Чтение онлайн

Они покинули школьный офис и вышли к машине, припаркованной на бульваре. Она обогнула машину и села за руль, а Скотт забрался на пассажирское сиденье и хлопнул дверцей. Попытавшись вставить ключ зажигания, она только сейчас поняла, как сильно дрожит.

— Почему ты за меня заступилась?

— Потому что считаю, что ты наказан несправедливо.

Он поджал губы.

— Ты веришь, что не я начал?

— Ты же не врешь. — Она взглянула на его возбужденное лицо с грязными разводами на щеках. — Ты упрям, самоуверен и эгоистичен,

но ты честен.

— Боже, тетя Келли. Можешь не щадить мои чувства. Говори прямо. — В первый раз он ей улыбнулся.

— Ты думаешь, что сможешь сегодня вечером играть в хоккей?

Он кивнул и расправил плечи:

— Я смогу. У хоккейных игроков всегда такой вид.

Она еще раз посмотрела на разбитое лицо Скотта. В ее мечтах о семье не было распухших губ и подбитых глаз. И сейчас вполне вероятно, что Ник захочет узнать, почему его сын выглядит так, будто провел десять раундов с Мохаммедом Али.

И она не испытывала удовольствия от перспективы объясняться с ним на эту тему.

Ник перекинул парку через плечо и поспешил на каток в надежде, что не слишком опоздал. Сталь металлического турникета обожгла холодом его руку. Черный резиновый мат, покрывавший цементный пол, заглушал шаги.

Он прошел дальше по широкой дорожке и распахнул стеклянную дверь. Прямо перед ним раскинулось ледовое поле. Холод стоял стеной, а воздух все равно был душным и затхлым.

Ник повернул направо, к деревянным скамьям. Келли, съежившись, сидела во втором ряду сверху. Бело-голубой плед был обернут вокруг ее ног. Он знал, из-за холода в зале эти игры были сущим наказанием для нее. Она плохо переносила холод, но все-таки отказалась остаться дома и пропустить игру Скотта.

Тем не менее он был удивлен, обнаружив ее здесь. Он привык смотреть эти игры в одиночестве или в тесной компании других родителей. Одному было привычнее. Он не ожидал, что ему доставит такое удовольствие увидеть ее голубое пальто, выделявшееся на фоне однообразных коричневых скамеек. Она была как долгожданный маяк в штормовую ночь. Ее ярко-рыжие волосы разожгли в нем пламя. Он заставил себя не поддаваться этому огню и ее очарованию.

Электронное табло показывало, что до конца третьего периода осталось десять минут и тридцать секунд. Черт. Он хотел посмотреть всю игру. Но по крайней мере команда Скотта выигрывала со счетом 4:1.

Он поднялся по лестнице, перешагивая через две ступеньки, и сел возле Келли.

— Привет. Как ты, еще чувствуешь свои ноги?

Она покачала головой.

— Уже с середины второго периода, — ее лицо озарилось улыбкой, — Скотт забросил две шайбы.

— Отлично. Готов поспорить, он уже мечтает о шапочном трюке.

Ее тонкие каштановые брови в задумчивости сошлись на переносице.

— Это что, какой-то ритуал, связанный с их касками?

Он

засмеялся:

— Шапочный трюк — это когда игрок забивает три шайбы в одной игре.

— О-о.

Он потер затылок:

— Жалко, что опоздал. Дело по поводу страховки оказалось довольно запутанным, а свидетельские показания заняли больше времени, чем я предполагал. Мне чуть было не пришлось ехать в Бостон, чтобы завершить это дело.

— Я пыталась дозвониться до тебя сегодня утром. Кое-что произошло.

Жестом он прервал ее, следя, как один из игроков команды Скотта прорвался к сетке и размахнулся клюшкой. Шайба отскочила от штанги, и ее подобрал один из игроков команды противника.

— Извини. Что ты хотела сказать?

— Расскажу позже. Сейчас неподходящее время.

Небольшая группа болельщиков затопала ногами в завопила на пределе возможностей своих легких, заглушив ее слова.

— А? Что?

Она повернулась к нему и приблизила рот к его уху.

— Позже!

Он кивнул, но ощущение ее мягкого дыхания на шее немедленно послужило сигналом для другой части его тела. Он хотел ее. Он боролся с этим неутихающим желанием с той самой ночи. Тогда они погрузились в легкую дремоту, и он проснулся с чувством радости от того, что она рядом.

Его желание стало только сильнее с тех пор. И он не мог забыть те ощущения, что испытывал, когда он сжимал ее в своих объятиях, мягкую и возбужденную. Ее страсть была для него сюрпризом — приятным, но неожиданным. После холодности Мери-Элизабет он никак не ожидал, что Келли разожжет в нем такой пыл.

Он посмотрел на нее. Ее сияющие волосы перелетали с одной щеки на другую, когда она крутила головой, пытаясь уследить за игрой.

— Судьи решили не останавливать отсчет времени, чтобы побыстрее закруглить игру.

— Но почему?

— Наверное, игра слишком затянулась. Если результат матча ясен, они не останавливают часы.

Она встала:

— Чем скорее я выйду отсюда, тем скорее снова почувствую свои ноги.

На улице стояла звездная октябрьская ночь, ясная и свежая. Было не намного теплее, чем возле ледового поля. Холодный ветер бросил волосы Келли ей в лицо, и она, дрожа от холода, съежилась возле кирпичной стены. Ник встал впереди, стараясь загородить ее от ветра.

— Почему бы тебе не отправиться домой? Я подожду, пока Скотт снимет свои доспехи, и отвезу его на своей машине.

— А ты не обидишься, если я тебя брошу?

Он покачал головой.

— У калифорнийцев жидкая кровь.

— Я слишком замерзла, чтобы защищать честь своего штата. Но берегись, Де Корс, вот согреюсь... — У нее застучали зубы от холода.

Он развернул ее и мягко подтолкнул в направлении стоянки:

— Иди.

Он смотрел, как она пересекает площадку и садится в машину. Он провожал глазами красные сигнальные огни, пока они не скрылись из виду. Вдруг его охватил холод, и он быстро натянул свою парку.