Второй, третий... последний
Шрифт:
Будь Алекс местным, давно бы стал инвалидом, но он-то развлекался техниками промывки меридианов, лет этак с десяти-двенадцати. Стаж большой, и на меридианах это сказалось. Вообще, он предполагал, что нужной энергии на Земле или мало, или вовсе нет, но на самом деле это не совсем так. Просто она гораздо более грубая, почти материальная. Работать с такой крайне трудно, потому уникумы, способные на это, рождаются редко. А чтобы совпало так, чтобы эти способные узнали о техниках — ещё реже. И уж совсем единицы воспринимают их всерьёз и практикуют.
На грани потери сознания Алекс гнал энергию в теле Морозной Ночи в сторону ранения,
Рана начала затягиваться прямо на глазах, только глаз поблизости не было — Алекс свои зажмурил, терпя боль, и работал исключительно на ощущениях. Бездну, поглощающую силу, он чувствовал.
Первый раз едва не потерял сознание, когда открылась коренная чакра. Адская резкая боль заставила его застонать и заскрипеть зубами, но он удержался. Боль продлилась всего секунду, а потом по нижней части тела растеклось тёплое блаженство. Нет, он не обделался, хоть это, наверное, было бы даже лучше. Из него вытекала вонючая грязь, свойственная прорывам уровня.
Жеребец, стоявший ближе всех ко входу, не удержался и заглянул в шатёр: буйство энергий все и так чувствовали кожей, но вот услышав крик боли, командующий уже не утерпел и посчитал, что, возможно, нужна будет помощь.
— Воооон! — блаженно простонал Алекс. По интонации вообще не понятно, что он гонит кого-то, но командующий обозом как-то понял и удалился.
Дальше вскрылась солнечная. Боль перетерпеть было гораздо проще, труднее не задохнуться в вонище, ведь ещё часть загрязнений выплеснулась наружу. Как говорят практики, это выходит человеческая природа, заменяется духовной. Может и так, правда Алекс не видел такой связи. Вряд ли эта грязь материальна. Скорее всего у неё та же природа, что и у щитков на его теле, что-то вроде материализации энергии. Ведь вытекает она не из меридианов или узлов (это похожее, но иное явление). Каждая пора тела выплёвывает эту чёрную слизь.
Пупочная чакра, последняя на пути потока, держалась дольше всех, а энергии в кристалле ещё было много. Очень много. И куда её девать?
Алекс даже не обратил внимания, что Морозная Ночь села в позу полулотоса. Сделала она это таким образом, чтобы руки "батарейки" не разорвали контакта с её телом. Рана уже затянулась, но она решила извлечь максимум пользы из происходящего. Разум практиков очень циничен, хотя они сами говорят "рационален".
Алексу же было безразлично. Естественно он заметил исчезновение "дыры в бездну", но ему нужно же сливать куда-то избыток энергии? Часть он пускал на промывку сопряжённых меридианов, но это такая тонкая струйка по сравнению со всем потоком, что вообще можно не принимать во внимание. Но всё-таки место, готовое принять силу было. Целое море. К сожалению, это море не его, но сейчас не до несбыточных мечтаний. Лучшее — враг хорошего. Пользуйся теми возможностями, что имеются. И Алекс ими пользовался. К тому же делать практически ничего не требовалось, просто выпускать энергию наружу, а там её подхватят и направят.
А вот открывшейся пупочной чакры Алекс не перенёс. Потерял сознание. Он, конечно, этого не знал, но процесс парной культивации на этом не остановился — Морозная Ночь взяла управление на себя. Она отлично выдела, что делает её партнёр, потому продолжила
* * *
Брат Жеребец всё больше и больше входил в роль командующего, поэтому когда Морозная Ночь вышла из шатра, лагерь уже был готов к походу. Над горизонтом поднималось солнце, неотличимое от земного.
Приведённых зверей впрягли в повозки, мешки с них поставили на учёт (с этим у Жеребца строго!), и разложили по телегам.
Передовой отряд ждал команды на марш.
— Алекса помойте, он весь в грязи. Шатёр сожгите, его уже не отмыть. Только вещи его приберите, сумку его. А одежду тоже — в огонь. Там, в мешках, должен быть комплект, купленный специально для него.
— Заметил, — кивнул Жеребец. — И… Поздравляю, сестра. Кажется, ваш Океан достиг пика?
— Верно подметил, брат Жеребец… Кстати о достижениях. Кто-нибудь видел, что произошло?
— Признаюсь, сестра, я следил за процессом. Как говорится, доверяй, но проверяй. А остальные собирали лагерь. Мы бы ушли… при любом исходе, — он помялся, прежде чем закончил фразу.
— Не тушуйся. Ты всё правильно сделал. Вам действительно нужно было идти в секту независимо от того, выживу я или нет. То есть вы приняли меры к секретности, но полной гарантии нет?
— Верно. Могут быть ещё шпионы в лагере, или просто в лесу спрятаться. Тут так полыхало энергией, что даже звери начали выходить на дорогу.
— Ясно. О произошедшем в городе Жидкого Пламени поговорим в пути. Собери братьев, обсудим. Детей не приглашай, их пока рано посвящать в дела секты.
— Сделаю, сестра, — Жеребец улыбнулся, и Морозная Ночь поморщилась. Обычно улыбка красит людей, а на Жеребце, видимо, какое-то проклятие, что ли?
История в свободном городе вышла, в общем-то незамысловатая. Сектой Горного Ручья он не управлялся, так что там кого только не было. И сектанты из Малой Печати там существовали вполне себе официально. Даже обострившаяся вражда двух сект (которая никогда и не проходила, только формы менялись), никак не повлияла на их положение.
Естественно, у Горного Ручья тоже было своё отделение, но оно скорее коммерческое, нежели боевое. Как, впрочем, и у врагов. Естественно, где ценности — там и охрана, но она не для посторонних, так что в сопровождение в дорогу Морозной Ночи никого не дали, но в самом городе помогли. А вот отделение Малой Печати посчитало возможным снять несколько человек для засады, включая адепта этапа Заложения Основы (2).
К слову, Горный Ручей воспользовался ситуацией и напал на факторию Малой Печати, но победа вышла пиррова — потери у них случились немаленькие. Всё-таки название своё их противники не просто так носят — всё было защищено формациями. Естественно, специалисты были у нападавших, но уровень их не тот.
А дальше всё банально:
— Идите вперёд, я вас прикрою!
— Но сестра, мы будем сражаться вместе!
— Идите! Это приказ! Если со мной что-то случиться, слушайтесь брата Жеребца…
И так далее и тому подобное. Только Журавль испортил героизм момента: видя трупы, ослушался приказа и пошёл пошарить по рукавам и поясным сумкам (карманы в этом мире редко у кого есть). Это Морозную Ночь и спасло — брат хоть и жаден до чужого добра, но к своим вполне лоялен. Рискуя собой, спас старшую.