Выбор
Шрифт:
– НЕТ!
– Гермиона попыталась вскочить, но хозяйка домена схватила ее за волосы, и заставила вновь опуститься на колени. Я с трудом удержался от того, чтобы схватиться за палочку: здесь это было бы бесполезно, и я потерял бы возможность вернуть душу Гермионы, даже вытащив ее тело.
– Не надо, Гарри... Ты не представляешь...
– Так вот...
– продолжила тень, - я меняю целую душу этой девчонки, на осколок души Риддла, скрытый в твоем шраме!
Только через несколько секунд, прошедших в полном ступоре, я сумел осознать то, что сказала мне хозяйка домена. В той книге, откуда я взял ритуал, приведший нас с Роном сюда, говорилось
– Не дергайся. Имматериум есть царство мертвых. Если ты уничтожишь остальные якоря - наличие осколка его души в моих руках ему не поможет!
– Хорошо, - кивнул я.
– Я согласен.
– Тогда у меня еще два условия. Во-первых, на тебе снова лежит выбор. Я могу дать тебе ее душу... на "поиграться". Тогда, даже если ты погибнешь - она проживет столько, сколько ей отмерено Архитектором Судеб. Но умерев - вернется сюда. Или я могу привязать ее душу к тебе насовсем. Тогда... умрешь ты - погибнет и она. Но, возродившись вновь - вы притянетесь друг к другу, и будете вместе.
– Пожалуйста...
– попросила меня Гермиона.
– Второй вариант. Только второй. Это - ад. Я не хочу...
– Но ведь я могу погибнуть в любой день. Я - ребенок Пророчества и враг Волдеморта. Я - черный маг и враг Дамблдора. Я...
– Плевать, - оборвала меня всегда воспитанная и корректная Гермиона.
– Если ты простишь меня за все, что я совершила, то даже уйти вместе с тобой - будет мне в радость...
– А еще, - усмехнулась хозяйка домена, - можно попробовать не умирать. У тебя может даже получится. Вторая, предпоследняя аксиома Небытия гласит: "неуязвимых - не существует!" А значит - и твои враги уязвимы, и их можно уничтожить.
С ужасом я представил, как встаю против Дамблдора и убиваю его. Но... Если это будет платой за жизнь Гермионы...
– Второй вариант. Только второй...
– Со слезами на глазах шепчет девушка, скорчившись у ног крылатой тени.
– Хорошо. Я согласен. Пусть будет второй вариант!
– сомнения охватывают меня... но слово уже произнесено. И его нельзя вернуть. Что же я наделал? Не стану ли я причиной скорой смерти той, кого так старался спасти? Но, по крайней мере, я сделаю все, чтобы этого избежать!
Крылатая тень хватает Гермиону за волосы и кидает ко мне. Голая девушка пролетает разделяющие нас несколько шагов, и буквально повисает у меня на шее. Некоторое время мы просто стоим, обнявшись. И только через несколько секунд я начинаю осознавать, что непроизвольно поглаживая спину прижавшейся ко мне девушки - я опускаю руку серьезно ниже, чем это допустимо приличиями. Впрочем, раз уж Гермиона не влепила мне пощечину - может она и не против?
– Я должна еще раз спросить вас: вы согласны?
– гремит голос местной владычицы.
– Да, - уверенно отвечаю я.
– Да, - голос девушки звучит одновременно с моим.
– Тогда - протяни левую руку вперед, - я повинуюсь голосу хозяйки домена, идущему со всех сторон разом, хотя сама она вроде бы стоит прямо передо мной.
– Ты - тоже, - рядом с моей рукой поднимается рука Гермионы. Я не удерживаюсь, и касаюсь ее ладошки.
В руке хозяйки появляется светящийся кристалл, глядя на который
***
Стоять голой рядом с Гарри было непереносимо стыдно. Но пленительница даже не подумала дать мне хоть что-нибудь, чтобы прикрыть наготу. Так что я просто постаралась покрепче прижаться к парню, чтобы он меня не разглядывал... Вот только тело само по себе реагирует на присутствие рядом того, с кем бы я хотела... Это чем-то похоже на то, как надо мной издевалась Беллатрикс... похоже, но все-таки иначе. И я медленно начинаю понимать, что на этот раз я сама хочу близости. От руки, поглаживающей меня по спине - расходятся волны тепла. А когда она замирает на моей попке - я осознаю, что мне уже не особенно мешает даже присутствие той, что удерживала меня здесь, и слабость, все еще мучающая меня после извлечения души. Так что еще немного, и я отдамся Гарри прямо тут...
– Я должна еще раз спросить вас: вы согласны?
– чтоб ее! Опустив глаза, я осознала, что стою красная до кончиков сосков. Но, несмотря на смущение, мне хочется продолжать!
– Да, - после всего случившегося у меня нет сомнений. Пусть уж лучше душа моя будет в руках Гарри, пусть я умру вместе с ним. Это лучше, чем осознавать себя по праву застрявшей в девятом круге! И я сделаю все, чтобы Гарри не разочаровался в результате приложенных усилий и отчаянного риска.
Ответ Гарри я, честно говоря, прослушала. Но, наверное, он был положительным, так как демонесса потребовала от нас протянуть к ней руки. Исполнив ее требование, я увидела в руке хозяйки этого места сияющий кристалл, в который она заключила мою проигранную душу.
Под мерный речитатив, доносящийся сразу со всех сторон, кристалл начинает разрушаться, а выливающееся из него сияние - формирует на руке Гарри золотой браслет. И как его тень - на моей руке возникает точно такой же, только черный.
С трудом подняв глаза, я замечаю на своем лице среди вихрящихся теней довольную улыбку.
Интересно, а Гарри понял, что произошло?
Глава двадцатая.
Мы с Джинни вытащили все бумаги, найденные в комнате Дамблдора, в гостиную, и сидели, тщательно пытаясь разобраться: что в них такого ценного, из-за чего Дом объявил их трофеем, и не согласен выпустить даже листика? Пока что получалось... не очень. Обрывки мыслей, редкие имена и названия незнакомых мест.
– Джинни, вот ты, случайно, не знаешь: кто такой "Том Реддл"?
– спросила я скорее в пространство, чем надеясь на ответ. Ответа я и не получила. Это было необычно. Раньше рыжая хоть как-то да отзывалась... Я подняла взгляд. Джинни молча дрожала на диванчике, где раньше устроилась.
– Джинни?
– еще раз спросила я.
– Это...
– девчонка вздрогнула. Было видно, что она старается сдержаться и не трястись... но получалось у нее из рук вон плохо. Она даже побелела, что при ее рыжине выглядело кошмарно.