Вторая попытка
Шрифт:
— Ли, Чед будет любить тебя всю жизнь, если ты научишься ее делать. Этот парень может съесть целый фунт в одиночку, — говорила Амелия, опуская кусочек помадки в холодную воду. — Теперь смотри внимательно. В этом весь секрет. Ты должна убедиться, что помадка как следует застыла…
— Ли, Амелия, быстрее идите сюда, — позвал их Стюарт. Что-то в его голосе заставило женщин забыть о помадке и бегом броситься в коридор. Первая мысль Ли была о том, что что-то случилось с Сарой, но одного взгляда ей хватило, чтобы увидеть ребенка, мирно спящего на ковре.
— Стюарт… —
— Тс-с, слушай, — он указал рукой на телеэкран.
Диктор рассказывал о пожаре в Венесуэле, о том, что огонь продолжает распространяться и что с ним не могут справиться уже больше недели.
— Несмотря на все усилия специалистов из «Фламеко», огонь остановить не удается. Сегодня ситуация стала не просто серьезной, а критической, когда взорвалась цистерна с тысячами баррелей сырой нефти, стоящая в ряду других таких же цистерн. Соображения безопасности не позволили нашим операторам и журналистам подойти ближе, чем на две мили, поэтому подробности неизвестны.
Известно, что в результате взрыва пострадали люди, но пока мы не располагаем информацией ни о количестве пострадавших, ни о том, кто именно пострадал. Мы вернемся к этой теме, как только получим свежую информацию. А теперь продолжаем нашу программу…
Стюарт взял дистанционное управление и отключил звук. Ли, словно зачарованная, смотрела на женщину, выигравшую холодильник и прыгавшую от радости, пытавшуюся поцеловать ведущего телешоу и чуть не удушившую его шнуром от микрофона. Для Ли в этом ликовании было что-то непристойное… Можно ли так веселиться, когда люди обожжены, ранены или… умирают.
Диллоны были достаточно чуткими людьми и не стали утешать ее банальными фразами. Ли прекрасно понимала, как волнуются родители Чеда.
Потекли тоскливые часы. Никто не мог найти себе занятие, ни у кого не было желания есть, но когда Амелия позвала к столу Стюарта и невестку, они откликнулись без промедления. Хоть какое-то занятие — сидеть за столом…
Когда вскоре после шести зазвонил телефон, все трое встревоженно переглянулись. Каждому хотелось увидеть выражение уверенности и покоя на лице другого. Стюарт, тяжело опираясь о костыль, пошел к телефону.
Он говорил спокойно, не повышая голоса, но Амелия и Ли поняли, что звонок касается Чеда. Когда Стюарт появился на пороге, их худшие опасения подтвердились.
— Чед ранен. И еще несколько человек тоже. Их самолетом переправили в Хьюстон. В общем, они уже скоро будут в больнице.
Ли зажмурилась. Она крепко сцепила пальцы, лежавшие на коленях.
— А больше ничего не известно?
— Я не знаю, что именно с ним произошло и насколько серьезно он ранен. Звонил чиновник из венесуэльского министерства. Его английский ничуть не лучше моего испанского. Мы можем позвонить в компанию, но не думаю, что в штаб-квартире на данный момент известно больше. Нам остается только…
— Нет! Я поеду туда, — заявила Ли и направилась к лестнице.
— Ли, — остановила ее Амелия. — Ты не можешь ехать. Неизвестно, что тебя там ждет. Я не отпущу тебя в Хьюстон одну. И потом, такая погода… —
— Я поеду, — не отступала Ли. — Чед владеет самолетом. У него есть пилот. С ним я полечу в Хьюстон, даже если мне придется приставить пистолет к его голове. А у вас есть джип-грузовик, вы на нем сегодня целый день возили сено, — обратилась она к Стюарту. — На нем я смогу добраться до аэропорта. Не удерживайте меня, умоляю вас, я еду. — Она смотрела на Диллонов с непоколебимой уверенностью. Потом выражение ее лица смягчилось. — Прошу вас, помогите мне!
Ли увидела огни посадочной полосы, когда пилот пошел на посадку в частном аэропорту Хьюстона. Перелет был ужасным. Когда они летели сквозь снежную бурю, крылья самолета покрылись ледяной коркой. Никакого сочувствия к ней пилот не испытывал. Он все дорогу бормотал что-то об упрямых телках, у которых ума не больше, чем у летучей мыши. Его, казалось, нисколько не волновало, что Ли буквально сходит с ума от страха и тревоги, что ее чуть не выворачивало наизнанку каждый раз, когда самолет проваливался в воздушную яму. Только желание увидеть Чеда помогало Ли держать себя в руках и не поддаваться панике.
Снежная буря, бушевавшая в северо-западном Техасе, ближе к Хьюстону сменилась холодным дождем. Самолет приземлился, пробежал мимо ангаров с частными самолетами и подрулил к невысокому зданию терминала. Ли вцепилась в подлокотники сиденья и молилась, чтобы ее уже ждала машина с шофером. Стюарт обещал об этом позаботиться. Тогда она сможет немедленно отправиться в больницу. Она все равно может опоздать… Нет, с ним все будет в порядке, она не станет даже думать об этом.
Самолет наконец остановился, недовольный пилот выключил двигатели. Он снова сунул в рот сигару, которую Ли попросила погасить в полете, и объявил:
— Приехали.
— Спасибо. — Ли отстегнула ремень безопасности и пошла к трапу, который откинул для нее пилот. Она путешествовала налегке, взяв с собой только сумку с самыми необходимыми вещами.
Она еще раз поблагодарила пилота, который помог ей спуститься. Тот буркнул что-то себе под нос и, сгорбившись под проливным дождем, направился к одному из ангаров.
Каблуки Ли гулко стучали по бетону. Она торопливо шла к освещенному зданию. Толкнув стеклянные двери, она подбежала к единственному служащему, которого она увидела в этом пустынном терминале.
— Я миссис Диллон. Меня кто-нибудь встречает?
Уборщик, близоруко щурясь, рассматривал ее с головы до ног, оценивая шубку из рыси и длинные вьющиеся волосы, струящиеся по спине.
— Вас встречают, говорите? Не знаю, не знаю. А что, кто-то должен был?
Подавляя желание вырвать у него метлу и огреть его по голове, Ли терпеливо сказала:
— Что ж, все равно спасибо. — Она прошла через зал и вышла на площадь. Никого. Только у обочины она увидела автомобиль. Ли направилась к нему и заглянула в салон, но водителя на месте не было.