Выигрыш
Шрифт:
– Вот это мне подходит, – сказала Кэри, и она была права.
За столами сидели постоянные посетители со своими таблицами, графиками и карандашами, которыми они помечали каждый номер, на который выпадал выигрыш.
Некоторые из них походили на курильщиков опиума. Я обратил внимание на маленькую смуглую старую леди в соломенной шляпке, украшенной лет сто назад маргаритками. Ее левая рука лежала на краю стола, будто ручка зонтика, а в правой она держала фишку стоимостью в сто франков. Когда игральный шарик перекрутился четыре
– Вот это благоразумный человек, – отметил я.
Когда мы проходили через бар, то увидели его у стойки с бокалом пива и сандвичем в руках.
– Вероятно, празднует свой выигрыш в три сотни франков, – сказал я.
– Не придирайся к нему, взгляни на него внимательнее. По-моему, он ест сегодня впервые.
Мне до смерти хотелось ее, и я внезапно вскипел по-глупому, потому что при других обстоятельствах она никогда бы не взглянула на него дважды. Вероятно, это было предвестием нашей будущей совместной жизни. Я сказал:
– Ты бы не обозвала меня придирой, если бы он не был таким молодым и красивым.
– Милый, – удивленно заметила она, – я только… – И тут она твердо сжала губы. – Ты действительно ведешь себя теперь как мелкий придира, – отметила она. – Пусть меня черти возьмут в ад, если я первая попрошу у тебя прощения.
Она специально остановилась и уставилась на молодого человека, пока тот не поднял свое романтическое голодное лицо и не взглянул на нее.
– Да, – отметила она, – он молод и привлекателен.
И твердой походкой вышла из казино. Я поплелся следом за ней, кляня себя на чем свет стоит за свою несдержанность.
– Потянул же меня черт за язык… – шептал я про себя.
Теперь-то я знал, как мы проведем эту ночь.
В глухом молчании мы поднялись в лифте, прошли по коридору и очутились у себя в номере, в гостиной.
– Ты можешь занять большую комнату, – предложила она.
– Нет, она для тебя.
– Мне вполне достаточно маленькой. Мне не нравятся большие комнаты.
– В таком случае я должен перенести твои вещи, потому что их уже внесли в большую комнату.
– Ну, ладно, пусть остается так, как есть, – отрезала она, вошла в большую комнату и закрыла дверь, даже не пожелав мне спокойной ночи.
Во мне начала закипать злость и на нее, и на себя.
– Неплохая первая брачная ночка, – сказал я вслух, пнув ногой чемодан. Но тут же вспомнил, что мы еще не поженились, и все, что произошло, показалось мне нелепым.
Я надел пижаму и вышел на балкон. Фасад казино был залит светом: здание походило на дворец какого-нибудь балканского вельможи. На краю его зеленой крыши высилась какая-то нелепая, безобразная скульптурная группа. В сверкающем свете все это бросалось в глаза… В небо над возвышенностью Монако
– Фейерверк, милый, – раздался голос Кэри, которая тоже вышла на балкон полюбоваться разноцветием огней.
Нас разделял балкон гостиной.
– Фейерверк, – повторила она. – В честь нашего счастья. Ну, разве нам не повезло?
Таким образом я узнал, что между нами снова воцарились мир и согласие.
– Кэри, – сказал я (нам приходилось почти кричать, чтобы услышать друг друга), – прости меня, пожалуйста…
– Как ты думаешь, будет ли «огненное колесо»?
– Возможно, будет.
– Ты видишь огни в гавани?
– Да.
– Ты думаешь, яхта мистера Друтера уже прибыла?
– По-моему, он появится завтра утром в самый последний момент.
– А мы сможем обручиться без него? Он ведь наш свидетель. Может, у него на яхте сломался двигатель или корабль попал в шторм, – да мало ли что могло случиться в открытом море.
– Думаю, мы прекрасно обойдемся и без него.
– Ты уверен, что все образуется, правда?
– Конечно. Мисс Булен все предусмотрела. Завтра в четыре часа.
– Я уже охрипла от крика, а ты, милый? Перейди на другой балкон.
Через гостиную я перешел на другой балкон. Она продолжила:
– Вероятно, завтра мы будем завтракать все вместе: ты, я и твой Гом.
– Если он успеет на завтрак…
– Вот была бы потеха, если бы он не успел, если бы он немного опоздал… Мне очень нравится этот отель.
– Думаю, что у нас хватит денег дня на два, не больше.
– Забудь про все эти ужасные счета. Не обращай на них внимания, – сказала она, потом добавила: – Но все-таки это не так весело, как жить в грехе. Интересно, у того молодого человека, видимо, много долгов?
– Мне хочется, чтобы ты забыла о нем.
– О, мне он абсолютно безразличен, милый. Мне не нравятся молодые ребята, – она задумалась. – По-моему, я склонна относиться к тебе, как к отцу.
– Черт побери, Кэри, – обиделся я. – Не такой уж я и старик!
– Нет, ты старый, – настаивала она. – Половая зрелость начинается в четырнадцатилетнем возрасте.
– В таком случае через пятнадцать лет после этой ночи ты можешь стать бабушкой.
– После сегодняшней ночи? – нервно переспросила она и сразу же смолкла.
Еще один фейерверк взорвался в небе.
– Вот оно, твое «огненное колесо», – сказал я.
Она подняла голову и безразлично посмотрела на огни фейерверка.
– О чем ты теперь думаешь, Кэри?
– Странно, – заметила она. – С этого времени мы собираемся жить вместе многие годы. Милый, как ты думаешь, у нас хватит с тобой тем для разговоров?
– Мы ведь с тобой будем не только беседовать.
– Милый, я говорю серьезно. Есть ли между нами нечто общее? Я совершенно ничего не понимаю в математике. Я не понимаю поэзии, которой ты восхищаешься.