Чтение онлайн

Он знал, что перед ним Сахара, но трудно было поверить этому.

Пустыня исчезла. Густой тропический лес заменил собой бесплодные пески. Темно-зеленый ковер расстилался внизу без конца и края.

Еще в двадцатом веке люди орошали пустыни, перерезая их каналами. Здесь не было каналов. Арелет пролетал над реками. Настоящими, широкими реками. Откуда взялись они здесь?..

Большие города с современными зданиями, обилие арелетов, высокие мачты всепланетной энергетической системы - все было таким же, как в центре Европы. Сахара превратилась

в густо населенную цветущую страну.

В полной мере мог оценить Волгин силу и могущество человека, сумевшего так разительно изменить величайшую пустыню на Земле.

– Это производит сильное впечатление, - сказал он.
– Больше всего меня поражают реки. Откуда берут они свое начало?

– Из внутренних морей, - ответила Мэри, сидевшая рядом с ним.
– В Африке много искусственных водоемов. Уровень воды в них поддерживается тем, что сюда направляют ненужные дождевые осадки. Излишек стекает в Средиземное море и в Атлантический океан.

– Этих излишков, видимо, очень много, - заметил Волгин.
– Реки широки и полноводны.

– В атмосфере всегда много влаги. Особенно в экваториальной полосе.

При небольшой скорости они летели над Сахарой около трех часов. Наконец на горизонте показался город Космоград - цель их пути.

Волгин видел уже много современных городов и привык к их внешнему виду. В тридцать девятом веке дома не тянулись вверх, они были, как правило, невысоки и располагались на больших площадях. Тем удивительнее был вид Космограда.

Огромное кольцо небоскребов окружало ровное гладкое поле, сплошь покрытое чем-то вроде асфальта. Это поле и было космодромом, где приземлялись звездолеты дальних рейсов. Каждый дом был высотой метров четыреста или пятьсот. Казалось, что будь на небе облака, крыши этих домов должны были скрываться в них. Архитектура была странна и необычна. Нельзя было определить, сколько этажей имеет то или иное здание. Обычных окон здесь не было. Чередовались полосы стекла и металла, иногда расположенные горизонтально, иногда вертикально. Назначение этих полос трудно было понять. Некоторые дома были совершенно прозрачны, другие, наоборот, выглядели сплошной массой, как одно целое. Два или три были прозрачны внизу и непрозрачны в верхней своей части, что создавало странное впечатление половины здания, парящего в воздухе. Всюду поднимались тонкие мачты, вершины которых находились так высоко, что их не было видно. Волгин решил, что это мачты для межпланетной связи.

– Какой странный город!
– сказал он.

– Да, он не совсем обычен, - согласилась Мэри.
– Космоград выстроен очень давно. Тогда считали, что командиры космолетов должны издалека видеть место посадки.

– Не совсем так, Мэри, - сказал Люций.
– Была другая причина. Потом я расскажу тебе, - прибавил он, обращаясь к Волгину, - и ты поймешь, почему он именно такой. Архитектура Космограда неземная.

– То есть как это неземная?

Люций кивнул головой.

– Это

так, - сказал он.
– Но мы уже прилетели. Отложим объяснения до более удобного времени.

Арелет опустился на крышу одного из домов. Она оказалась огромной площадкой, на которой уже стояло несколько арелетов.

– Этот дом, - пояснил Сергей, - один из филиалов Института космонавтики. Сотрудники института просили, чтобы ты остановился у них. Не возражаешь?

– Конечно, нет.

Прилетевших встретили четыре человека. Один из них был пожилым, трое совсем молоды. Они поздоровались с Волгиным совершенно так же, как и с его спутниками, - приветливо и без всяких проявлений любопытства. Разумеется, он возбуждал особый интерес, но работники филиала ничем не показали этого.

Их провели в предназначенные для них комнаты, находившиеся на верхнем этаже. Это тоже было признаком внимания. Не надо было далеко идти или подниматься на лифте, чтобы добраться до своего арелета.

Еще поддетая к этому дому, Волгин обратил внимание на отсутствие окон в его верхней части. Но внутри все оказалось залитым солнечным светом. Повторилось то же, что было в Ленинграде, - стены пропускали сеет односторонне. Но теперь Волгин уже знал, что яркость этого света, или, иначе говоря, прозрачность стен, можно изменять по желанию.

В Ленинграде нижняя часть стены всегда оставалась непрозрачной. Здесь было иначе. Вся стена, от пола до потолка, казалось, не существовала вовсе. При всем желании ее нельзя было увидеть.

Оставшись один, Волгин подошел к этой стене. Было такое впечатление, что он очутился на краю площадки, высящейся на высоте полукилометра над землей. Неприятное чувство головокружения заставило его тотчас же отойти назад.

Он протянул руку и дотронулся до невидимой поверхности. Стена была тут и надежно отделяла его от бездны.

Волгин обратил внимание, что не чувствует африканской жары. В комнате было даже прохладно. Очевидно, стекло или что-то другое, из чего была сделана стена, не пропускало тепловых лучей Солнца.

Биотехника нового века была уже хорошо знакома Волгину. Он без труда заставил стену немного потемнеть. И снова проявилась разница между этим домом и тем, в котором он жил в Ленинграде. Там стена темнела вся сразу, здесь золотистая пелена стала медленно подниматься от пола. Когда она затянула стену до высоты полутора метров, Волгин остановил процесс.

Теперь комбата имела более или менее привычный для него вид.

Он внимательно осмотрел обстановку.

"Архитектура зданий Космограда неземная", - сказал ему Люций.

Очевидно, это относилось не только к архитектуре, но и к внутреннему убранству дома. Пол, потолок, стены (кроме наружной) были непривычны Волгину. Казалось, что они сделаны из губчатой массы, плотной и упругой. Темно-серый пол заметно пружинил. Он напоминал очень толстый ковер. Цвет потолка м стен был совершенно одинаков бледно-желтый.