Второй шанс
Шрифт:
– Положим теперь твоей Анке все равно, но вот вопрос: почему воры взяли только вещи… Телевизор, видик оставили, хотя продать их можно хорошо. А компьютер? Компьютер у нее был?
– Его я сразу забрал и, пока она в прихожей перед зеркалом вертелась, в свой дипломат сунул, а вот дисками заниматься было некогда. Решил поискать, когда вернемся…
– Вот, вот – не нравится мне такое совпадение – вы из квартиры, а в нее тут же залезли. И взяли маловато, будто остальное их не интересовало.
Петр Сергеевич, окинул комнату внимательным взглядом, подошел к стулу, потрогал скомканное полотенце.
– Мокрое…
Антон тоже шагнул к стулу и тоже потрогал банное полотенце.
– Мокрое.
– Нет, не простые это воры, Антоша! Зачем мужикам женские вещи?! Одна морока с ними – аппаратура другое дело.
– Здесь Петр Сергеевич вы не правы: у Анки вещи классные были – вот и соблазнились воришки.
– Ну, да! Пришли воры, в душе помылись, принарядились в женские вещи и свалили из квартиры. Нет, Антоша! Я думаю, что здесь побывал кто-то свой. И этим своим была женщина – чувствуешь какая вонь в квартире стоит? А диски с нужной нам информацией она взяла случайно – так сказать, заодно с вещами Ангелины. Если, конечно, их вообще взяли.
– Женщина? – принюхиваясь, искренне удивился Антон – он воспринимал женский пол лишь как объект сексуального влечения и не более того. – Откуда здесь взялась посторонняя женщина?
Петр Сергеевич хотел постучать молодого человека по лбу и спросить: «Кто там?», но делать этого не стал – неровен час, обидится компаньон, а ссорится им сейчас никак нельзя.
– Ты же сам мне рассказывал про мать и сестру твоей пассии – говорил, что они иногда приезжают к ней в гости без предупреждения.
– Приезжают… Но вещи-то им зачем забирать?
– Вот это, нам и придется с тобой выяснить! И выяснить срочно, пока эта женщина или женщины не сунули свой нос в наши дела!
– Адрес Ангелины имеется в ее личном деле в отделе кадров больницы. Завтра же смотаюсь в Подольск.
10
Подходила Эрика к автобусной остановке только с двумя сумками: дорогой дорожной с золотыми инициалами по углам и маленькой через плечо – от полиэтиленового пакета со своими собственными вещами она избавилась у первой же мусорки, распихав вещи по разным мусорным контейнерам.
Колесить по городу, дожидаясь утра, было хлопотно и дороговато, но пережидать ночь на вокзале было куда опаснее – полиция добросовестно собирала дань на своей территории, не позволяя бесплатные ночевки.
Мимо проехала машина с шашечками и тут же сдала назад.
– Куда ехать? – открывая пассажирскую дверь, поинтересовался усатый мужчина средних лет, снизу вверх глядя на худенькую шатенку с дорожной сумкой, прячущуюся от ветра и дождя за стеклом остановки.
– Вообще-то, мне надо где-то переночевать… – замялась девушка, глядя на мужчину печальными, карими глазами. – В недорогой гостинице, например. Завтра я позвоню кому-нибудь из подруг и договорюсь с ними о ночлеге, а сегодня… Я со своим парнем поругалась, вот и выставил меня, козел, среди ночи с вещами!
– Садитесь, – пожалел ее водитель такси. – Обычно мы пассажиров на улице не подсаживаем – работаем только по вызову. Ну, да ладно, все равно пока вызовов нет, а кататься без толку по городу я не люблю. К тому же могу вам помочь: в своем районе я все
Эрика села в машину на заднее сиденье, поставила сумки рядом с собой и расслабилась – хотелось побыстрее покинуть этот район и приткнуться куда-нибудь на ночь. Но ни на одно мгновение Эрика не пожалела о своем бегстве из Петушков – здесь она была свободной и согласна была платить за свободу лишениями и бессонными ночами.
– А долго до гостиницы добираться? – спросила она, сдерживая зевок.
– Не очень, – увильнул от прямого ответа водитель такси – он был осторожным человеком, к клиентам относился с подозрением, попусту не болтал (особенно о себе) и работать в ночную смену не любил.
Машина тронулась, и мужчина замурлыкал себе под нос, подхватывая песню, доносившуюся из приемника.
– Я ворона! Я ворона!..
– Вот это песня! – удивилась Эрика, далекая от искусства во всех его проявлениях. – Скажите, пожалуйста, а нет ли у вас знакомой старушки с лишней комнаткой? Мне бы спрятаться на недельку от своего охламона в тихом месте – пусть поволнуется, – на всякий случай поинтересовалась она: сдавать на регистрацию чужой паспорт было все-таки опасно, вдруг возникнут какие-нибудь проблемы. – У подруг или в гостинице он меня сразу найдет, а так у меня появится шанс его наказать и заставить поволноваться.
Поглядывая в зеркало заднего вида на разморенную теплом пассажирку, водитель задумался – пассажирка опасений не вызывала: бледненькая, худенькая, флегматичная «барынька», воспитанная и при деньгах (пахло от нее дорого и вкусно) – какая угроза может исходить от внимательных грустных, как у лани, глаз и тонких длинных, явно аристократических, пальчиков?!
– На ваше счастье, есть у меня такая старушка, – ухмыляясь в усы, сказал он и представил, как рассердится его мать, когда он явится к ней с пассажиркой среди ночи. – Правда, комнату она сдает редко – опасается воров, но попробовать можно: авось не откажет приличному человеку. Это тут рядом – на Лескова.
Старушка оказалась с гонором и встретила их неприветливо.
Стоя в дверях прихожей (ибо в крохотной прихожей помещались только два человека), недовольно смотрела она на сына, раздраженно запахивая полы байкового халата, надетого прямо на ночную рубашку с забавными слониками под разноцветными солнечными зонтиками.
Глядя на эти детские трогательные картинки, Эрика тут же решила, что назад под дождь и пронизывающий насквозь ветер не пойдет.
Ни за что не пойдет!
В крайнем случае, если ее все же выставят из квартиры, останется до утра в парадном и подремлет на подоконнике, а утром займется своими жилищными проблемами.
– Не сердись мать, тут такое дело… – суетясь вокруг пассажирки, объяснял водитель, пристраивая ее сумки в прихожей на тумбочку. – Мужик ее среди ночи выгнал из дому – не мотаться же девчонке по улицам.
– Жалостливый ты наш, – поджав губы, заворчала пожилая женщина, строптиво вздергивая остренький подбородок. – Чужих людей ему, видите ли, жалко, а обо мне ты подумал?! Ночь на дворе, а ты гостей в дом ведешь!
Ночная гостья ей явно не нравилась – даже не смотря на ее безобидный вид, не нравилась и все тут!