Вспоминай меня ночью...
Шрифт:
ЧТО?! – закашливаюсь я, задохнувшись дымом.
Ее хихиканья тут же становятся маниакальными.
– Он угорал или флиртовал? – уточняю я.
Она не в силах выговорить ни слова, неопределенно крутит рукой.
Вспоминаю его лицо… Ее лицо…
Какое, нахер, мое дело?
Но это, блять, охуенно как мое дело!
Блять… Ебанный Сэм.
Теперь еще и про это загоняться?!
Телефон крошки выводит меня из задумчивости.
Алиса читает смс и задумчиво затягивается. Ее глаза уже остекленели, а
– У меня новый клиент… – неопределенно пожимает она плечами. – Увидимся ближе к ночи.
– Мандраж?
У девочек все по-другому. Несмотря на все меры предосторожности, каждый новый клиент – потенциальная опасность. Потому что почти каждый из них извращенец в той или иной степени.
– Да нет… – подмигивает она, шутливо придушивая себя рукой. – Мне хочется по-жесткому… Он опытный Мастер.
– Не играй в d/s под дурью, – предупреждаю я. – Валери тебя порвет, если узнает. Да и опасно…
Игривый поцелуй в щеку, и она выбегает в дверь как будто снова опаздывает куда-то.
Я отворачиваюсь, вставляю наушники в уши и включаю ЕЕ музыку. Выбрасываю сигарету на асфальт и прикуриваю следующую. Запрыгнув на подоконник, отклоняюсь назад, и зависаю, наполовину высунувшись из открытого окна. Смотрю на небо. Сумерки…
Чувствую ментоловый привкус дыма. Это не от моей сигареты. Поднимаюсь. БЛЯТЬ! – сердце срывается, словно бешеный пес с цепи.
Белла…
Ее губы что-то говорят, а я не слышу из-за музыки. Одним движением выдергиваю оба наушника.
– Что? – потеряв голос, полухрипом переспрашиваю я.
– Не хотела тебя пугать…
– А… Ага… – пытаюсь я прийти в себя.
– Лекс, – ее щеки быстро и невероятно привлекательно покрываются румянцем. И она неуверенно продолжает, – Спасибо… что… вчера…
– Ничего не говори, – прерываю ее. – И обращайся, если он посмеет еще.
Ее рука накрывает мою и немного сжимает.
Бляяя… кто я? Где я?
Пытаюсь остановиться но…
Перехватываю ее руку и порывисто впечатываюсь губами в запястье, вдыхая запах…
Блять, что я творю?!?
Не глядя, быстро выхожу из курилки и сматываюсь подальше…
Каждый день я совершаю по одной охуенной ошибке.
Отработав последний выход, присаживаюсь у ее двери отдышаться. Она там. Я чувствую.
Дверь приоткрывается, и я замираю. Саймон.
Саймон?!
Удивленно смотрим друг на друга.
– Ты как тут?
Пытаюсь выглядеть не слишком заинтересованным.
– Таблетки приносил… – показывает мне упаковку.
«Ибупрофен» – присматриваюсь я к названию.
– Кому?
Вопрос риторический.
– У Беллы температура…
Я киваю, и он уходит по коридору на выход.
Прокручиваю в голове программу, осталось от силы полчаса, и ее выходов больше нет.
Белла заболела… Насколько? Если бы было совсем плохо, Саймон вызвал бы врача. Или нет?
Я уже на ногах и рука тянется к ручке ее двери. Что я скажу?
Отдергиваю руку. Лучше «случайно» встречу ее на выходе и прослежу, чтобы добралась нормально до дома. Опять спускаюсь на пол. Я подношу ладонь к ее двери, она покрывается красно-белыми маленькими пятнышками и начинает жечь и пульсировать.
Достаю телефон и начинаю просматривать ее фото. Образы из моей памяти без исправлений ложатся на появляющемся экране. Я играю во рту своей штангой, вспоминая, как она двигалась и какие ощущения вызывала, касаясь ее тела. Я вспоминаю ее вкус…
– Где гримерка Соланж? – прерывает меня Сэм.
– Что? – не врубаюсь я.
– Белла? Где ее гримерка? – я киваю на дверь.
Соланж? Не Хейл?
Валери – Хейл…
Сэм раздраженно вытаскивает орущий айфон. Отвечает и, зажимая динамик, бросает мне: «Скажи, чтобы ехала домой».
Адреналин моментально ударяет в голову – теперь у меня есть повод позаботиться о ней.
Значит, Анабель Соланж. Очень красиво…
Встаю и, пару раз негромко стукнув, с замиранием сердца, толкаю дверь, не дождавшись разрешения войти.
Она говорит по телефону.
Вздрагивает, и ее глаза округляются от удивления, она сбивается, но потом снова продолжает:
– Где-то через час, может два… Черт! Все разъехались просто, а я, идиотка, не позаботилась о том, чтобы взять хотя бы ключи… Ты заедешь за мной?
Меня опять начинает крыть от неуместной в нашей ситуации ревности. И я, стараясь отвлечься, начинаю разглядывать ее. Глаза блестящие и немного покрасневшие, щеки алые, волосы на лбу мокрые, дрожит и обнимает себя руками… Лихорадит. Ее откровенный наряд в принципе не создан для того, чтобы согревать.
Хочу укутать ее одеялом, посадить на колени и поить с кружки чаем. Хочу, чтобы ей понравилось пить из моих рук. Ей бы понравилось…
– Ммм… да ладно не парься, придумаю, что-нибудь. Потом перезвоню… – скидывает звонок.
Открывает рот в немом вопросе, внимательно разглядывая меня.
– Как ты себя чувствуешь? – делаю шаг внутрь.
– Расклеилась немного… – словно извиняясь.
– Сэм отпустил тебя, – и, проглатывая ком в горле, говорю то, что не планировал. – Я отвезу тебя домой.
Она теряется и отводит глаза.
– Эм… – ее указательный пальчик в растерянности бежит по ее нижней губе, и я облизываю свои, желая почувствовать его. – Я пока еще не знаю, куда поеду…
Блять, у нее же дома живет этот мудак! – доходит до меня.