Чтение онлайн

Оглядываясь назад, Сильвия удивлялась: как она могла быть столь наивной? Два слова, один поцелуй. Как она могла пасть из-за этого?

Стил долго вглядывался ей в глаза, чтобы убедиться, что девушка верит в его искренность; его губы вновь прижались к ней с жаждой обладания, и он неторопливо и привычно показал Сильвии, каким потрясающим может быть секс.

Когда она проснулась на следующее утро, он уже ушел.

Сильвия знала, что в квартире никого нет, но продолжала бродить из комнаты в комнату в надежде увидеть его, в надежде отыскать какой-то знак, опровергающий ее самые худшие опасения.

Ничего. Никакой записки,

никаких цветов на подушке, никакого кратенького послания, торопливо написанного твердой рукой, с просьбой дождаться его возвращения. Это было уже не кино, а реальная жизнь. Ее использовали и выбросили, и она должна уйти до того, как ее унижение усугубится. Как в кошмарном сне, Сильвия оделась, испытывая одновременно страх и надежду, что он может войти в любую минуту. Больше ей оставаться здесь было нельзя, и она вышла; все было кончено…

Почувствовав прикосновение маленькой руки, Сильвия вздрогнула и сияющими глазами посмотрела на стоящего рядом, восхитительно беззащитного, одетого в полосатую пижаму Джейка, который прижимал к груди побитого молью плюшевого медвежонка и разглядывал ее большими карими глазами.

Она глубоко, с облегчением вздохнула, улыбнулась и крепко обняла его, наслаждаясь теплом детского тела.

— Посмотри на звезды, Джейк, — прошептала она, крепко прижимая его к себе, — как они прекрасны!

Малыш был сонным и задумчиво сосал большой палец. Девушка пригладила ему волосы. Так они молча сидели в комнате, залитой лунным светом.

Кэти сейчас было бы около пяти… Кузина Джейка… Сильвия закрыла глаза и крепко обняла мальчика. Она не должна думать об этом сейчас… Только не сейчас!

— Что он делает здесь? — голос Трэвиса прервал ее мысли. Сильвия оглянулась на дверь и вздрогнула от дурного предчувствия, увидев его крупную фигуру, казавшуюся почти зловещей в лунном свете.

Он подошел к дивану у окна и посмотрел на Джейка. Угловатые черты его лица были наполовину скрыты в тени, однако инстинктивно Сильвия чувствовала, что он неприятно удивлен.

— Джейку пора быть в постели.

— Он… он только что зашел, чтобы пожелать мне спокойной ночи, — сказала она, взглянув на Джейка, который уже безмятежно спал на ее диване, свернувшись, как очаровательный маленький щенок, не ведая о раздражении своего дядюшки.

— И часто он так поступает?

— Иногда бывает, — ответила Сильвия, не отводя глаз от окна. В полутьме она все равно не могла разглядеть его лица; все это так напомнило ту далекую ночь! Девушка с трудом проглотила слюну. — Разве это имеет какое-либо значение?

— Конечно, имеет! — отозвался тот, присев около Джейка, и долго смотрел на спящего ребенка. — Я не одобряю этого. Вы его учительница, а не нянька! Давайте его мне, я отнесу его в постель.

— Нет! — Сильвия крепко держала малыша, словно защищая его теплое тельце. — Я сама отнесу его. — Она попыталась встать с дивана, но Джейк лежал очень неудобно, и она поняла, что у нее ничего не получится.

— Позвольте мне, — наклонился к ним Трэ-вис Стил, и Сильвия окаменела, почувствовав прикосновение его рук.

— Надеюсь, вы не собираетесь ужинать в этом платье? — спросил он, не спеша возвращаясь в комнату, после того, как отнес Джейка в его спальню. В голосе Стила сквозило удивление и легкое презрение. Было уже восемь часов, и он был одет к ужину. Сильвия отметила его костюм от

«Армани» и почувствовала освежающий запах одеколона. Взглянув на теплый шерстяной халат, который был на ней, она уловила бросающийся в глаза контраст в их одежде.

— Я совсем не собираюсь спускаться вниз! — холодно заявила Сильвия, встала с дивана у окна, и, как бы защищаясь, обхватила себя за талию. — Я очень устала и хочу спать.

— Но вы, вероятно, также хотите остаться работать? Пожалуйста, больше никаких отговорок, мисс Уолкер! Я начинаю чувствовать, как будто я в чем-то виноват перед вами. — Он близко подошел к ней, внимательно всматриваясь в тонкие черты ее лица удивленными и несколько ироническими глазами. — В чем дело?

Сильвия нервно облизнула пересохшие губы. У него не изменились ни осанка, ни невероятная мужская напористость.

— Я… я не знаю, что вы имеете в виду, — произнесла она слабым голосом.

— А мне кажется, что прекрасно знаете, — протянул Стил, небрежно засовывая руки в карманы. — Смотрите: как только я подхожу к вам, вы сразу отпрыгиваете от меня на целую милю. Вот я приближаюсь к вам, скажем вот так, — мы почти касаемся друг друга… Видите? — Его черные брови задорно поднялись, когда девушка сделала шаг назад. — Замечательно!

— Мистер Стил… — Сильвия постаралась придать своему тону как можно больше холодности. — Не соблаговолите ли вы покинуть мою спальню?

— Я хочу, чтобы вы отужинали со мной сегодня. — Он сделал шаг вперед, а Сильвия шаг назад, оказавшись у самой стены. — Соглашайтесь, — прошептал он предостерегающе. — Делайте, что я говорю, мисс Уолкер, я не привык, чтобы мне не подчинялись.

Его глаза гипнотизировали ее. Сильвия судорожно глотнула воздух, чувствуя, что начинает задыхаться. Предательские сцены далекого прошлого ярко вспыхнули в ее сознании — его крепкое мускулистое тело, сплетенное с ее телом, взгляд, выражающий страстное желание, который так быстро сломил ее сопротивление… Неожиданно для себя девушка рассердилась: как он может стоять перед ней, играя в такую чертовски опасную игру? Она взмахнула рукой, почувствовав непреодолимое желание стереть с его лица выражение самоуверенности; однако Трэвис оказался значительно проворнее ее. Его пальцы охватили ее поднятую руку, как несколько змеек, настигающих свою жертву.

— Интересно, — протянул он. — Ну и нрав! Кто бы мог подумать!

— Отпустите меня! — крикнула Сильвия. — Не смейте прикасаться ко мне!

— Вы часто прибегаете к физическому воздействию, мисс Уолкер? И всегда ли вы так злитесь из-за пустяков?

Пальцы на свободной руке Сильвии сжались в кулак. Злиться из-за пустяков? Она была взбешена. Она позволила этому высокомерному человеку пять лет назад поступить с ней так, как он хотел. А после этого она страдала в течение нескольких месяцев, нет — лет! Тот незабываемый день, когда она поняла, что носит в себе его ребенка, был ужасным. Слепой страх владел ею в течение многих недель, а потом, когда беременность стало трудно скрывать, — расспросы, бесконечное молчание, поскольку она отказывалась говорить родителям, кто был отцом ребенка. Черт побери! Она и сама этого не знала! Она даже не знала, как его зовут и кто он по профессии. Но даже если бы она все знала об этом человеке, ничто на свете не заставило бы ее найти его, рассказать… Жизнь играла с ней в жестокие игры; новая встреча с ним только подтверждала это.