Чтение онлайн

–  Она с дороги или из Утики ни с кем не связывалась, телефон, телеграмма?

Найт чуть пожал плечами.

–  Это нам неизвестно, а проверять почту и телеграф мы пока не стали, избегая огласки. Но, возможно, это и не понадобится.

Найт извлёк и показал всем небольшой конверт.

–  Кэтрин оказалась предусмотрительной и осторожной девушкой, вот письмо, которое она оставила своей подруге.

Найт развернул листок, и, держа его в руке, произнес.

–  Теперь станет ясно, почему мы считаем, что с Кэтрин случилось несчастье.

Мы молча смотрим на него, на письмо в его руке. И слушаем.

''Милая

Дороти, я уезжаю в Утику с ним, про которого тебе рассказывала. Прости, но он запретил называть его имя, ты же понимаешь... Он очень меня любит, а я его, мы хотим быть вместе. Он обещал, что мы обо всём поговорим и все решим в этой поездке на озера. Я так рада, что он пригласил меня. Но мне и тревожно, я никогда и ни с кем раньше так далеко не ездила. В последние дни в его глазах вижу странное, мы - ирландки, мы умеем чувствовать. Дороти, если ты сейчас читаешь эти строки, значит, я не позвонила из Утики, не вернулась через два дня и что-то случилось. Никому ничего не говори и отнеси это письмо мистеру Гилберту Грифитсу.

А, может, я просто от волнения себе напридумывала разное. И все будет хорошо, как у нашей милой Роберты, я тебе рассказывала, она вышла замуж за Клайда Грифитса, племянника хозяина фабрики. Она так счастлива... Кто знает, может у нас такое везучее отделение и я тоже скоро стану миссис... Нет, не могу сказать, прости.

Твоя, Кэтрин О'Хара.''

Молчание. С первых строк письма я закрыл глаза, чтобы никто не увидел их выражения. И лиц дяди, Гилберта и Ольги тоже не хочу сейчас видеть. Да, Кэтрин мертва. Кто же ты, мразь? Руки сжались в кулаки, осторожно разжались. Спокойно. И мой вопрос.

–  Кто эта Дороти? Она не с фабрики?

Ответил Гилберт.

–  Дороти Флэнаган, они вместе снимали жилье в Ликурге. Она рассказала мне, что, уезжая, Кэтрин передала ей это письмо и попросила вскрыть, если не вернётся через два дня.

Я поднял руку.

–  Найт! Обратный билет был на какую дату?

Он одобрительно кивнул, услышав этот вопрос.

–  Вечер следующего дня.

Дядя сообразил так же быстро, как и я.

–  Это даёт нам всего сутки с небольшим. Она собиралась вернуться уже назавтра.

Найт снова кивнул.

–  Письмо она оставила с отсрочкой в почти два дня. Господа, она мертва, и убил ее - этот загадочный спутник.

А мне теперь понятно, что здесь делает Ольга. Она - начальница Кэтрин, Марты и Рузы. Могла что-то видеть, слышать, на что-то обратить внимание. И я понял, почему Гил сказал привезти Роберту. Не оставлять ее беззащитной на пустынной окраинной улице, здесь - безопасно. По коже прошел холодок, как перед броском в бой, Ликург оказался вовсе не тих.

Дядя поднялся с кресла и прошёлся по кабинету, подошёл к Гилберту и положил руку на спинку его кресла.

–  Пора подводить итоги, господа. У нас диверсия на фабрике и вероятное убийство работницы.

Ольга.

–  Да, мисс Мещерская?

–  Убийство тоже надо рассматривать как часть диверсии. Это не просто совпадение. Кроме того, все началось, как только из Ликурга уехали Клайд и Роберта. Почему?

Я усмехнулся и тоже поднялся с кресла, все посмотрели

на меня.

–  Да потому, что тот, кто все это затеял, опасается меня. Да, Гилберт, опасается меня. Того, кто я есть сейчас. Ведь я изменился, не правда ли?

Иду ва-банк, выхода нет. Чего уж там, я ничего нового не сказал. Они все помнят меня одним и видят - другим. И ты, кто бы ты ни был - тоже оценил разницу. Решил воевать? Хорошо. Но что-то не складывается... Если я опасен для твоих планов - почему ты не попытался ликвидировать меня в Бильце? Прицельный выстрел - и я уже никому не помешаю. И ответ - есть кто-то, кто не хочет моей смерти. Сондра. Но она не может стоять за забастовкой, и тем более за смертью Кэтрин. Значит... Есть кто-то, кто может все это организовать, который... С которым Сондра поделилась обидой и горем... Который отнёсся к этому серьезно. Месть за Сондру? Бред. Уверен, Клайд? А ты разве не мстил ей за Роберту? Вот и этот... Проникся. Но меня он не тронул, опять-таки ради Сондры. Какая-то мрачная рисуется фигура. Друг Сондры. Готов ради нее... Ради нее? Ой ли? Обрываю себя, нет. Тут другое. Слишком масштабно, удар по фабрике, хорошее планирование. Он просто решил действовать так, а не иначе, выслушав Сондру, по принципу - а почему бы и нет? Не будь этой истории, ударил бы у Тэйлоров или тех же Финчли. Ударил... Имеет возможности, влияет на ИРМ... Друг Сондры... Кто? Надо поговорить с Гилбертом, он должен его знать. Пришли досада и запоздалое сожаление, я ошибся. Фатально ошибся. Надо было встретиться с ней, поговорить, расстаться мирно. А я поддался эмоциям, плохо. Очень. Теперь всем разбираться с последствиями. Покосился на дядю, он снова наполнил чашку. Сколько он уже кофе выхлебал? Пожилой человек, сердце, давление, лишний вес... Так, пока оставим это все, есть дела понасущнее. Я продолжаю.

–  Стоило нам с Робертой уехать, как все и началось. На что они рассчитывают? Честно скажу, непонятно. Конечная цель их - тоже непонятна. Создать проблемы на фабрике? Так они решатся, не сегодня, так спустя несколько дней, есть все хотят. Убийство...

–  Да, Клайд, - дядя снова вернулся в кресло и направил на меня палец, - я могу согласиться с тобой касательно фабрики, справимся. А каким боком тут убийство? Как оно нам повредит, если мисс Мещерская все-таки права, и оно - часть их плана?

Найт.

–  И в таком случае зачинщиков как минимум двое.

–  Почему?
–  в голосе Ольги все ещё чувствуется недоверие, она слишком хорошо запомнила испуганного паренька на вокзале Олбани, и это сейчас мешает ей.

–  Потому, мисс, что нереально организовать беспорядки на фабрике и одновременно увезти девушку в окрестности Утики в целях ее убийства. Посмотрите на карту - это около ста миль. И я не думаю, что он убил ее в городе, это значит - дополнительное расстояние. Их минимум двое.

Логично, ничего не скажешь. Двое. Я найду вас. Точка. Найт продолжает.

–  Это убийство, конечно, может как-то повредить в плане общественного мнения, но ущерб не будет велик. Потому цель здесь - непонятна.

Гилберт выпрямился в кресле и посмотрел на меня, подняв руку. Его глаза широко раскрылись, в них впервые мельнул... Страх? От понимания этого мне стало не по себе.

–  В одном случае это сможет нанести огромный и труднопоправимый ущерб с непредсказуемыми последствиями.