Выбор
Шрифт:
Я знал, что она откажется. Но попробовать стоило.
— Ты что?! Нет! Нельзя!
Можно. Нужно. Необходимо.
— Чем я могу помочь? — почти с отчаянием спросил я.
Ну, мог же! Не может быть, чтобы я ничего не мог сделать.
— Ничем. Он мой отец. Как ни крути, но он дал мне жизнь. Да, он жестокий. Да, его методы порой пугающие и ужасные. Но посадить его я не смогу, — уверенно ответила Джойс.
А я бы посадил его. Только сначала отмутузил как следует. Внутри меня зарождался вихрь разных эмоций. Но основными были гнев и жажда возмездия.
Голос, взгляд и язык тела Джойс немного поменялись за то время,
Остановился перед выездом на шоссе и посмотрел на неё.
— Готова? — улыбнулся.
— Я боюсь, она слишком мощная, — прошептала она, занервничав.
— Тогда иди сюда, Волчонок. Помогу тебе справиться с моей лошадкой, — подмигнул и протянул руки к ней.
Она непонимающе посмотрела на меня, но отстегнулась и я, подхватив её, посадил к себе на колени. Она была настолько миниатюрная, что мне понадобилось лишь немного отодвинуть сиденье назад. Включил для более мажорного настроения песню Ride With U группы Smash Into Pieces. Усадив её поудобнее, пристегнул нас и отдал ей управление своей машиной.
— Давай, Волчонок. Она вся твоя. Если что, я рядом.
Впервые в жизни кому-то доверил свою тачку.
Джойс вцепилась в руль и немного подалась вперёд, внимательно смотря на дорогу. Машин вокруг было мало, поэтому она уверенно нажала на газ. Положив руки на её бедра, откинулся на спинку сиденья, чуть подвинувшись вправо, чтобы видеть дорогу. Потихоньку она начала расслабляться и покачивать головой в такт песни. Наблюдал за ней, погрузившись в свои мысли.
Что-то во мне изменилось после её признания. Я чувствовал себя ответственным за то, что единственный на всей планете знал её тайну. Картера и её маму я в расчёт не беру, они жили в этом. Господи, бедный пацан. Мне он показался отличным парнем, а ему приходилось жить в таких условиях. Я уверен, что когда он вырастет, то отцу не поздоровится. Но ждать столько лет…
Ни хрена. Я что-нибудь придумаю, чтобы ей помочь. Она удивительная девушка и должна нормально питаться, покупать себе новые вещи и улыбаться. Много улыбаться. А самое главное, она должна забыть, что такое боль, страх, унижения, ужас и слёзы.
— А можно включить на тот режим, который ты на гонках используешь? Чтобы самой переключать передачи? — вдруг спросила она, не оборачиваясь.
— Разумеется можно, — тут же ответил и быстро переключил для неё. — Вперёд, Волчонок.
Она взвизгнула и начала переключать передачи на подрулевых лепестках. Улыбнулся на её реакцию и в задумчивости провёл ладонью по её спине. Она немного вздрогнула, но быстро расслабилась. Прогресс. Она меня больше не боялась.
Надо будет с Гленом поговорить. Он же коп, в конце концов. По любому найдёт вариант, как вытащить её без последствий из лап этого домашнего тирана. Я понимал, что она, как бы ужасно это не звучало, привыкла так жить. Так же я понимал, что такой индивидуум, как её отец, и близко не подпустит меня к своей семье, он во всём видел угрозу. Он испугается, что я могу иметь влияние на его дочь, а он своё потеряет. Так же я понимал, что доказать домашнее насилие непросто. Сроки за это дают небольшие, но шанс есть. Должен быть. Но Джойс должна сама выдвинуть свои обвинения
Раз он с детства был суровым, значит убийство дочери сдвинуло его колпак не в ту сторону. Конечно, ужасно хоронить своих детей, но и превращать жизнь живых в ад ему никто права не давал. А он явно всех в семье держал под жесточайшим давлением. Так же он явно боялся, что его деяния раскроют. Джойс, судя по всему, не обращалась за медицинской помощью. А некоторые синяки, в особенности на груди и животе, вызвали у меня тревогу.
Она была загнана в угол и никому не доверяла. Хотелось бы верить, что мне удастся стать ей настоящим другом, которому она будет доверять и тогда у меня появится возможность выдернуть её из этого ада. А пока она только открывалась и, очевидно, не была готова противостоять ему. Я бы никому не пожелал расти без родителей, честно. Но я бы также никому не пожелал расти с таким отцом, как у Джойс. Иногда нужно делать выбор. Иногда это просто необходимо.
Джойс, тем временем, активнее качала головой и, судя по вибрации от её тела, подпевала.
— Волчонок, что-то ты медленно едешь, не находишь? — придвинулся к ней, положив подбородок на её плечо и взяв руль левой рукой.
— Я только привыкаю к ней, — возбуждённо ответила она.
— Поверь, эта лошадка любит, чтобы ей дали возможность продемонстрировать свои умения.
— Но моих умений не хватит, чтобы справиться с ней, — засмеялась она.
— Хватит, Волчонок. Я же здесь. А со мной у тебя нет шансов не справиться, — аккуратно поцеловал её плечо и решил показать ей, что ничего страшного нет. Все страхи в голове.
— «I wanna take you for a ride
You’ll be Bonnie, I’ll be Clyde»[1], — подпевал я, нащупав ногой газ и вдавив его в пол, другую руку положил на её и вместе с ней переключил на повышенную передачу. От Джойс буквально исходил восторг и адреналин.
— «There is nothing I wouldn’t do
As long as I can do you you you you»[2], — шептал ей на ухо, разгоняя нас быстрее.
Джойс рассмеялась и прижалась ко мне вплотную.
— «You, you»[3], — пропела она, слегла взвизгнув от эмоций и повернув голову ко мне.
Я всё время думал, что же с ней не так. Выяснилось, что с ней всё так. Это с её отцом всё не так, а она просто выживала в представленных обстоятельствах.
— Если ты будешь смотреть на меня, а не на дорогу, то мы разобьёмся, — пошутил я, следя за нашим направлением.
Она была так близко ко мне и так внимательно изучала мои глаза, что я вновь ощутил интимность и камерность нашего небольшого приключения. Возможно, я на правильном пути к её доверию. Мне очень хотелось помочь ей. Абсолютно искренне и безвозмездно.
Я ведь знал, что такое боль и потеря. Знал, что такое чувствовать себя одним на всей планете. Знал, что такое несправедливость и отчаяние. Знал, что такое беспомощность перед обстоятельствами. Знал, что такое быть загнанным в угол. Но я так же знал, что такое поддержка близких. Знал, что такое настоящие друзья. Знал, что такое давать отпор обидчикам. Знал, что такое иметь своё убежище.
— Извини, — рассмеялась она и вновь устремила взор на дорогу. — Мне нравится, Трэвис! Правда. Это так здорово, управлять такой мощной ракетой, чувствовать свою власть над ней. Такое неописуемое ощущение, что ты всё можешь, — возбуждённо говорила она, вновь взяв управление на себя.