и обитателей психиатрических больниц… Существовала такая фирма несколько месяцев, не больше. На запросы из милиции касательно ее деятельности никто ничего не отвечал, ну а если на счет фирмы-однодневки все-таки накладывался арест, Костю предупреждали свои люди из

банка, которые тоже были частью коррумпированной системы. Счет опустошался, фирма-однодневка оперативно закрывалась и растворялась в неизвестности.

София никогда не задумывалась, хорошо поступает ее брат или плохо, и тем более не смела давать оценку его действиям. Костя был для нее самым дорогим и близким человеком, которого она любила и принимала любым, четко понимая, что если в один прекрасный день она узнает, что брат случайно или преднамеренно убил человека, она все равно будет на его стороне, помогая закапывать труп.

– Да фирма одна засветилась. Органы уже под нее копать начали. Не знаю, по какой причине… Меня уже вызывали в мусарню, спрашивали про нее: кто директор, чем занимаются, какие сделки…

София напряглась и села, уставившись на брата испуганными глазами.

– Не переживай, я чист, – успокоил ее брат. – Вообще, очень странно, что меня вызвали. Их интересует другой человек. Меня попросили дать показания, что он выступает от лица директора, и обещали в таком случае оставить в покое… Но у них на меня ничего нет, а что-то нарыть еще нужно постараться. Я тут сделал пару звонков и выяснил, что они не только мне это предлагали. Такое ощущение, что на этого человека хотят повесить фирму, которой пользуется весь город.

– Ты знаком с этим человеком?

– Можно сказать, что нет, но он мне нравится. По крайней мере, то, что я про него знаю. Он какой-то настоящий, честный, несмотря на свою нечестность, если ты понимаешь, о чем я, – усмехнулся Костя.

– И ты хочешь его как-то предупредить? – догадалась девушка.

– Да, – кивнул он ей в ответ. – Вот думаю сейчас доехать до этого человека и рассказать ему про мутную тему, которая вокруг него происходит, если он, конечно, станет меня слушать… Поедешь со мной?

– Я?! Куда?

– Мне сказали, что он сейчас с друзьями за городом отдыхает. Можно попробовать доехать и поговорить.

– А я тебе там зачем?

– За компанию, – Костя стушевался.

София знала брата как облупленного и понимала, что тот просто боится ляпнуть что-то не то перед серьезными мужиками и по-детски трусит, что его пошлют и даже на порог дома не пустят.

– Ты уверена, что я тебе там нужна? – переспросила она.

Брат кивнул.

– Тебе это будет полезно? – уточнила София.

– Да, думаю, да. Ну и как-то по совести я поступлю. Мне кажется, так правильно. Вместе же все работаем. А в ОБЭПе те еще…

– А далеко ехать?

– В соседний поселок.

– Окей, – вздохнула София и встала. Усмехнулась, вспомнив, что за их недолгую жизнь куда только по просьбе брата не ездила.

София надела домашнее трико, натянула поверх растянутой майки брата толстовку и, сунув ноги в сланцы, пошла к машине.

Они быстро долетели до места по темной и пустынной дороге. София никогда раньше не была в этом поселке. Домов здесь было практически не видно за высокими кирпичными заборами, увешанными камерами и антеннами. Около некоторых коттеджей даже стояли будки с охраной.

Костя присвистнул.

– Да, сестренка, это даже близко не похоже на дом наших предков.

София с любопытством разглядывала окрестности. Здесь и вправду жили очень богатые люди.

– Приехали, – наконец-то сказал Костя, когда они уткнулись передним бампером машины в высокие металлические ворота. – Я постараюсь быстро.

Девушка кивнула. Она видела, что Костя волнуется, поэтому не стала ворчать и, устроившись на сиденье поудобнее, приготовилась ждать.

Неожиданно ворота распахнулись и из них вышел мужчина лет сорока пяти. Улыбаясь, он подошел к пассажирскому сиденью и постучал в окно. София робко опустила стекло.