Встретимся в темноте
Шрифт:
– Что случается?
– Чаще всего дети пропадают по собственной вине, – продолжила девушка. – Они могут найти где-то описание, или им что-то расскажут или покажут. В определенных ситуациях срабатывают определенные действия, и дети исчезают.
– Ты можешь говорить точнее? – раздраженно попросил директор. – Какие действия, какие ситуации?
Аня вздохнула.
– Владимир Иосифович, вы верите в жизнь после смерти?
– А какое это имеет отношение к нашему разговору?
– Самое прямое, – заверила его девушка.
– Нет, не верю.
– Что такое атеизм в общем? – спросила та. – Это отрицание тех вещей, чье существование в реальности доказать нельзя. Верно?
– И это тоже, – кивнул директор.
– А что происходит, если вы внезапно обнаруживаете то, доказательство чьего существования вы считали бессмысленным?
– Не знаю, я с этим не сталкивался. Вы будете говорить конкретнее, или мы простоим тут еще урок?
– Мы не можем говорить быстрее, иначе к психологу вы отправите не только мою сестру, – сказала Аня. – Можете сколько угодно рассказывать нам, что не существует того, чего вы не видели своими глазами, но раз вы сами начали разговор, слушайте.
– Ну?
– Есть нечто, позволяющее нам заглянуть за границы этой реальности.
– Вроде наркотиков?
– Типичная реакция, – вздохнула Аня. – Но вы обещали слушать, так выполняйте. Существуют некоторые вещи, которые никто не может объяснить, но они работают. Это могут быть слова, произнесенные в определенном месте или рядом с какими-то вещами. Это могут быть и вещи, с которыми нужно кое-что сделать. И тогда, возможно, вы проникнете на Другую сторону.
– Какую еще сторону?! – воскликнул Владимир Иосифович.
– Мы сами не совсем знаем, – ответила Аня. – Это могут быть места из воспоминаний тех людей, которые проводили эти ритуалы. Словно сны, в которых смешивается реальность и наше подсознание. Но это не сны. Та сторона такая же реальная, как и эта.
– И почему я решил вас выслушать? – директор отошел к столу. – Ваш отец воспитал каких-то сумасшедших, вы слышите себя? Он вас что, наркотиками кормит?
– А вы себя слышите? – повысила голос девочка. – Наш отец уважаемый человек, а мы разве похожи на наркоманок или сумасшедших?
– Думаешь, я не в курсе слухов что про вас ходят? Вас многие считают сумасшедшими. Я могу привести примеры…
– Вы лучше приведите примеры благодарных родителей, которым мы вернули детей, – заметила Аня. – Хотите вы или нет, но двое одиннадцатиклассников не заболели, как вы всем рассказали. Они что-то сделали и пропали.
– Что они могли сделать?! Вы в своем уме? – закричал директор. На лбу у него вздулась вена, а лицо покраснело.
– Пока мы этого не знаем. Но выясним, рано или поздно, – ответила ему Аня. – Вы можете нам не верить, но вы говорили с нашим отцом. Не думаю, что, если бы он показался вам сумасшедшим, вы пришли к нам.
– Я не так себе это представлял, – отозвался Владимир Иосифович. – Я думал, это что-то вроде спиритических сеансов и гадания по фотографии. Мне представили вас как экстрасенсов. Не скажу, что я верю в это стопроцентно,
– А во что вы тогда верите?
– Я верю в людей и в их поступки. Я верю, что есть хорошие люди, а есть плохие, которых неправильно воспитали и привили иные ценности. Словом, мне без разницы, колдуете вы или что еще, я с вашим отцом обсудил дела и обращаюсь к вам.
– Что вы хотите?
– Не думаю, что для тебя новость, что Таня Морозова и Павел Бобровский пропали.
– Не новость, – подтвердила она.
– Прошло больше недели, но полиция не нашла ни одной зацепки в обоих делах. Абсолютный ноль, который… действительно меня пугает.
– И вы считаете… – начала было Аня.
– Нет, я не хочу сказать, что вы как-то в этом замешаны…
– Мы этого не делали!
– Успокойся, никто вас пока не обвиняет, – поднял голос в ответ Владимир Иосифович.
– Стоит ли думать, что мы под подозрением? – нахмурилась Аня.
– Понимай как хочешь, – директор хлопнул ладонью по стопке бумаг, лежащих у него на столе, и поднялся со стула. – Я ясно сказал, какую популярность вы имеете в моей школе. И я бы не хотел, чтобы ученики подумали, что вы как-то причастны к этим… исчезновениям.
– Никто и не подумает, – Аня смотрела на директора с гримасой отвращения на лице. – Можете не волноваться.
– Я вас предупреждаю, – сказал Владимир Иосифович. – Не приближайтесь к родственникам пропавших, не трогайте места, где они пропали, и ни в коем, повторюсь – НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ не смейте дурить головы людям и утверждать, что чем-то можете им помочь. У родителей и так большое горе, а если вы еще полезете со своим шарлатанством… Вам ясно?
Аня гордо развернулась и вышла из кабинета, пробурчав под нос.
– Ясно, как божий день.
Глава 5. Дело номер 11А
– Отойди, хиляк!
Юру отбросило мощным толчком в плечо. Он стукнулся о железный шкафчик лбом и раздраженно потер место ушиба. Однако сделать ничего не мог. Мимо него в одних трусах протопал Антон, с презрением покосившись через плечо. Ноги на мокром полу скользили и Юра Конских никак не мог ответить плечистому однокласснику тем же. Он пробормотал вслед пару ругательств и потянулся в шкаф за пакетом с умывальными принадлежностями.
Урок плавания, всегда стоявший по непонятной причине первым по расписанию, у 11А закончился, и мужская половина коллектива собиралась в школу. Антон Мартыненко забрал свой шампунь и последним направился в душевую кабину. Все остальные уже закончили мыться и желали поскорее выбраться в раздевалку, чтобы одеться и пойти домой. Все, кроме юного физика Стаса, который обреченно рылся в мусорном ведре в углу комнаты. Кто-то каждое занятие выбрасывал туда его очки, и Рябову приходилось искать их среди не самых приятных вещей. Он был бы рад брать их с собой на урок, однако не позволял преподаватель.