Warlock
Шрифт:
– Ну что, будем прощаться?
Бин с мокрыми глазами вынесла из кабинета лорда одну шкатулку, и волшебник что-то вынул из неё.
– Стелла - ты у меня первая ученица. И… не знаю, свидимся ли мы в ближайшее время снова - разве что по шару. Возьми от меня этот подарок.
И на ладони его в луче утреннего солнца густо сыпанул фиолетовыми искрами перстень с турмалином.
Уже когда отряд пеших гномьих воинов, окруживших маленького пони с волшебницей, стал втягиваться в улицу, Стелла вскинула вверх руку - и в ясное небо взлетела одинокая, но яркая звёздочка.
До
Осенний вечер выдался хоть и хмурым, но без дождя. Волшебник сидел прямо на ступенях крыльца и слушал доклад Иллена и старосты. Рыжий хоббит по своей неуёмности провёл учёт и перепись населения, и теперь они вдвоём докладывали лорду о результатах.
– Всё верно, ваша светлость - мужиков почти вдвое меньше, чем баб. После войны с эльфами да орками никак деревня не оправится, - смущённо, словно он сам был виноват, произнёс староста.
– Да, мастер - ходят девки, мычат, словно коровы недоеные, а деться некуда, - Иллен вздохнул и сложил свои бумаги.
Сидящая рядом Шувзи покачала головой и закрыла справочник по лекарственным травам.
– Да, война… там и мой единственный, Ревик, сгинул под стрелами остроухих…
Волшебник посмотрел на неё.
– Так вот почему ты так не жалуешь Перворождённых. Не знал…
Женщина вместо ответа вздохнула, покосилась на сидящую с бесстрастным лицом Невенор. А Бин, закутанная в пушистую, козьего пуха накидку, что ей связала Стелла, и похожая на очаровательного цыплёнка, покивала головой.
– Ладно, пошли в дом, что ли? Темнеет уж.
Отпустив старосту и Иллена, волшебник зашёл в дом, ласково распахнувший свои тёплые объятия. И даже не огрызнулся на привычное ворчание Харзи.
– Ноги вытирайте, лорд, и переобуйтесь! На улице грязища - а я целыми днями драю тут всё…
В библиотеке Шувзи поставила на место книгу, прошлась вдоль полки, скользя пальцем по корешкам. Томов здесь изрядно прибавилось - после того, как Локси добавил кое-что для себя, Бин и самой целительницы.
– Так что за остроухими должок, и изрядный.
– Не нравится мне этот разговор, - чуть резче, чем следовало бы, отозвалась эльфийка.
Бин скинула шлёпанцы, нахально забралась с ногами в мягкое кресло мастера, и как бы между прочим заметила.
– Вот пусть и вернут должок. Какие проблемы?
Волшебник ухмыльнулся - уж очень недвусмысленно его подталкивали к ситуации "сначала всё-таки тёщу" - прямо как в сборнике старинных новелл, что… ах, книга даже стоит не на своём месте. А если ещё учесть изрядную примесь эльфийской крови в себе, то должок и впрямь вернуть можно.
– А вот не угадали вы. Хоть я и несмышлёныш, но голова соображает не хуже, чем хитрые ваши женские мозги.
Затем качнул колокольчик, и в библиотеку влетела Стелла, глядя на мастера преданным взором.
– Малышка, гости уже почти на пороге. У тебя всё готово?
Та без лишних слов (о Чудо!) отвесила утвердительный книксен и тотчас утопотала куда-то вниз. Похоже, неустанная борьба хозяина дома с её излишней словоохотливостью или по крайней мере с разнесением её за пределы кухни - начала приносить успех.
А
– Бин, Невенор - вас здесь уже нет. И гости вас даже не должны увидеть.
Это оказались четверо эльфов со спокойными, даже надменными лицами, и с ними мастер Нобик - с весьма усталым видом.
– Сегодня тяжёлый день был. На празднике урожая перепился народ - и мне, как целителю, пришлось поработать преизрядно, - объяснил он.
Локси, поприветствовав вошедших, шепнул волшебнику, что парилка готова, а затем вызвал Ланси и поручил мастера-целителя заботам зардевшейся служанки. Потом, повернувшись к стоящим с бесстрастными лицами эльфам и заливисто тенькнул весёлой птичкой. Один из перворождённых оказался волшебником - его ответное теньканье было почти столь же весенним и задорным. А Шувзи, уже усвоившая чудные способы общения магов, скромно динькнула, недвусмысленно заявив о своём присутствии и способностях.
Ничуть не переменившись в лице, эльфийский маг повернулся к ней.
– Моё особое почтение обладающей даром исцеления, - и уважительно поклонился.
А его появившаяся на губах искренняя улыбка - ведь остроухие питают особое уважение к обладающим Магией Жизни - свидетельствовала о его радости.
– Я мастер Элидорн из клана Поющего Ветра, магия леса и жизни. Мы прибыли на ваш зов, мастер Локси. Что вы хотели?
Локси и Шувзи тоже представились, отдав дань формальностям. А затем волшебник, пройдясь по пушистому ковру, знаком показал - сейчас, я только подберу слова. Затем, выбрав нужные, он решительно встряхнул головой и посмотрел в бесстрастное лицо перворождённого.
– Я хочу дать вам шанс. Шанс укрепить ваше обоюдное доверие с подгорным народом. Лично ваше, мастер Элидорн, доверие. И вывести его на просто недосягаемую высоту. А если вы правильно себя поведёте - то со временем и доверие всего племени перворождённых. Завтра я отправляюсь в Рудные Горы и у меня будет встреча с магами гномов. И, если мы с вами столкуемся, я могу взять вас с собой и замолвить там словечко - есть у меня среди бородатых очень, очень хорошие и влиятельные знакомства.
Эльф даже не счёл нужным скрывать своё удивление на точёном лице. Коль скоро этот хуманс запросто общается с самой тщательно оберегаемой ценностью подгорного народа - с их волшебниками… Шувзи почувствовала себя лишней при таком разговоре и собралась было тихонько улизнуть, но Локси показал ей кулак - и та осталась. Наконец, остроухий поднял лицо со слишком правильными и красивыми чертами, и поинтересовался.
– Два вопроса. Отчего вы выбрали именно меня? И о чём вы хотели столковаться - я ясно понял ваше стремление к ответной услуге.
Ага - клюнул! Всё-таки эти остроухие не такие уж и стервецы, если этот Элидорн так уцепился за возможность улучшить пошатнувшиеся было отношения эльфов с народом гномов. Локси улыбнулся, представив, как он сейчас этих гордецов…
– Мы с вами, Элидорн, крепко рисковали задницами там, под Стеной - вы были во внешнем круге. Я выбрал вас, и будет так. Кроме того, из уважения к вашей матери.