Второй выход
Шрифт:
***
Прошло семь лет.
Глава 4
Дворец, Район Судака, Крым.
– Огненный мир или мир огня, хорошее имя…, – задумчиво проговорила жгучая брюнетка, наблюдая за стайкой девочек, бегающих по кромке воды.
Затем изящным движением взяла фарфоровую чашку с чаем и немного отпила.
– Быстро растут, – попытался отвлечься разговором её собеседник, уже покрывшийся испариной.
Главное было: не что она сделала, а как!
– Как ни странно, циклы у них те же, несмотря на человеческий облик. Даже завидую, повезло им с отцом, и теперь нет тех ограничений, что были присущи старым личным слугам. Когда вырастут, окажутся даже сильней меня, подумывала уже удавить по-тихому, пока ещё маленькие, хорошо одумалась. Некоторые опыты в лаборатории позволяют надеяться и мне измениться, хотя риск и велик. Кстати, Всевласт, а почему не его собственное имя? – спросила она его.
– Не в том он был состоянии, чтобы узнавать, а по бумагам проводить как-то надо. Вот и взял на себя смелость, тем более целители утверждают, что память он вряд ли сохранил. Выходит, кто он и откуда останется тайной. Хотя хотелось бы всё же узнать, что за безумный евгеник так кровь всех народов княжества в нём перемешал. И ведь хватило же терпения, почти тысячу лет этим заниматься, – задумчиво проговорил он.
– А может никто специально так не делал, само вышло…, – предложила свою версию брюнетка.
– Я, конечно, уважаю, ваше мнение Агнива, но кто в здравом уме на эдакое согласится. Где это видано, к примеру, чтобы древляне с полянами семью создавали. Да порой даже роды внутри народов никогда не пересекаются, а тут бац, и смешались все. Как иначе сохранить чистоту линии? – не согласился с ней Всевласт.
– Дальше-то с ним, что делать будете? – поинтересовалась она у него.
– Я надеялся на ваше участие. На текущий момент он только глазами и может вращать, даже ничего не слышит. Хорошо, что он практически младенец, иначе бы с ума сошёл. Сами понимаете, теперь его выхаживать надо с соответствующими проблемами привязанности, – проговорил он со вздохом.
– Ты же помнишь, какие у нас инстинкты? – с усмешкой ответила Агнива.
– Да, уж…, – после этой фразы мужчина поёжился.
– Поэтому мне к нему приближаться никак нельзя. К тому же, обсуждали уже, пускай твоя дочь им займётся. Неважно, насколько она законченная эгоистка. Надо будет, обломаем, да и инициация прогнёт в нужную сторону, – напомнила она про уже принятое когда-то решение.
– Вы уверенны? Её в узде держать выходит только наглядным примером участи старшей сестры, – с грустью в голосе ответил Всевласт.
– В случае проблем, их и поменять местами можно, тем более они так похожи, выдала решение проблемы Агнива.
– Может лучше сразу так сделать? За сто двадцать лет заточения, думаю, она куда покладистей стала, – поинтересовался он.
– Скажешь тоже, её саму, сколько в человеческий вид теперь приводить надо. И как она его готовить будет, если сама настолько отстала от жизни? – взглянув на него с удивлением, спросила в ответ она.
– Ваша правда.
***
Новгород,
– Вот пациент, которого вы хотели видеть, проговорил мужчина в белом халате.
– Чёт, не похож он сам на себя.
– Господин Всевласт. Поверьте, это он. Там он в крови, да и, по сути, кожаный мешок с переломанными костями и изорванными мышцами. Сейчас уже почти целёхонек, даже язвы от смешения штаммов молодой кожей затянулись. Не все кости правильно срослись, правда, то не велика беда, со временем выправятся, природа возьмёт своё. Можно окончательно утверждать, теперь уже не подохнет. Хотя возни с ним ещё предстоит много, – объяснил доктор ситуацию.
– Хм. Вот этот странный скелет, обтянутый кожей и дико вращающий глазами, именно он? – на всякий случай уточнил посетитель.
– Безусловно! – подтвердил целитель.
– Ну что стоишь? Забирай, да пошли, – обратился Всевлас к своей дочери.
– Папа, как я должна это делать, в этой одежде? – удивилась она его требованию.
– А что с ней не так, а Ростислава? – поинтересовался он.
– Ты знаешь, сколько мне пришлось ждать её пошива?! – выдала она важный для неё аргумент.
– Никто тебя не заставлял расфуфириваться! – лишь усмехнулся её отец на это.
– Но я думала, будет официальное мероприятие. Не могла же ударить в грязь лицом! – попыталась объяснить она причину такого одеяния.
– Иногда жалею о том решении, когда с людьми позволил учиться. Нахваталась ты от них привычек, да беда, не самых лучших. Вот кому, какое дело, в каких ты тут тряпках будешь? Скажите, профессор, Рысевы, это звучит?! – отмахнулся он от таких аргументов словно от надоедливых мух.
– Не то слово! – тут же подтвердил его слова целитель.
Подхалимства никто не отменял ни в одном из миров.
– Вот видишь! Не о том думаешь! Быстро взяла его на руки и пошли, – теперь уже потребовал Всевласт, от Ростиславы.
– Пап, может не надо? – попыталась она давить на жалость голосом.
– Ты сама выбрала! – не подействовало на него.
– Но как я там буду жить столько лет?! В заимке же почти ничего не платят, а его ещё на эти деньги содержать и выхаживать. До морковкиного заговенья буду всю сумму собирать! – не выдержав, выдала она истинную причину нежелания выполнять приказ.
– Хочешь сказать, передумала? – задал ей отец вопрос с прищуром.
– Нет, но….
А потом, сдулся шарик.
***
Прошло ещё пять лет….
***
Сто двадцать вёрст восточнее Вологды. Частная охотничья заимка.
Бездонное ночное северное небо смотрело на меня, успокаивающе подмигивая пересветом звёзд. Как обычно, проснулся посреди ночи, разбуженный кошмаром. Видимо, теперь до конца жизни, во сне будет повторяться тот момент мой жизни, из клетки. И ведь не покричишь, не поплачешься, даже водки не напьёшься. Особенно последнее. Нам убогим не положено, в том смысле, что это стоит денег, которых у меня нет, а бесплатно…. Только самый минимум продуктов: крупы, сублимат. Сам виноват, прикинулся Иваном не помнящим, тем более местные врачи, знахари, по-здешнему, со мной очень даже согласны.