Шрифт:
Самое противное – остаться в Новый год одной. Так думала Марина, складывая продукты в холодильник.
«Дура набитая, гламурной жизни ей захотелось – половину зарплаты угрохала на деликатесы. Вот сиди теперь и ешь всё это» – ругала она себя. Марина бы и съела, тем более, что там особо нечего было есть. Объем у деликатесов мал, чего не скажешь о цене. Стоимость продуктов пробила серьезную брешь в только что полученной
Глупо конечно, но ей просто хотелось соответствовать гастрономическим пристрастиям любимого человека. Звали его Артем Владимирович, и он с удобствами совмещал в себе две ипостаси – начальника и любовника.
Ранним вечером тридцать первого декабря любимый начальник позвонил. Потом торопливо расставил, как он любил говорить, все точки над «i». Это означало прекращение их с Мариной отношений. Как стало ясно после разговора, Артем Владимирович предпочёл семью. У Марины, по его словам, и так вся жизнь впереди, все у нее будет хорошо. Тогда как у Артёма оставалось не так много времени, чтобы сделать хорошо себе, поднять детей, бизнес и собственное самоуважение. Почему все это нужно поднимать именно сейчас, Марине было непонятно.
В этот переломный момент она рыдала, давясь шоколадными конфетами и «Шардоне».
Шоколад быстро закончился, а на дне крошечной коробки оказалась этикетка с надписью «Упаковщик №2». Марине часто попадались такие бумажки в конфетных коробках. Она любила их находить, как будто это был привет от неизвестного человека.
«Интересно, это такая профессия – конфеты укладывать? А упаковщику можно их есть, пока он заполняет коробку? Кто вообще скрывается под номером два? Почему мне все время попадается второй номер? Значит, где-то есть первый, а вот существует ли третий – это вопрос» – думала Марина. Мысли текли вместе со слезами, но теперь она плакала по инерции. Глупая ситуация. Все люди будут праздновать, а она осталась одна. А что может быть хуже одиночества в праздники?
Долго горевать Марина не привыкла. Не такое у нее было воспитание, как говорится.
– Доча, плюнь! Слюной прямо плюнь! А нет, так я ему самому в рожу его надаю, эт самое! – сказал бы папа.
Мама обязательно произнесла бы свое коронное «я же говорила», поджав губы. Нет, родителям она плакаться не станет, пусть встретят праздник, как положено. Времени оставалось не так много, необходимо
Марина умылась, вытерла лицо и стала рассматривать себя в зеркало. Оттуда глядела розовая гладкая физиономия с почти кошачьими глазами. Удивительным образом в ее взгляде сочеталась детская наивность и склонность к прагматизму. Видимо, на это сочетание и шли, как лосось на нерест, типы вроде Артема Владимировича. Марина осталась довольна своим видом. Однако, необходимо было действовать. Друзья уже уехали и находились далеко, оставались замужние подруги и сестра с семьёй. Она выудила из сумки телефон и набрала номер, попутно подкрашивая брови. Подруга Оля с мужем были Мариниными друзьями из второго круга. Виделись они периодически, беседовали ни о чем и легко расставались до следующей встречи.
– Оль, привет! Как дела, с Новым годом, с новым счастьем, – начала Марина издалека, – А я теперь свободная!
– Привет, да ты что, бросил?! – выдохнула Оля,– И как ты там, держишься?
– А если я сейчас прямо к вам нагряну? – пропустила вопрос Марина, – Я с бутылкой!
– Ой, Мариночка, ты знаешь, не получится, мы уже не дома и…
Ольга принялась оправдываться, а Марина ее уже не слушала. Все и так понятно. Она теперь вольная птица и не самый желанный гость у замужних подруг. Ну и фиг с ними. Остаётся семья. Новый год – это семейный праздник. Значит, будем встречать с самыми близкими людьми. Подарки только осталось сложить и можно ехать.
Марина сняла с антресолей коробку с роботом для племянника и ночник-проектор для племянницы. Это приспособление могло плавно вращаться и красиво светить разноцветными огнями. К сестре она собиралась на днях. Та всегда звала ее в гости и была очень рада Марине. Но Артем Владимирович держал Марину цепко, чтобы всё время была при нём, и сёстры стали реже видеться. Наталья с семьёй жила практически за городом. Неожиданно для всех они с мужем продали двушку в спальном районе города и купили дом в пригороде. Друзья и знакомые недоумевали, но, с течением времени, стали с удовольствием приезжать погостить. Сестра и ее муж быстро привели дом в порядок, и жизнь их теперь текла в особом режиме деревенских радостей с уклоном в свободное творчество.
Конец ознакомительного фрагмента.