Чтение онлайн

На встречу вниз бежит Михаил Кувшинников. Интересуюсь у него, долго ли еще. Он хохочет и отвечает, что за тем поворотом, откуда только что спустился он и начинается вся самая жесть. Я не понимаю о чем он, но… вот к повороту подхожу и я…

Тут же натыкаюсь на небольшое скопление людей, несколько лезут вверх, но основная масса уже спускается вниз. Я смотрю вверх, на подъем и мне впервые в жизни становится страшно.

Я была во многих не очень безопасных местах и ни разу в жизни даже не подумала об опасности. Мне всегда было плевать. Но, черт побери, как забраться на этот подъем? Это же невозможно!

Слышу, как кто-то советует не бросать палки.

Ладно. пытаюсь карабкаться с ними, но уже спустя 10 метров понимаю, что для этого нужно дополнительно еще руки 4 как минимум, но у меня их всего две. Очень вовремя вниз идет Магжан, которому я отдаю ильясовские палки и прошу, чтобы оставил их внизу. Далее передвигаюсь так. Сзади все так же движется Ербол.

Я двумя руками, а к тому моменту они уже напрочь забились, держусь за веревку и иду ногами вверх. Тут этот мсье тоже хватается за ни к чему не прикрепленную веревку и тянет ее на себя. Я падаю в сторону и оказываюсь перевернутой на спине, как черепаха, а сверху через меня проходит туго натянутая веревка. Из-за скользкости жилетки тут же лечу вниз половину расстояния, что прошла с таким трудом. Еле как ориентируюсь, что надо ухватиться за веревку сильнее, чтобы остановится. Получается. Лежу в шоке, все так же на спине и не могу отдышаться от страха. Резко разворачиваюсь, чтобы упереться ногами и не катиться вниз. Еле-еле проползаю так две веревки. Осталась последняя, третья, но она и оказалась самой тяжелой. Изрядно попотев и оставив все накопленные силы на первых двух веревках, к третьей у меня практически ничего не осталось. Идти трудно, так тут еще вниз едущие портят ступени. Холодные мощные порывы ветра колышут меня и веревку, но я все равно ползу и ползу, хотя в какой-то момент думаю, что все же не дойду. Уж слишком обескуражили меня эти кулуары – ад на земле. Снега по колено, наклон слишком сильный. Итог один – каждый шаг вперед превращается в два назад. Я начинаю неистово, со всей дури карабкаться вперед от злости. Но теряю последние силы и падаю… Причем лицом в снег, насколько я помню и окунаюсь в какой-то полусон. Толком не знаю, сколько времени я пролежала подобным образом, но пошевелиться я не могла, ибо не чувствовала тела. Ноги и руки не отвечали на запросы мозга сделать хоть какое-нибудь движение. А в голове одно "Ну все. Конец. Вот он каков!". Лежала я так до момента, пока не услышала позади себя шум, как из рации. Резко подорвавшись, увидела Юлию Аргунову, которая упорно шла вперед твердыми шагами. Вот обидно то как! Если бы не эта слабина, я была бы впереди нее. Из последних сил я поднимаюсь из свой снежной могилы и огромными шагами, делая мощные рывки иду следом. Тем не менее к финишу она каким-то образом пришла аж на три минуты раньше. На самом финише долго не могла понять куда дотронуться рукой, т.к. на мои вопросы мне никто не дал ответа. Но в итоге я таки ударила двумя руками по рюкзаку (который к тому моменту был уже почти весь закопан в снегу и вовсе не похож на рюкзак) – финишировала.

Вскарабкавшись на последний камень, к девушке записывающей время, я сбивчиво продиктовала ей свое имя и фамилию и… все. Мозг пронзило вопросом "А назад я как пойду!?". От взгляда вниз начинает ехать крыша. В какой-то момент я подумала, что останусь там.

Достав руку из перчатки, я начала снимать этот счастливый момент, ведь счастье все-таки накатило – я дошла!

Мое видео длилось секунд 30 от силы. Но уже под конец я поняла, что моей руке, державшей телефон пришел конец. Быстро запихнув телефон в карман я стала кричать и стонать. Руку свело невыносимой болью. Казалось, ее выкручивает наизнанку. Спасатели, которые стояли там который час, а некоторые и ночь, начали тереть ее, а в итоге засунули ее в две перчатки и заставили трясти ею. С горем пополам, постанывая, и едва ли сдерживая слезы и размяла руку до момента, когда она хотя бы перестала болеть так сильно.

Съев конфетку и отдав перчатки хозяевам, я помахала левой, здоровой рукой и покатилась вниз. К моменту, пока маялась с рукой к финишу подполз Дамир и суета началась вокруг него. На подъеме ему стало плохо и он едва ли дышал. Но тем не менее, наверное, чтобы не было так страшно, вниз он пошел следом за мной. Из-за нехватки сил он видимо, не мог держаться и постоянно катился вниз. Было очень страшно, когда он очередной раз останавливался в паре десятков сантиметров от меня. Поэтому я предложила идти по

очереди. Назад всегда быстрее, поэтому через пару минут чертовы кулуары кончились, а я поклялась себе больше никогда туда не возвращаться. По крайней мере до следующих соревнований.

Уф.

6 февраля 2016 года

Анонсировался Тун Ран чуть ли не за пару месяцев до. Все поддержали эту идею, т.к. впервые проведенный летний ночной забег на Мынжылках многих восхитил. Да. Помнится, было действительно в новинку рассекать в ночи на скорость сначала вверх, потом вниз, и все это с огромным риском для здоровья, а то и жизни… Хотя, наверное, не стоит раздувать из этого трагедию. Ну так вот…

К брифингу мы с Алишером запаздывали. Да и плевать хотели на брифинг, мы едва ли успели к старту! Подъехали с Артемом Якуповым (который по доброте душевной подвез нас до места) к старту (конец асфальта, выше Чимбулака) уже в потемках, в 18:45, когда все поголовно были с фонарями во лбу. Усилием воли заставив себя снять куртку и остаться только в свитере и терморубахе, я покинула машину и тоже судорожно начала готовиться к старту. В суете даже не увидела многих наших, да в общем-то и двинулась я с места тоже в суете, но не без адреналина и восторга, который обычно так и прет. Исключением не стал и этот раз.

По сути, моей целью было не уступить Алишеру. Я и не надеялась обогнать. Цель была – держать планку всю дорогу, что у меня получалось только первые три км подъема. На последнем из поворотов меня выбило из колеи резкой тошнотой и болью в области желудка. – Херня, пройдет! – думала я и не позволяла себе останавливаться, хотя мой темп значительно замедлился, и я потеряла своих, в том числе и Алишера, из виду. Да и потерять-то было не сложно: вокруг – тьма. Все, что я видела, это горы, которые представали черной материей на фоне потрясающего ночного неба, и потоптанный снег в ближайших двух метрах перед собой. Благо, на Мынжылках я была и не раз, отчего знаю местность, и ноги стремительно шагали в нужном направлении. Начал дуть сильный, и что самое худшее, встречный, ветер. Но что поделать, он там всегда, в любое время года, в любое время суток. Ночь шестого февраля не стала исключением. Окей. Плевать на то, что одежда уже изрядно пропиталась пОтом, да и вообще, что ее не так уж и много на мне, и что тело коченеет несмотря на то, что я нахожусь в движении. Я пру дальше. Как могу, но хотя бы без остановок.

По дороге до точки разворота меня, по сути, никто и не обгонял. Разве что напряженная борьба шла с двумя женщинами помимо меня, идущими вровень. Я то уступала им, то оставляла их позади. Ближе к беседке начала пристально всматриваться в лица бегущих навстречу, вниз. А вот и Алиш. Бежит вниз, не замечая меня. Выжимаю из себя последние соки и тащусь шатким бегом до шлагбаума, где Чингиз и Юля нервно записывают имена вновь прибывших. Я кричу несколько раз "НОЛЬ ШЕСТЬ!" и уношусь вниз. Ну все. Сейчас я всех обгоню, ибо спуск – это мое.

Ах, да. Тут же спотыкаюсь о палку. Эта стерва улетает вперед, и я чуть ли не качусь вниз. Но нет, удержалась на ногах, подхватила палку и продолжила как ни в чем не бывало. Подобный инцидент, к слову, случился по дороге вниз еще пару раз. Треклятые палки – такие полезные и такие бесящие одновременно!

Но не будем о плохом. Тут же обгоняю тех двух соперниц, которые таки преуспели на подъеме, но не на спуске, как оказалось. Оставляю позади еще пару человек. Отлично. Может быть, и Алишер еще не так далеко и удастся нагнать и его. Лечу вниз и мне хорошо, тем лучше, когда обгоняю какого-нибудь аккуратно мельтешащего бегунчика. Что поделать, кому-то инстинкт самосохранения присущ, а кто-то – Я! Хотя, моментами, и мне приходилось притормаживать. Наклон был слишком крут, а скорость достигала предела. В повороты еле-еле успевала входить. Обогнала некоторых людей и там.

Все. Мынжылки, как таковые, кончились. Началась накатанная машинами и людскими задницами дорога, на которой упасть, распластавшись в два метра, ничего не стоит. Уверена, на этом моменте упало процентов сорок всех участников. Исключением не стала и я. Повезло, что не расшибла ничего. Просто ноги улетели чуть в бок, и я легла в позу, как в модных журналах. Стыдно стало лишь от того, что неподалеку стоял человек и хихикнул увидев это. Это поддало пинка под мой зад, и я побежала пуще прежнего.