Вуду для «чайников»
Шрифт:
– Не надо... в милицию.
– А что же мне прикажете с вами делать? – завопил шофер, у которого на нервной почве заболел желудок. Старый гастрит неожиданно ожил и начал потихоньку грызть его изнутри.
– Давайте посмотрим, есть ли у нее что-нибудь при себе, – предложил молодой.
Поскольку сумочка Лаймы осталась в такси, при себе у нее ничего не оказалось, кроме визитки Репьева, которая затерялась в кармане.
– О! – воскликнул шофер пикапа. – Сейчас я звякну этому мужику, может, он ее знакомый. – Он повернулся к Лайме и повторил: – Это ваш знакомый?
Представив, что шофер позвонит Репьеву, Лайма зарыдала еще
– Если договоримся, я вас к нему отвезу.
Тагиров представил себе, как он придет в студию Шелепа, сядет напротив Эллы и скажет:
– Тебя зовут Элла Виганд. Твой муж – барон Фридрих Виганд, у вас двое детей, замок в Бургундии и загородный дом на побережье Тихого океана.
На самом деле он понятия не имел, кто ее муж. Он еще только ехал по адресу, который прочитала жена по телефону, и страшно нервничал. Появляться там самому было опасно. Следовало бы перепоручить дело членам группы «У», но все они были сейчас заняты, а ждать до завтра у Тагирова не было сил. Он не мог сказать, что Элла лишила его сна, но мысль о том, что она в один прекрасный день исчезнет из его жизни, сидела в нем, словно гвоздь в ботинке. Возможно, прежде, когда она помнила, что любит его, она готова была бросить гипотетического барона. Но что будет теперь?
Дом оказался большим и, как и ожидал Тагиров, с дорогими квартирами. Он и так знал, что муж Эллы если и не богат, то находится на пути к богатству. О чем он думал, когда целовался с ней? Он остановил машину подальше от входа, и к нему тотчас подошел знакомый курьер. Тагиров опустил стекло, и курьер подал ему конверт – ответ на срочный запрос. Конверт оказался неожиданно пухлым, и это было плохим знаком. Вероятно, что-то с этим Вигандом не так, иначе никакого досье на него бы не собрали.
Он разорвал конверт и вытряхнул содержимое на колени. Развернул лист и присвистнул. Виганда звали не Фридрихом, а Карлом. И полгода назад его убили. Застрелили возле офиса, несмотря на наличие двух телохранителей. Значит, Элла – вдова.
Он быстро просмотрел остальные документы. Никаких детей, надо же. Вернулся к началу и стал читать внимательнее. Все как всегда. Убийство заказное, убийца не пойман. Виганд – совладелец фирмы «Энерджин» по производству средств для похудания. После его смерти фирмой управляет компаньон – Зимин Андрей Иванович. Сорок пять лет, женат, ребенок от первого брака и т. д. и т. п. Версия о причастности Зимина к убийству Виганда не подтвердилась.
– Вернемся к вдове Виганда, – пробормотал Тагиров. – Вдова отношения к работе фирмы не имеет, но исправно получает половину прибыли. Теперь хотя бы понятно, откуда у нее бриллианты.
Он выбрался из машины и подошел к охраннику, караулившему подходы к дому. Сказал, что из архитектурного бюро, что должен поговорить с Эллой Виганд по поводу перепланировки квартиры, и показал подготовленный заранее документ. Охранник его пропустил, но заметил, что Элла Виганд, по всей видимости, уехала, потому что ее машина стоит на стоянке невостребованная.
– А кроме меня, ее никто не спрашивал? – задал Тагиров странный для архитектора вопрос.
Узнал, что никто, но на всякий случай поднялся к квартире и позвонил. Ему не открыли, и он начал спускаться вниз. Как вдруг... Сработала зрительная память, и Тагиров так заторопился, что едва не съехал вниз по перилам, как делают мальчишки. Огромного труда ему стоило чинно выйти за ворота
Все совпадало. Квартира Зиминых была расположена неподалеку от дома номер пятнадцать – того, где таксист поджидал пассажира. Поэтому можно предположить, что Гоголь – это и есть Зимин. А Элла сломя голову бежала именно из его квартиры.
– Блондинка? – спросил Репьев изумленно. – Вся в грязи, на шее синяки, губа разбита... А у нее есть пучок на затылке? А туфли на низком каблуке? Кажется, я знаю, кто это. Ладно, тащите ее сюда. Эй, подождите, а что за несчастный случай? – Некоторое время он слушал, потом воскликнул: – Ну ничего себе!
Отключил телефон и повернулся к друзьям, которые вдвоем готовили бараньи ребрышки со сложным гарниром. Почесал лоб трубкой и пояснил специально для них:
– Одна моя знакомая прыгнула с эстакады в грузовик с бумагой.
– На спор, что ли? – добродушно спросил невысокий крепыш Витя Дубов. У него были такие мускулистые руки, что тело казалось непропорциональным. Жена считала, что он похож на краба, и не хотела, чтобы Витя продолжал заниматься собственным физическим развитием.
– Понятия не имею, на спор или нет. Сейчас ее привезут, расскажет.
– А в каком она состоянии? – поинтересовался второй повар, Костя Латышев. У этого были роскошные черные усы и такая блестящая лысина, как будто на ней испытывали средства для придания блеска домашней утвари. – Может быть, ей нужна медицинская помощь?
– Вряд ли. Голова не отлетела, а это главное, – весело сказал Репьев, скрывая свои истинные чувства.
Похоже, что молодая леди – и в самом деле секретный агент. Если, конечно, она не пьяная. Выходит, она все это время носила с собой его визитку. Хм...
Когда шофер пикапа ввел Лайму в квартиру, она пала Репьеву на грудь и простонала:
– Смерть преследует меня!
– Никто тебя не преследует, – успокоил ее тот, отблагодарив шофера и заперев за ним дверь.
Если бы он знал, что Лайма права и смерть действительно идет за ней по пятам! Когда она спрыгнула с моста, мулатка достала из сумочки маленький бинокль и приложила к глазам. Запомнила номер грузовика и уже через пять минут бросилась в погоню, уговорив молоденького парня, покупавшего сигареты в ларьке на остановке, поиграть в догонялки на его мотоцикле. Она успела засечь, как Лайма пересаживалась в пикап, и отправилась вслед за ним. Когда оказались на месте, мотоциклист за дополнительное вознаграждение пролез вместе с Лаймой и шофером в подъезд и подсмотрел, в какую квартиру они вошли.
Отпустив парнишку, мулатка вознамерилась уладить дело прямо сейчас, но потом поняла, что необходимо подготовиться к штурму более тщательно. Если в квартире, кроме блондинки, есть кто-то еще, нужно сделать так, чтобы ее лица не увидели.
Лайма прохромала в комнату – все тело ее болело, а голова гудела, как чугунный котелок, который проверяли на прочность.
– Нам сказали, что вы прыгнули с моста в грузовик, – сказал Костя Латышев, и озорная улыбка приподняла его усы, раздвинувшиеся, как меха баяна. – Ужасно любопытно, зачем.