Взгляды
Шрифт:
«Пока у матери есть деньги, он без средств не остается. Определить по письмам, сколько и когда они посылали, нет возможности… О деньгах упоминается в письме от 1-го июня 1901 года. Это благодарность брату Дмитрию за перевод 35 рублей, вырученных, должно быть «за продажу моего ружья». В другом письме благодарность матери за присланные ему 36 рублей».
И хотя в письмах к Ленину родных о высылке ему денег больше не упоминается, Валентинов почему-то сомневается в верности этого и высказывает предположение, что не все письма
Рассуждения Н. Валентинова относительно более свободного отношения Ленина к деньгам в эмиграции не основательны. Излишества он увидел в расходах на путешествия по курортам, во время отпуска.
Но путешествия вызывали дополнительные расходы только на транспорт, так как отдыхали Ленин и Крупская, как правило, «в глухих местах», где питание и квартира были значительно дешевле, чем в городе. Дальше о жизни Ленина и Крупской в эмиграции в 1906-1907-м годах Валентинов писал:
«Деньги у него есть сверх того, что он считает своим жизненным уровнем».
А каков его жизненный уровень? Продукты дешевые, одевался он не особенно. Потертый пиджак, потертое пальто. И дальше:
«Ленин в Петербурге имел вид несколько отличный от Ленина женевского. Он носил лучший, но не намного, костюм, лучшее, но тоже не намного пальто. Его часто можно было видеть в ресторане «Вена», где он встречался с жившей ради конспирации отдельно от него Крупской».
О ресторане упомянуто с намерением подчеркнуть некоторые излишества в расходах, так как дальше Валентинов пишет:
«Подобных привычек у расчетливого (подчеркнуто мной) «Ильича» до сих пор не было (подчеркнуто Валентиновым). Жизнь Ленина в 1906–1907 годах некоторыми своими чертами была как бы своего рода предвосхищением будущей жизни в Кремле, в качестве правителя России».
Что это значит, как это понять? Очевидно, как намек на некоторое излишество, так как дальше мы читаем:
«Но, следует это отметить, что и в том и в другом случае, в отличие от всех появившихся после Ленина диктаторов, у него никогда не было жажды излишеств».
И всего делов то, что несколько посещений ресторана, которые не обязательно были связано с большими расходами.
В заключение о личности В. И. Ленина, оценивая его, мне кажется очень важным то, что окружающие его люди — его товарищи по работе, все те — очень многочисленные — люди, с которыми он общался, все, кто хорошо и близко знали его, — не только испытывали к нему глубокое уважение, но и любили его. Его не боялись, а любили! Это очень многое говорит о нем как о человеке.
И этого не понимает Солженицын (авт.)
Разве не об этом пишет Г. Багланов (см. выше)?
А как примитивно и тенденциозно А. И. Солженицын изображает причину восстания офицеров против советской власти, в том числе, очевидно, и восстание чехословацкого корпуса, как начального этапа восстания белых. «Им, — пишет он, — не понравились порядки, когда срывали
Здесь необходимы серьезные исследования о разных аспектах влияния на эти процессы Октябрьской революции.
Так чем Солженицын отличается от Сталина? «Повторить его прием», это значит установить такой же режим насилия, только против других людей. Это мы уже знали на примере белофиннов против социалистов. Стоило писать «Архипелаг Гулаг», чтобы закончить свою книгу предложением о новом массовом терроре. А как же с гуманизмом, христианской моралью и т. д.?
Не вследствие национальной политики, а по простому большинству в структуре населения.
«Теперь» потому, что, как поняла патриотически настроенная русская интеллигенция, только советская власть вела борьбу за свободную и независимую Россию.
«Новая Россия» — журнал сменовеховского толка, издавался в 1922-1926-х годах под редакцией Лежнева. Первые два номера вышли в Петрограде в марте и июне 1922 года. В дальнейшем с августа 1922 г. журнал выходил в Москве под названием «Россия» (см. ПСС Ленина том 54, стр. 648, примечание № 428).
«Экономист» издавался в Петрограде с декабря 1921 года. В июне 1922 года журнал был закрыт (см. ПСС Ленина том 54, стр. 649, примечание № 430).
Послесловие
В своих «Воспоминаниях» я (как один из современников и участников событий, произошедших после 1922 года в большевистской партии после болезни и смерти Ленина) рассказал, как удалось случайно оказавшейся у власти политической группировке Сталина захватить руководство в большевистской партии и какими методами Сталин осуществил победу над всеми своими идейными противниками, бывшими с Лениным и с ним в руководящей головке партии.
Там же я последовательно изложил, как в этот период времени сложилась моя личная и политическая жизнь.
Во второй книге — «Взгляды. История эволюции советского строя после смерти В. И. Ленина» — я сделал попытку исследовать:
историю борьбы Сталина за его самоутверждение как «преобразователя России»;
организационные и политические маневры, использованные им в борьбе против бывшей большевистской партии, социалистической страны и революционных кадров;
развитие его идеологии в противовес идеологии большевизма, под знаменами которого была осуществлена Октябрьская революция.
У читателя моей книги может создаться впечатление, что я и сегодня ни о чем другом не мечтаю, как о восстановлении того режима, который был при Ленине. Могу сказать без колебаний, что это не так. Ни в своих воспоминаниях, ни в описании эволюции советского общества я не думал обожествлять ленинские идеи и принципы.