Шрифт:
Пролог
Наутро после торжества голова грозила расколоться на мелкие кусочки. И потому, едва простившись с объятиями Морфея, морщась от яркого света, Виталий встал с кровати и по стеночке направился в сторону кухни. Мысли путались, но одно молодой человек понимал совершенно ясно: медлить было нельзя! Выпить, съесть – сделать хоть что-нибудь, чтобы унять озноб, головокружение и проклятую боль.
– Вот же меня угораздило… – задумчиво протянул Виталий, остановившись посередине коридора. Атласное свадебное платье его жены сиротливо
Головная боль напомнила о себе яркой молнией, и, отпихнув платье в сторону ногой, Виталий прошел дальше… чтобы едва не упасть, зацепившись за полу собственного пиджака. Рукав важного предмета гардероба всякого жениха обвился вокруг щиколотки, словно удав, и никак не желал отпускать своего владельца.
Виталий топнул ногой. Покачнулся. Накренился. Уперся руками в противоположные стены, в последний миг не позволив телу мешком с костями рухнуть на пол. Когда мир вокруг перестал качаться, молодой человек вздохнул и прислонился к стене. Такое положение показалось ему самым надежным, чтобы все же высвободиться из плена.
Нетерпеливо прошуршав окоченевшим языком по пересохшим губам, Виталий извлек из заветного ящичка на кухне спасительное лекарство. Выдавил таблетку в ладонь, на свой страх и риск потянулся к сушке, чтобы достать стакан.
К счастью, в чайнике нашлось немного воды, и с очередным вздохом облегчения молодой человек отправил спасательную команду в собственное нутро. Больше делать ничего не хотелось, и он плюхнулся на ближайший табурет.
Пришлось признать, что если вчерашний день тянул на звание лучшего в его жизни, то сегодняшний был самым отвратительным. Стоило ли этому удивляться? Пожалуй, что нет. За белой полосой в жизни Виталия всегда следовала черная.
– И зачем вчера я так напился?
С отступлением головной пришли воспоминания о случившемся накануне. Выкуп, ЗАГС, прогулка на Поклонку и смотровую на Воробьевых горах, фотосессия в каком-то парке у пруда, ресторан. И шампанское, шампанское, шампанское…
Нет, специально жениха никто не спаивал. Так получалось: гости произносили тосты, кричали «Горько!», поднимая бокалы. Виталий просто не мог отказаться! Шел на поводу, если угодно. А как же иначе? Глупо было делать не так, как от него ждали. Жизненный опыт подсказывал Виталию, что «выдающихся» людей многие старались избегать, а этого ему совсем не хотелось бы в начале супружеской жизни. Ведь теперь на нем лежала ответственность не только за себя.
– И все же, наверное, не стоило пить каждый бокал до дна, – пробормотал Виталий. – Кто-нибудь еще так делал?
Память подвела молодого человека, и вопрос остался без ответа. В голову потянулись мысли о другом: гости находились в куда более выгодном положении, чем он и Ирина. Они могли в любой момент покинуть банкетный зал, сославшись на долгую дорогу домой. Молодожены такое позволить себе не могли. Ресторан находился на противоположной от их подъезда стороне двора. И еще поэтому пришлось праздновать собственную свадьбу до победного конца.
Незадолго до завершения Виталий был уже
– Это все шампанское…
Несмотря на выпитое лекарство, голова взорвалась адской болью, стоило вновь мысленно представить стеклянный бокал с бело-голубым бантом на ножке, наполненный газированной жидкостью.
Последний бокал – не стоило его пить. Он точно был лишним!
К тому моменту зал уже почти опустел, Ирина задремала, облокотившись на стол, и никто не смог остановить Виталия, принявшего неожиданное предложение незнакомки, чье платье горело ярким пламенем на фоне унылых зеленых стен ресторана.
– Даша… Маша… Как же она назвалась?
Виталий тряхнул головой, оставив напрасные попытки вспомнить имя, и попытался припомнить хотя бы лицо таинственной красавицы.
Тщетно!
– Вот ведь бывает же такое?!
Виталий почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Уж не привиделась ли ему незнакомка?! Насколько реальным был тот огонек, на свет которого он полетел подобно ночному мотыльку?
– У нее были темные волосы… А, черт! Там было так темно, что у всех волосы казались темными!
Сухость во рту стала болезненной, и Виталий покинул свой насест, чтобы налить воды прямо из-под крана. От этой ли воды или от усиливающегося действия таблетки от похмелья, сознание молодого человека немного прояснилось, и он сумел вспомнить нечто странное, связанное с девушкой в алом платье.
Прося жениха поделиться с ней танцем, незнакомка будто не слышала его возражений, вновь и вновь произнося одни и те же слова незатейливого приглашения. В конце концов, Виталий уступил, не желая огорчить ее, и стоило им выйти в центр зала, как девушка прильнула к нему, обвила его шею руками и прошептала на ухо, нежно лаская кожу дыханием:
– Если бы это не была твоя свадьба или если бы ты не был счастлив в этом браке, ты бы стал моим мужем.
Виталий вздрогнул. Не тогда – тогда он был слишком пьян, чтобы уяснить смысл ее слов. Нет, молодой муж вздрогнул теперь, стоя посередине своей кухни и разглядывая фату своей жены, вероятно, зацепившуюся за ногу и случайно принесенную сюда им самим.
Подняв фату, Виталий в задумчивости помял ее в руках, отбросил на стол и отер со лба капельки пота.
– Она была пьяна, – решил молодой человек.
Простое и логичное объяснение показалось ему единственно верным. Ведь не могла же незнакомка в алом платье всерьез признаваться чужому жениху в том, что хотела бы видеть его своим мужем?!
Успокоившись морально и почувствовав, что физическая боль окончательно отступила, Виталий пошел обратно в комнату. Время было еще раннее, день – выходной, так что можно было подольше понежиться в мягкой постели в объятьях Ирины.
Виталий остановился в дверях и с очарованной улыбкой посмотрел на супругу, чья голова уже лежала на его подушке, а белесые волосы разметались по простыне, которой девушка была едва прикрыта.